— Вчера? — Хотя я сопротивлялась, его хватка была железной. — Отпусти меня. Я могу идти сама.

Он дернул меня к себе: — Не испытывай мое терпение, миссис Спенсер, — пригрозил он. — Я запихну тебя в чертову машину, и клянусь Богом, если ты не подпишешь эту лицензию, когда Аделаида очнется — если очнется — она окажется в приюте для нищих.

— Ты монстр.

— Пойдем, дочка. Ты во мне сомневаешься?

Меня передернуло от его прикосновения, а желудок скрутило от запаха его дыхания.

Во всем этом именно его угрозы двигали меня вперед: — Я не сомневаюсь в тебе. Я не соглашусь на свадьбу, пока не узнаю, что мать в порядке. Я не выйду за Брайса, пока она не сможет быть со мной.

— Уже поздно, — прорычал он. — Как я и сказал, бумаги готовы. Вы поженились вчера.

Я глубоко вздохнула, надеясь найти способ избежать поездки в полицейский участок: — Я сейчас ни на что не соглашаюсь, но… — я указала на шум гостей, — даже ты должен понимать, что это PR-кошмар.

Лимузин наконец остановился. Хотя Сюзанна начала спускаться по ступеням, я продолжала: — Вы с Сюзанной должны ехать к Брайсу. Я попробую все объяснить.

Появился Брэнтли, открывая заднюю дверь.

— Чепуха. Мир должен видеть новую жену Брайса рядом с ним. — С моей рукой, надежно зажатой в хватке отчима, он потащил меня вперед, следуя за Сюзанной.

Когда мы добрались до подъездной дорожки и Сюзанна села в машину, я снова попыталась придумать, как избежать поездки. Несмотря на все старания, мои тонкие каблуки мало сопротивлялись мостовой.

— Я не должна ехать. У нас гости. Позвольте мне объяснить…

Хватка Алтона ослабла, когда мы оба обернулись. На секунду — или дольше? Время шло без всякого смысла — Алтон и я одновременно повернулись на необычный шум.

Помимо Брэнтли, остальной персонал был отправлен в свое «другое измерение». Мы были одни, а теперь — нет.

Решительные шаги отдавались эхом по дорожке, перекрывая вечерние шумы. Ровное дыхание. Властное присутствие.

— Отпусти ее.

Мои легкие забыли, как дышать. Осенний бриз перестал дуть. Листья больше не кружились. Мое сердце замерло, и мир перестал вращаться от этого глубокого, требовательного голоса.

Всего в нескольких футах стоял самый красивый мужчина из всех, кого я знала. Тот, кто владел не только моим телом, но и душой. Я не была замужем за Брайсом Спенсером. Я никогда не могла бы ею быть. Не до тех пор, пока существует Леннокс Демитри. Я принадлежала ему.

— Чарли, иди сюда.

Все мое тело пронзило током. Даже до того, как я увидела его, в тот миг перед его появлением, я знала, что он здесь. Я знала. Сердцем и душой я знала, что мой Бэтмен нашел меня, спасая. Я говорила ему, что я не дева в беде. Я сопротивлялась его прямому вмешательству и делала все, что могла, сама.

Однако, когда неверие сменилось шоком на лице отчима, я захотела забрать обратно все свои слова.

В ту секунду я приветствовала присутствие Нокса, его требования и его спасение.

Прежде чем я успела пошевелиться, Алтон произнес: — Александра, садись в машину.

Я не колеблясь повернулась и шагнула к Ноксу. Он был здесь, прямо передо мной. Но прежде чем я твердо встала на ноги, Алтон сжал мою руку сильнее.

Следующие несколько секунд прошли в странном пространственно-временном континууме. Я видела, как двигался Нокс. Его тело стало текучим, легко скользнув к моему боку. Одновременно с этим Алтон отпустил меня и отшатнулся к машине, спотыкаясь.

Мне потребовался миг, чтобы осознать, что произошло. Нокс ударил его.

— О Господи, — прошептала я, прикрыв рот рукой. — О Господи.

Пока Алтон приходил в себя и потирал подбородок, движения Брэнтли привлекли мое внимание. Быстрее, чем я когда-либо видела, он залез под пиджак. В его руке теперь, отражая огни особняка, был пистолет.

Задыхаясь, я закричала, бросаясь к Ноксу: — Нет!

Если бы это был фильм, все происходило бы в замедленной съемке. Мой крик был бы растянут нечеловечески долго. Пуля была бы в фокусе камеры, летя сквозь воздух, пока мир вокруг размывался.

Но это был не фильм. Мой крик был быстрым, как и другой голос — новое требование:

— Брось пистолет, ублюдок, или умрешь. Выбор за тобой.

К счастью, пуля так и не покинула ствол. Глаза Брэнтли перебегали с Нокса и меня на что-то позади нас.

Пока Алтон выпрямлялся, потирая челюсть, Нокс притянул меня к себе, пряча в безопасности у своего бока. Если бы только на нем был его плащ. Тогда я могла бы завернуться в него и исчезнуть. Вместо этого я обернулась, чтобы увидеть, чей это был рычащий голос.

— Ты? — сказал Алтон, глядя на Айзека. — Из «Магнолия Вудс»!

Мне потребовался миг, чтобы понять, что он имеет в виду псевдоним Айзека — обеспокоенного сына пациента.

— Брось чертов пистолет, — повторил Айзек, держа его на мушке.

— Сынок, ты пожалеешь об этом, — сказал Алтон Ноксу. — Я засажу тебя за нападение и похищение.

— Я тебе не сын, — сказал Нокс. — Радуйся, что ты еще не без сознания. Я сделал тебе одолжение.

Переведя взгляд на меня, Алтон спросил: — Александра, где твои два вопроса?

Я не ответила, лишь посмотрела на Нокса: — Моя мама?

— Доверься мне. — Это все, что он сказал, не сводя яростного взгляда с Алтона.

Мое сердце почти остановилось от этого ультиматума. Доверься ему. Я доверяла и не доверяла. Патрик говорил, что есть план. Я проглотила свою неуверенность и крепче прижалась к человеку, который просил меня сделать то, что я уже делала больше раз, чем могла вспомнить.

— Челси? — спросила я.

— Да, — ответил Айзек.

В их ответах ни один из мужчин не раскрыл карт. В этой новой игре с высокими ставками никто не показал своих козырей. Но в глубине души я знала, что Нокс, Айзек, и, вероятно, Клейтон и Делорис тоже, сделали то, что обещали. Несмотря на ад последних десяти дней, семья, которую я нашла в Ноксе, сделала для меня и тех, кого я люблю, больше, чем моя настоящая семья когда-либо сделала бы.

Напряжение, которое заставляло меня стоять и переставлять ноги, вытекло из моих костей, оставив меня обмякшей, как опавшие листья. Мой рыцарь, мой Бэтмен, подхватил меня, когда Айзек подошел ближе.

— Еще раз, — потребовал Айзек. — Брось пистолет.

— Вам это с рук не сойдет, — предупредил Алтон. — Вы не выберетесь с этой территории. Если вы ее заберете — это похищение.

Я покачала головой: — Нет, это ты меня похитил. Он меня спасает.

— Тебе стоит рассказать этому преступнику, что случилось вчера, миссис Спенсер.

Нокс не обернулся, но, прижавшись к нему, я почувствовала, как его тело напряглось.

Я потянулась к бриллиантовому кольцу на левой руке и бросила его на землю к ногам Алтона: — Мое имя мисс Коллинз. Забирай свое чертово кольцо. Фарс окончен.

— Видимо, тебе плевать на свою мать.

Хотя Брэнтли опустил ствол, пистолет все еще был в его руке.

Нокс шагнул ближе к Алтону: — Мы уходим. Попытайся остановить нас, и в следующий раз ты будешь валяться на земле.

Через открытую дверь лимузина испуганный взгляд Сюзанны пронзил ночную тьму: — Алтон, Ральф только что написал. Он там, но Брайсу мы нужны.

Нокс сказал через плечо Айзеку: — Я думал, я велел тебе оставаться с ней.

— Клейтон с ней и машиной. Я пропустил стрельбу в парке. Эту я не пропущу.

— С ней? — спросил Алтон.

Взгляд Нокса все еще был прикован к Алтону и Брэнтли: — Чарли — законная наследница этого места. Она не будет сбегать через черный ход. Мы уйдем через парадные ворота.

— Да, сэр, — сказал Айзек. — Я думал, вы так скажете. Клейтон будет через несколько минут.

Алтон выпрямился: — Вы бредите. Как, по-вашему, Александра отреагирует, когда узнает, что вы ей наврали и что вы несете ответственность за то, что ее мать продолжает болеть?

— Пропусти мою машину — сейчас, — потребовал Нокс.

Когда Алтон не ответил, Нокс произнес лишь одно слово: — Неверность.