Парень на входе в спортзал качал банки двумя большими гантелями. Джон недобро зыркал на редких прохожих, чтобы они и не думали пялиться на девчонок, что сейчас делают присед и невольно, будто какими-то ментальными волнами привлекают самцов со всей округи.

Но вот взгляд наткнулся на очередную тёмную фигуру и гроза всей улицы, тот, кого боялись и стыдливо отводили взгляды, сам вздрогнул. Он ещё не видел лица, но узнал идущего по блеску хищных глаз.

Чем ближе подходил человек. Тем отчетливей вырисовывались черты лица.

— А ты изменился, — хмыкнул охранник, бросая гантели и протягивая руку старому приятелю.

Буян бы точно не занимался с железом, но отчего-то не уступал парню в телосложении. Восемнадцатилетний пацан выглядел на все тридцать три. Через правую сторону лица тянулся длинный уродливый шрам от удара когтей.

— Да и ты я вижу, поднабрал, — усмехнулся подошедший. — Прошел по району. Наших никого нет. Голяк по старым адресам.

— Разъехались или откинулись, — пожал плечами парень.

— Видел кого?

— Только Анда. Он захаживал, но что-то пропал. Сегодня не пришел.

Буян нахмурился.

— Внеочерёдка была. Может, случилось чего.

Джон пожал плечами.

— Живёт там же?

— Вроде, — нехотя ответил он.

— Ты ссышь, что ли? — заметил старый приятель. Заржал и хлопнул парня по плечу.

— Ниче не ссу! — набычился тот, но нервное переминание выдавало его с головой. — Просто…

— Не ссы, — сказал Буян. — Ладно. Ещё свидимся. Цифры дай свои, тема есть.

Охранник нехотя надиктовал номер домашнего телефона.

— Погоди, — сказал Джон. — Пошли хоть чай попьём. Как-то это…

— Да забей. Потом. Успеется.

— Постой, — остановил его охранник. — Тут Натаха хотела Анду уши оторвать за то, что пропустил. Проводи её.

— Почему бы не сопроводить даму, — жутко оскалился Буян.

— Натах! — окликнул её спортсмен. — Я тебе тут провожатого организовал. — Сходи к Анду.

Штанга с грохотом упала на маты. Девушка вытерла выступившую испарину рукавом и пробасила:

— Пять минут подождёшь, красавчик?

— Да хоть пятнадцать, — дернул щекой Буян. — Я думал, ты про ту сочную, — прошептал он.

Девушки ушли в подвал и вышли минут через десять с мокрыми волосами. Облегающие вещи липли к слегка влажным телам. Охранник даже подумал, что зря решил обезопасить Андрея, и подставил девчонок. Кто знает, что у Буяна в башке.

— Натаха, — протянула руку спортсменка, нагло разглядывая Буяна. — Это Полина. Будешь так на неё пялиться, челюсть тебе сверну.

Буян оскалился и перевёл взгляд на Натаху.

— Ну-ну, — прорычал он как довольный тигр. — Прошу, дамы.

Делегацию я заметил издали и сначала напрягся, но потом опознал всех.

Буян, мать его! Что он тут забыл. Я бросил взгляд на Пашку. Жаль, арбалеты забрали как улику.

— Ты почему тренировку пропустил? — пробасила Натаха и подлетела ко мне, хотела ткнуть меня в грудь, но тут Пашка въехал в неё.

— Оглядись, дура, — сказал брат, явно сбивая девушку с толку. Она переводила заторможенный взгляд с него на меня, а потом на разбитый забор, горы старой мебели, обломки и кровавые тряпки у мусорной бочки.

— Натаха, Поля, — взял я слово. — Это мой брат, Павел. Паш, это Натаха и Полина. Мы вместе в качку ходим. А Буяна ты должен помнить.

Брат только сейчас заметил его и даже немного сбледнул с лица. Я же пошёл к гостям, пожал руку Натахе, поцеловал ручку Поли и протянул граблю Буяну.

— Ну здорова, гроза района, — насмешливо протянул я.

От того мальчишки, что когда-то хотел навести тут порядок, верил в справедливость по дворовым понятиям, не осталось и следа. На меня пялился зверь из тела взрослого мужика. Но я стойко встретил взгляд Буяна и не отвёл в глаза. Слишком часто я смотрел смерти в лицо, чтобы бояться его.

Мы какое-то время играли в гляделки, а потом на уродливой роже старого приятеля появилась довольная широкая ухмылка.

— Сучок мелкий, ты почему меня не боишься?

— Новости почитай, поймешь, — не стал я вдаваться в детали. — Пойдемте в дом, — сказал я. — У нас легкий апокалипсис, но ничего.

— Давай лучше тут во дворе, — предложил брат. — Нечего там тесниться.

— Тоже верно, — смутился я.

— И раз уж вы тут, — Пашка сегодня был в ударе. — Натах, тебе же не привыкать уколы ставить, воткнешь нам?

— Мелкий. Я тебя одной затрещиной убью, выбирай тон.

— Понял-понял, — тут же сдал он назад. — Но вопроса это не снимает.

— А чё надо?

Я отогнул футболку, показав рану, прикрытую пластырем с двух сторон.

— Икс-четвертую прописали? — со знанием дела спросил Буян.

— Хэ его зэ, — сказал я.

— Хтониты же были. Глянь упаковку. Четыре, восемь, пятнадцать, шестнадцать и далее по тексу. Икс четвертая в народе. Дай воткну. У меня рука набита, — он ловко вскрыл упаковку, сорвал зубами колпак и влупил шприц так молниеносно, что я и подумать об Уклоне не успел.

— Живодер, — тихо простонал я, а Буян заржал:

— Радуйся, что тебе не сестричку этого шприца выписали. Вот там спектр ощущений незабываемый.

Мы вынесли во двор стол и расселись. Неожиданно до ушей донесся звук грозного авто. Надо сильно постараться, чтобы сюда доехать. Неужели опять следак?

Перед домом остановился дорогой внедорожник. Я напрягся. Следователи на таких не ездят. Водитель в костюме вышел и открыл заднюю дверцу. Оттуда выпорхнула Элен.

Брат пнул меня под столом, а ему это было охренеть как непросто. Я недоумевающе глянул на него, как бы говоря, сам не в курсе.

Элен кривила нос от запахов. Подошла к забору, оглядел хаос, нашу компашку и нехотя прошла на территорию.

— Привет. Можно тебя на минутку.

— Привет. Ты что тут забыла? Случилось чего?

Я подошёл.

— Это твоя девушка? — кивнула на Натаху незваная гостья.

— С каких пор тебя интересует моя личная жизнь?

Щёки девушки немного запунцовели.

— Да мне плевать на тебя.

— Настолько, что в гетто сунулась. И ведь как-то нашла, не заблудилась. Не самая тривиальная задача, — усмехнулся я и с прищуром посмотрел на водителя. — Или у тебя надежный проводник был?

— Что за чушь ты городишь? Спросила адрес в школе. А мой водитель очень опытный.

Вот ты и спалилась. Хрен кто меня найдёт просто так. Уж насколько у утильщиков опытный водитель, а он и то изматерился весь, пока нас нашел, сам мне рассказывал.

— Ну-ну, — сказал я. Скорее всего, Столб и Рин мне про эту овчарку в пиджаке говорили. — Эй, козлина, — бросил я ему. — Ещё раз будешь подглядывать за моим домом, это плохо для тебя кончится. Район тут неспокойный, мало ли, что может случиться.

— Он больше не будет, — сказала Элен.

Ха! Попалась!

Охранник только глаза закатил. Он-то как раз таки не повёлся.

— То есть тебе настолько на меня пофиг, что ты за мной следишь?

— Эй, коза, ты чего к моему Андрею титьки катишь? — поднялась с места Полина.

Оу! Неожиданно. Впрочем, виду я не подал.

Элен выпучила глаза. Её никогда в жизни не оскорбляли. Охранник заслонил собой хозяйку, и тут уже с места поднялась Натаха.

— Тихо-тихо, — выставил я руки. — Поль, мы просто разговариваем.

Пашка был в восторге от абсурдности ситуации. Буян довольно скалился.

Я отвёл Элен в сторону, чтобы другие не слышали наш разговор.

— Ну и как ты это объяснишь?

— Ты вызвал подозрения у безопасников семьи, — равнодушно пожала она плечами. — Все вопросы к ним. Мне, как я уже сказала, на тебя плевать.

— Тогда че приперлась? — снова спросил я.

— Физрук вынудил. Ты уже у нас теперь крутой игрок. Давай сюда своё плечо. Мне сказали поставить тебя на ноги до завтра. Будешь должен, — она потянула руку, но я отшатнулся.

— Ну уж нет. С такой формулировкой катись-ка ты обратно. Хочешь помочь, буду благодарен. Хочешь заиметь должника, вали добермана гладить.

— Ах ты… — Элен вспыхнула.