Но увидев мой кулак, сразу стих.

Лиза провела маршрут пальцем от Кадии до Фатума.

— Мы должны были следовать вот так. Но примерно в этой точке начали падение.

Я понял её мысль и поспешил продолжить:

— Учитывая, что там везде равнина, а мы дошли до каких-то предгорий, мы вот в этой области где-то, левее маршрута, получается.

— Нужно ещё поискать ориентиры, — сказала стюардесса.

Я кивнул.

— Взберусь на гору или пойду вот так, — я провёл линию пальцем. — В реку в любом случае упрусь и станет яснее, где мы именно. Вдруг изгиб русла какой приметный обнаружу. И уже сможем строить план, как добираться.

— Можно по реке, — сказал Ликтор. — Можно построить плот и…

— Быть съеденными речными тварями, — оборвал я его. — Ты забыл, почему у Кадии дамба с двух сторон? И всё равно ведь проплывают бестии всякие. А тут, на дикой земле, страшно представить, чем кишит вода.

— А ты предлагаешь пешком идти⁈ — взорвался Ликтор. — Нас с каждым днём всё меньше. Элен уже старуха!

— Заткнись, — спокойно сказал я. — Или общайся ровно, или выйди нахрен и уступи место кому-то менее истеричному.

Он сжал кулаки и шумно задышал.

— Скандалы будешь дома родне закатывать, — добил я его. Он поиграл желваками и отошёл. Его место заняла Бета.

— Жаль, навигатор не уцелел, — сказала Лиза. — Он писал маршрут. По нему было бы проще.

— Имеем, что имеем, — пожал я плечами.

Поднялся на небольшой камень и повысил голос.

— Значит так, народ. Сейчас у нас пять основных задач. Первая — укрепить оборону лагеря. Придётся тут ещё задержаться. Вторая — повысить боеспособность отряда. Это я на себя возьму, наделаю оружия. Третья — дойти до реки, посмотреть, есть ли там вообще спуски, кто и что там водится, можно ли, например, добывать рыбу или рыба добудет нас. Четвертая — подняться на близлежащую пиковую точку. Оглядеть округу. Может, этими двумя шагами, мы чётче определим наше местоположение. И пятая, наш самолёт по пути где-то стошнило багажом. Нужно пройти по примерному маршруту падения и найти чемоданы. В них экипировка для КП, считай, доспехи. Ну и, возможно, ещё чего полезного отыщется.

Понятный план их воодушевил. Настороженность с лиц ушла. Все стали живо обсуждать.

Я вздохнул. Вроде какой-то авторитет заимел. Но это всё до первой ошибки. А она непременно случиться. И что тогда делать не очень ясно.

Скорей бы ночь. Уйду в Путь, подальше от этого всего бремени. Там я только за себя отвечаю.

Я остался только с Амандой.

— А ты складно говоришь, — подбодрила она меня.

— Угу, — буркнул я. — Придумай, пожалуйста, кто со мной в горы сейчас сунется и собери рюкзак в дорогу. Я пока пойду оружие поделаю.

Я оборудовал место. Притащил с леса заботливо выкорчеванным кем-то пенёк, судя по роговым частицам, это кто-то просто почесался так. Подобрал булыжники нужной формы, развёл костёр, взял топорик, связку проводов, тюбик клея, крыло гарпии и так по мелочи всякого.

Сначала взялся за копья. На смену деревянным теперь пришли с металлическими наконечниками. Потом принялся за стрелы. В итоге пожалел, что взял мало композитов всяких. Стрелы вышли самые лучшие из них. В полёте себя естественнее ощущали как будто.

Вообще, ощутил, что появился некий лукарский снобизм. Мол, вот с дерева стрелы самые настоящие и лучше всех, а всё остальное это так. Откуда вдруг? Может, меня всё же эльфы покусали.

Надо бы второго стрелка завести в отряде.

Нашёл себе здоровенный дрын в лесу. Обточил его под лук. Старую тетиву переставил на эту необработанную заготовку, себе сделал новую из паутины, только вот растягивалась зараза, пришлось очень толстую плести и слабину вытягивать как бы. Ну всё равно, надо следить, чтобы натяжение не падало и, если что, дорабатывать.

Нужен кто-то сильный и без способностей. Ха.

— Кайрат, а ты из лука в Дигме стрелял?

— Не особо. Пару раз, может, когда ночь была и порох не работал.

— Плохо. Ну ладно. Будешь учиться. Я вас прикрою сверху, а ты с кем-то сходи вниз и набери гибких стеблей для чучела. Я сплету мишень специальную, по ней работай, и всем дашь попробовать, если у кого будет хорошо получаться, на пару станете тренироваться. Всё, ты теперь старший по запасному луку.

— Есть! — браво козырнул он.

— На жопе шерсть, — добавил я. — Иди уже.

Всё одну головную боль скинул. Показал остальным, как пользоваться копьём. Самые базовые удары. А потом скрафтил себе деревянную киянку и сделал из остатков обшивки две нагрудных пластины.

Оставался один маленький нюанс.

— Гхм, дамы, — сказал я. — Мне необходимо произвести, как бы это сказать, замеры, для большей анатомической точности. Вы ничего такого не подумайте.

— Только попробуй!

— На глаз делай.

— Извращенец!

— И не стыдно?

Гхм. Ну ладно, на глаз так на глаз.

Пока работал наблюдал за людьми.

Лапа, Тадеуш и Ликтор кучковались вместе. Плохо это.

— Аманд, — подозвал девушку и прошептал на ухо. — Та троица, чтобы вместе никогда на дежурство не попадала.

— Хорошо. Поняла.

— Вот и умница. Чтоб я без тебя вообще делал.

— Выл от горя.

Затем занялся остатками крыльев. Они были очень плотные. Стрела тогда увязла. Пуля, пробив переплетенье крыльев, теряет основную силу. Тот же грифон навалял всем по первое число и был таков. Хотя из рассказа следовало, что стреляли в него метров с пяти.

К тому же они очень лёгкие, что критично при бое или активном передвижении по лесу. Сделал ещё два нагрудника.

Подозвал Элен и Рин. Вручил им доспех из алюминия и строго настрого наказал не выходить без них из пещеры. Крылатые выдал Лизе и Камую.

Мышь зверолова уже была размером с кролика. Я сводил его вниз, и он поймал ещё и птицу, будет у нас за часового. Это была странная мелкая хищная и зла пернатая.

— Их называют боевитка, — пояснил он. — Характер у них не соскучишься. Навсегда запоминают тех, кто их обидел.

Остался ещё материал крыла. Подумал, кому ещё нужно раздать. Надо это как-то грамотно сделать. В итоге решил, что Бете, как основной батарейке Элен, с которой у неё лучшая связка.

— Отвали! — заорал Саманта Агаян на весь лагерь. — Сколько раз тебе сказать?

Тадеуш пытался отвести её в сторонку, но девушка вырвалась и ушла.

Хм…

— Аманда, — тихо проговорил я. — Организуй мне беседу с Самантой, чтобы никто не знал об этом.

— Попроси всех помочь со своими делами, — сказала девушка. — А я с ней поговорю, чтобы она откликнулась, вроде как сама.

Я дождался знака и громко спросил:

— Порукодельничать никто не хочет?

— Я! — отозвалась Саманта.

— Смотри, вот эти острые края доспеха нужно зашлифовать камнем, вот так, — я показал.

Все быстро потеряли к нам интерес, я сел к ней спиной и тихо проговорил, чтобы никто не слышал.

— Саманта, могу ли я тебя кое о чём попросить.

— Это что-то с Тадеушем, — сразу догадалась она.

— Да.

— Это наши с ним дела.

— Я знаю. Но ест вещь, в которой только ты можешь помочь. И если это не сделать, боюсь, всё может плохо кончится. Если откажешься я пойму. Просьба такая себе, с точки зрения морали. Можно сказать, даже немного оскорбительная по отношению к тебе.

— Говори уже, — явно заинтересовалась она.

— Не могла бы ты начать оказывать знаки внимания Ликтору.

— Что? Ты охренел⁈ — прошипела она.

— Я хочу, чтобы ты вбила клин между Ликтором и Тадеушем, чтобы однажды они вдвоём не вбили мне нож в спину. И я сейчас не фигурально выражаюсь.

— Ты козёл, Андрей Богданов.

Я лишь пожал плечами.

— Пусть так. Но козёл, который хочет, чтобы все выжили.

— Хорошо.

— Спасибо.

— Засунь его себе в задницу.

Девушка встала и ушла.

Фух.

Только выдохнул и хлебнул воды, как Аманда вручила мне рюкзак.

— Там вода, перекус, мини-аптечка, верёвка, маленькая радейка и бинокль.