— Нормально, — буркнула она.

— Вот что, — сказал я и поманил её пальцем и шёпотом произнёс. — Если ты такая вся из себя ищущая, какого чёрта проглядела перевёртыша?

— Но и Рин тоже, — удивлённо проговорила она.

— И Рин и ты. Вдвоём ворон считали. Но не возьму я тебя не поэтому, глупо рисковать ищущей. Если ты не заметила, я никого с недавними серьёзными травмами не взял и набрал крепышей. Работай по профилю, оцени следы на тропе. Может, почувствуешь нечто интересное. Ты мне как рабочий инструмент нужна, когда мы вернёмся.

Девушка насупилась и ушла. Я вздохнул.

— Тяжело быть главным? — спросила Цветанка.

— Так себе работёнка, — признался я. — Можно я тебя Цветик буду звать?

— Можно, но только наедине, — смущенно улыбнулась девушка.

Я протирал меч, думая, что нужно ему ещё ножны с Пути притараканить. А то сейчас, конечно, петлю на поясе сделаю, но это совсем не то, мешаться будет сильнее. Всё же хорошо наточен.

— А почему у тебя на мече по-нашему написано «Карма»? — спросила Цветанка.

Твою мать! И ведь многие прислушиваются к нашему разговору.

— Без понятия, — сказал я. — Может, это и не по-нашему, просто буквы схожие. А может, у него какая-то своя интересная история. Мне, честно говоря, пофиг. Главное, что он похож на мой меч из Дигмы. Хотя там у меня потяжелее грамм на сто двадцать был.

— Закончила, — сказала девушка.

— Спасибо за помощь, — я накинул футболку.

— Когда отъесться успел? — спросил Лапа, подходя.

— У тебя сколько тренировок в день было?

— В день? Штук пять-семь в неделю.

— А у меня три в день. Вот и прикинь.

Только вот вложенные очки Телосложения будут добавлять мне день от дня больше массы. Все начнут худеть, а я набирать. Как отмазаться? Подумают, командир в крысу точит что-то по ночам.

Я снарядил группу. У всех были пустые рюкзаки, не считая бутылки воды и чего-то похожего на жгут и бинт. Обычно это был легко затягивающийся ремень и майка, распущенная на полосы.

— Оружие по пути сделаю, — сказал я.

Спустились с тропы и провёл инструктаж:

— Те, кто хотят вернуться, должны слушаться безукоризненно. Остальные могут делать, что хотят. Ерунды я никакой не выдумываю. Всё по делу. Идём!

Мы выдвинулись, я сразу начал присматривать подходящие древки для копий. Срубил сначала одно. Сделали привал, заточил его об лезвие меча. Заодно проверил следы, там, где мы были с Ликтором, уже и не найти нехоженого места. Много кто прошёл в поисках нас, да не судьба встретиться была.

Мышцы постанывали, так что я задрал темп, чтобы разогнать кровь и прошла эта вязкая деревянность в движениях. Нашёл ещё одно отличное древко, сделали привал под раскидистым дубом. Это копьё заточил иначе. Сделал с большой зазубренной.

— Смотри, — вручил его Лапе. — Это оружие одного удара. Тут видишь, как тонко у наконечника получилось. Вонзаешь его и дёргаешь, обламывая. Наконечник остаётся в теле противника. Он большой и неудобный. Понял?

— Да.

— Отлично. Идё… — я затих на полуслове. Послышалось хлопанье крыльев. — Прячьтесь все! — прошипел я.

Народ раскатился за кусты и вжался в стволы.

Тяжело махая крыльями, пролетело серокожее существо. Тело гуманоида, при этом большие кожистые крылья.

— Похоже, гаргулья, — заметил Лапа, когда опасность миновала.

Народ гадал, кто это. Я же сорвал гриб. Сыроежка, надо же. Повезло. Молча махнул рукой, призывая продолжить движение и жестами же предложил группе гриб, но все отказались, тогда закинул в рот. Вкус так себе без соли и добавок, но дарённым калориям в зубы не смотрят.

Сеанс связи чуть не прошляпили. Но ловило тут плохо. «Лиза» ещё худо бедно разобрали, и ещё «я-то вас слышу», и всё. Хотя бы знаем, что ещё жив собеседник.

По пути заметил на дереве скелет то ли лося, то ли дикой лошади. Кто и зачем его туда закинул непонятно, но я не поленился, залез и забрал копыто. Пригодится.

Мы уже очень сильно отдалились от лагеря, когда Дилон тихо подозвал нас и указал на ствол. В неизвестное дерево(Ликтора с нами нет) была вбита острая деревяная трубка и заткнута пробкой.

— Эльфийский кран, — тихо пошутил Лапа.

Я залпом осушил свою бутылку, дёрнул пробку и подставил горлышко. Полилось довольно быстро. Бутылка наполнилась за пару минут, а потом поток иссяк и стал капать совсем по чуть-чуть.

Я сделал глоток. Вкусно. Очень освежающая вода. И Лапа прав, вероятно, эльфийские тропы тут. И, если пройдут, поймут, что кто-то был и всё выпил. Возможно, на своих подумают, а может и на чужих. Лучше следы запутать.

Я вынул копыто, отправил отряд чуть подальше, сам же вывел рисунок изображающий остановившегося на лёжку кентавра. Даже почки посрывал вверху на уровне его башки для достоверности.

Быстро догнал своих. Сегодня как-то везло. Пока не на кого не нарвались. В ровно попробовали выйти на связь. Ничего толком не услышали. Только беканье и меканье да помехи. Но хотя бы поняли, что пилот всё ещё жив.

А потом я нашёл следы ящеров. Прошла большая группа. Метров через двести увидел след обувки. А потом опять только ящеры.

— Пойдём по этой просеке, — прошептал я. — Группа была большая десять-двенадцать особей. Многие побояться им на след вставать. Спокойно минуем какое-то расстояние.

— Кто это? — спросил Лапа. — Динозавры какие-то или разумные рептилии?

— Нет. Похоже наездники на ящерах.

— Я бы предположила, что бездники, — сказала Лиза.

Я недоумённо на неё посмотрел, пытаясь вспомнить, кто там вообще в этой фракции.

— У них ещё уши такие огромные и длинные, заострённые, как кривой кинжал выглядят. Глаза без зрачков с отливом.

— Всё вспомнил, — сказал я. Эта фракция славилась своими ведьмами. Наши стихийники молний и рядом с ними не валялись. Те как шарахнут, предохранитель на подстанции слетит.

Чем дольше мы шли, тем веселее мне становилось, бездники, похоже, к самолёту чапают. По дороге сделал копья всем и даже себе. Потом из частей обшивки ещё острые, хорошие наконечники скрафтчу.

Вышли мы совсем не с той стороны, с которой уносили отсюда ноги. Я заметил на деревьях множество караулящих. Был тут и молодой разумный шимпанзе в хорошем таком шлеме, лук, правда, похуже моего, а тетива вроде лучше. Пауков насчитал троих. Один вампир, который сразу ретировался, едва нас завидел, то ли за подмогой, то ли силы сравнил и разуверился в себе.

Мы сидели и выжидали. В ноль-ноль очередного часа всё же состоялся сеанс связи.

— Скажи, что зайдём с закатом с хвоста, — предупредил я девушку.

Связь была нормальная. Она коротко переговорила с пилотом. Он сообщил, что радейка один раз мигала зелёным. Вроде как высокий шанс, что отправила сигнал «SOS» на пролетающий ретранслятор.

— Я иду один, — сказал я. — Если всё нормально, вызову вас по связи. Будьте начеку.

Я стал тихо красться, подолгу замирая. Подошёл с кабины. Подволок сваленное дерево, тихо опустил на нос самолёта и взобрался. Стекло было затянуто паутиной, только поэтому пилота не сожрали.

Я осторожно проткнул её и разрезал мечом. Резко нырнул в кабину. Первого пилота не было. А вот второй, держал трубку рации в руках. Всё так же был весь в осколках. Буквально живого места на нём не было. В шее осколок размером с ладонь. Серая-синяя кожа мертвеца. Запах мертвеца.

Что за нахер?

Он резко распахнул глаза. Это были мёртвые глаза. Мёртвые и совершенно разумные.

— Сос. Океаник Семь Четыре Семь, — улыбнулся он.

Я врубил Обнаружение Нежити. От салона фонило десятками аур, да и по округе было рассыпано прилично. Но хуже всех мёртвым солнцем пульсировал тот, кто это всё затеял.

Я щёлкнул тумблер радейки, и она зашипела.

— Лиза бегите! — заорал я. — Это ловушка. Лич! Это проделки лича!

Глянул на шкалу маны. Что-то я не рассчитал со сканирующим заклинанием. Двести единиц всего осталось.

Лич. Лич. Лич. В самом базовом варианте, это мёртвый некромант, возродивший сам себя и через это обманувший законы мироздания и получивший тем самым огромную силу. Но учитывая наш мир, это мог быть кто угодно по происхождению, в том числе и рождённый в Некрополе. То есть представитель изначально мёртвой цивилизации, чьи тела существуют по законам смерти с рождения.