— Не постановка?

— Нет. Я всё проверил. Им повезло. Ну как повезло, им когда-то не повезло, чтобы повезло сейчас. Младший инициирован и почувствовал тварей заранее.

— Так это уже не инициированный, а изменённый.

— Не суть. Короче. Там повсюду кровь, кишки. Вся вентиляция в запечённых паразитах. Как там жить после такого, не знаю. Двери, окна в щепки. Кровь вряд ли с досок отмоется нормально. Вонять теперь тухлятиной будет всегда. И самый прикол, с отрядом ещё и предатель был. Пришили вместе со всеми. Вот тебе и блага от покровителей.

— Не подкинули им жмура?

— Нет. Ну по крайней мере, я сильную связь с той стороной почувствовал. Посмотрим, что скажут эксперты.

— А контролёры ушли?

— Да хрен там. Оба готовые.

— Может, отец бывший командос?

— Не. Я уже пробил по базе. Обычный рабочий.

— Дай-ка гляну, — Марк протянул руку к папке с делом и долго разглядывал фото. — Богданов… Богданов, где-то я видел эту фамилию… Ладно. Мне пора. Ты не против, я изучу? Потом сам в архив занесу.

— Тогда и заключение сам заберёшь по предателю. И подошьёшь.

— Окей.

Следователь ушёл к себе в кабинет. Богданов. Богданов. Богданов. Фамилия крутилась в голове. Он взял копию дела о нападении на школу и начал просматривать. Ну конечно! Вот он Богданов! Один из выживших учеников. И рожа какая-то знакомая.

Марк открыл свежее дело и рассмотрел фото. Это что за странные следы во дворе. Он взял лупу. На велосипеде, что ли ездили? Да и лицо у парня смутно знакомое.

— Ванесса, — вызвал он по телефону помощницу.

Спустя минут пятнадцать девушка прибыла.

— Не знаком тебе этот парень?

— Вроде знаком.

— А не помнишь, где мы могли его видеть?

— Нет. Хотя… нет, — девушка закусила губу.

Ищущий снова посмотрел на следы через лупу.

— Это что, тележку из супермаркета между трупов катали? — спросила Ванесса.

— Катали… ага. Каталка! — воскликнул мужчина.

— Коляска. На пляже! — подхватила девушка. — Мы видели их на пляже.

— Всё это очень странно, — произнёс следак. — Простой пацан мастерит оружие из говна и палок. Сомнительно.

— В школе же тоже что-то такое было.

— Да. Я уже поднял дело. Но там всё творил этот зеленоволосый.

— Ликтор.

— Ага. Ладно. Сам съезжу всё осмотрю.

Семьи дома не было. Лишь какой-то торч шарился по дому, но, не найдя ничего ценного, поспешил свалить с места ночной бойни.

Следователь всё осмотрел и задумчиво остановился. Принюхался. Палёным пахнет. Нашёл взглядом бочку. Взял один из болтов-электродов и порылся в золе. Принюхался ещё. От неё веяло рассеянной энергией. Тряпки, что-ли, после уборки тут сожгли?

Он ещё пошерудил внутри и принюхался. Кислятиной несёт. Поскрёб стенку бочки, вроде органика запечёная. Может, утилизаторы сожгли что-то?

Он набрал номер начальника департамента.

— Алло. Марсель? Да. Это Марк. Дай мне того, кто сегодня в гетто на уборку ездил. Да. Спасибо. Пусть перезвонит с твоего. Окей, жду.

Телефон зазвонил минут через пять.

— Алло. Подскажи мне, Фрэнк, в бочке ничего не жгли? Нет? Ну ладно. Спасибо. Да так. Угу. Давай.

Он почесал голову. Надо опросить соседей.

Марк вежливо постучал в соседний дом. Но там никто не спешил открывать, а он точно чувствовал, человек в сознании.

— Я сейчас дверь выбью. Ищущий явился. Открывай.

Раздались осторожные шаги.

— Ну!

Замок провернулся. Размалёванная девчонка испуганно выглянула в приоткрытую дверь.

— Я не кусаюсь.

Она вышла полностью.

— Не дыши на меня, — поморщился он. — Что слышала сегодня ночью?

— Ничего… я крепко спала. Снились кошмары. И только в середине ночи проснулась, — она отвела взгляд.

— Что такое?

— Н-ничего.

— Говори, — он выхватил медальон, зная, как парализующе действует он на некоторых.

— Я обмочилась во сне, — сглотнула девушка.

— Тьфу, — сплюнул он. — Это нормально, когда рядом такие выплески, а ты не просыхаешь. Когда проснулась, что слышала?

— Да ничего. Соседи обсуждали всякое. Спали по очереди.

— В бочке жгли что-то?

— Да. Воняло постоянно палёным, жареным. Я даже есть захотела. Но побоялась выйти. Чудилось, что там уже марионетки, а не люди.

— Пить меньше надо. Скажешь кому, что я здесь был, пойдёшь у меня по шестьдесят второй статье, поняла?

— Д-д-да. А что это?

— Пособничество тварям.

Она сглотнула.

Следователь ушёл не прощаясь. Задумчиво потеребил жетон с глазом внутри глаза. Значит, предателя они оставили, не побоялись разборок. А, видимо, осьминогов и паразитов сожгли. Но зачем? Зачем преуменьшать свою заслугу?

Что они скрывают?

У хорошей ищейки с собой всегда жучки, но сегодня Марк был плохой ищейкой. Он набрал номер из списка контактов и проговорил:

— Сингхапур? Слушай, пришли мне двоих своих ребят. Только пусть поторопятся, надо аппаратуру на дом поставить, пока хозяев нет. И необходимо поглубже жучки запихнуть, тут после атаки ремонт будет какой-никакой, могут и сковырнуть. Нет, камер не надо. В доме женщина живёт. Знаю я твоих дрочил бестолковых. Сольют в сеть, потом проблем не оберёмся. Не сольют? Ни разу не было, да? Ах, с этими не было. В любом случае, если найдут камеру, то могут подать жалобу. Семья бедная, их тут же подберут эти пираньи из адвокатских контор. Ты же знаешь их договоры, где агентство берёт на себя риски и в случае успеха забирает девяносто процентов прибыли. А тут нищета полная, они на один процент согласятся. Да. Хорошо. Жду. Я тут страхую. Если явятся, задержу. Ребята успеют закончить работу.

Задерживать не пришлось. Специалисты из технической службы успели всё поставить до возвращения хозяев. Прежде чем самому опросить семью, Марк решил сначала послушать их хотя бы два дня, а там, глядишь, и появятся зацепки.

Что могли, мы затёрли и растворили, благо утильщики подсказали, какими средствами лучше удалять органику хтонитов. Что получилось, прибрали. Закинули парочку «впитывателей», которые должны нейтрализовать запахи.

— Так, ладно. Теперь, когда всё это позади, — сказал отец. — Нам нужно серьёзно поговорить. Что это было, сын?

Брат и мама смотрели на меня. Нужно было что-то придумать. Я глянул на Пашку, надеясь на его поддержку.

— Ладно, — вздохнул я. — Думал, вы всё же не обратите внимание ни на что и удастся избежать этого разговора. Не хотел говорить, но, видимо, придётся признаться. Вы поняли, что без подготовки провернуть то, что я сделал, нельзя. Так что да. Я готовился. С того самого дня, как на Пашку напали. Изучал создание оружия из подручных предметов. И тренировался. Особенно последние несколько месяцев.

Я кивнул на тумбочку в своей комнате. Отец прошёл и вытащил книги, вслух зачитывая названия и бегло пролистывая их одну за другой.

— Нда… — протянул он. — Основательный подход.

— Может, прозвучит жестоко, — сказал я. — Но я ждал нападения на школу.

— Сын, — мама посмотрела на меня с какой-то смесью заботы и тревоги.

— И когда напали на школу… — тут я невольно взял паузу. — Я обрадовался! Нет, не смертям и опасности умереть. А возможности отомстить! Это была проверка сил. Я не стал вам говорить, чтобы вы не беспокоились. Но там я так же делал всем оружие. Там я понял, что смогу защитить вас всех. А хтонит… это был тот же самый контролёр. Я думал, что убил его тогда, но нет. Я ошибся.

— Невозможно, ты хоть представляешь… — начал говорить отец.

— Я узнал его, — проговорил брат. Мама вздрогнула. — И он узнал меня. Он приходил за мной.

— Или за мной.

— И вернётся снова.

— И мы будем готовы. Лучше, чем сейчас.

— Мальчики, — обняла нас мама. — Не надо так. Прошу, подумайте. Они представители хтонитов. Вдумайтесь в этот термин. Двум подросткам не удастся с ними справиться.

— Я попробую приобрести арбалет, — сказал отец.