Я обернулась к мистеру Оуэну: — Как можно скорее выселите его из поместья.

Рука Нокса не покидала моей поясницы, пока мы направлялись к выходу.

Сцены за окнами внедорожника вызывали воспоминания — как хорошие, так и плохие. Почти девятнадцать лет моей жизни прошли в этом городе, а точнее — на территории поместья Монтегю.

Я крепче сжала руку Нокса.

— Ты еще вернешься сюда, — сказал он, когда тяжелые железные ворота отворились, впуская нас внутрь.

— Честно говоря, если этого больше не произойдет, я буду только рада.

— Это твое. Ты слышала Дэрила. Ты читала завещание. Ни один судья не лишит тебя законного наследства.

Выпрямившись, я наклонилась и поцеловала Нокса в щеку. — Все дело в деньгах, да?

— Что?

— Вот почему ты терпишь меня.

Улыбка Нокса стала шире. — Нет, принцесса, это потому, что мне нравится, как ты кричишь, когда я...

Делорис кашлянула. — Слишком много подробностей. Вы не одни.

Мы действительно были не одни, хотя это никогда раньше не останавливало Нокса, его комментарии или действия. Однако на этот раз с нами была не только охрана, но и Делорис.

— Это не займет много времени, — сказала я. — Джейн сказала, что наши паспорта готовы. Мама не доверяла почте.

Делорис кивнула: — Я спокойнее, когда я с вами.

— Джейн пообещала, что ни Брайса, ни Алтона здесь нет.

— Дэрил добился судебного запрета, — напомнил Нокс. — Твоему отчиму нельзя приближаться к тебе ближе чем на сто ярдов. — Его хватка на моей руке усилилась. — То, что он наговорил... Черт. Я не планирую подпускать его на такое расстояние. Хотя, с другой стороны, жаль, что он не попробует подойти.

— Леннокс, — предостерегла Делорис.

— Я должен был ударить его сильнее. В следующий раз так и сделаю.

— Я впечатлена, — призналась я.

— Я впечатляющий, — ухмыльнулся Нокс.

— Нет, я впечатлена тем, что мистеру Оуэну удалось добиться запрета. Не верится, что судья действительно подписал что-то против великого Алтона Фицджеральда.

— И еще один — против мистера Спенсера, чтобы он не приближался к Челси, — добавила Делорис.

Даже без официального заявления Челси, ее синяк на щеке был достаточным основанием для запрета против Брайса. Мистер Оуэн не просил для меня запрета на общение с Брайсом, как и для Челси — на общение с Алтоном, но вдвоем мы перекрыли все пути.

Клейтон остановил машину, и я выглянула в окно. Безупречные стены, чистейшие окна, просторные парадные веранды — все было точно так же, как всегда. Но знание того, что кошмар моей матери, как и мой собственный, почти закончился, придало этому месту новый вид.

Клейтон открыл дверь. Я вышла, а Нокс последовал за мной.

— Тебе не обязательно входить.

Он приподнял бровь: — Мы обсуждали правила. Я до сих пор не отшлепал эту сексуальную задницу. Для протокола: входить в дом, который все еще считается его, без меня — это то же самое, что садиться в одну из его машин.

У меня приятно закололо внизу живота, и я улыбнулась в ответ на его угрозу. Дело было не только в предупреждении, но и в том, как при упоминании порки его голубые глаза начинали мерцать. — Слушаюсь, мистер Демитри.

Губы Нокса изогнулись, когда он взял меня за руку. Мы вместе поднялись по ступеням к открывающейся двери. — Магия? — прошептал он.

— Как в Хогвартсе, — ответила я. — Серьезно, персонал Монтегю волшебный. Они умеют появляться и исчезать. Сама не знаю, как они это делают.

— Алекс! — приветливый голос Джейн эхом разнесся по фойе.

Я обняла ее, а затем отступила на шаг. — Джейн, это Леннокс Демитри.

Нокс протянул ей руку: — Очень приятно познакомиться, Джейн...? — он позволил ее имени повиснуть в воздухе.

— Петерсон, — подсказала я. — Джейн Петерсон.

Она кивнула, изучая Нокса с ног до головы. — О боже, я вижу, почему Алекс так в тебя влюблена.

Легкий румянец проступил на его щеках: — Она тоже очень тепло о вас отзывалась.

— Рада это слышать. — Она наклонилась ближе. — Мне нравится улыбка на твоем лице. Она делает тебя еще красивее, чем обычно.

— Мне она тоже нравится.

— И внутри ты тоже прекрасна.

— Может, однажды вы расскажете мне пару историй об Алекс в детстве? — попросил Нокс.

— Она все еще юна, но да, сэр. У меня есть истории.

— Алекс сказала, что вы здесь всю ее жизнь?

— Это правда, — ответила Джейн. — В основном потому, что я стара, как мир. Кажется, мы с братом были здесь еще до сотворения времени.

— Ваш брат? — переспросил Нокс.

— Да, мой брат Брэнтли. Он возил Монтегю еще до того, как я начала менять пеленки.

Я покачала головой: — Когда я была маленькой и узнала фамилию Джейн, я думала, что они женаты.

Смех Джейн наполнил комнату теплом. Я могла бы слушать его вечно. — Нет такого мужчины, который справился бы с этим, — она провела рукой по своей фигуре.

Я рассмеялась: — Продолжай искать. Есть еще хорошие варианты.

— Да, дитя, пожалуй, ты нашла себе одного. К тому же, мы с Брэнтли никогда не были близки.

— Но вы работали вместе... вечно? — удивился Нокс.

— Это место огромное. Мы пришли сюда одновременно, потому что наши родители работали на мистера Чарльза и мисс Оливию.

Мой тон стал серьезным, когда я оглядела пустое фойе, задержав взгляд на коридоре, ведущем в кабинет Алтона. — Скажите мне снова, что его здесь нет.

— Нет, мэм. Он на работе. Я знаю по телефону Брэнтли, что мистер Фицджеральд весь день не покидал офис Montague Corporation. А когда он здесь, он либо заперт в кабинете, либо у себя наверху.

— Спасибо, что помогаете нам. Мы скоро вернемся в Нью-Йорк. — Я взяла Джейн за руку. — Что вы собираетесь делать?

Она пожала плечами: — А что я могу?

— Поезжайте в Нью-Йорк. Мама была бы счастлива, если бы вы были с ней, я тоже.

— Мне бы это понравилось. И я бы хотела, чтобы мисс Аделаида тоже вернулась домой. Это ее дом. Твой.

Я глубоко вздохнула, осматривая мраморный пол, большую лестницу и витиеватое освещение. Здесь больше не было так страшно, но это место не наполняло меня тем теплом, которое я чувствовала в Рай. Я снова повернулась к Джейн. В ее взгляде было то самое тепло, чувство дома. Я улыбнулась. — Кто знает? Может быть, когда-нибудь.

Я снова взяла Нокса за руку. — Раз уж мы здесь, позволь показать тебе мою комнату.

Он приподнял брови: — Ты же знаешь, что в машине нас ждут люди.

— Двое людей. Едва ли это толпа. К тому же, когда тебя волновали Делорис или Клейтон? — я потянула его за руку к лестнице. Никогда не думала, что приведу Нокса в поместье Монтегю. Никогда не хотела смешивать свои миры, но с его рукой в своей ступеньки казались не такими пугающими. Двери больше не были стражами, требующими повиновения. Замочные скважины — порталами с глазами, следящими за каждым движением. Коридор был просто коридором.

Я открыла дверь в свою комнату.

— Очень по-девчачьи, — сказал он, оглядывая рюши.

Я поспешила к кровати и подпрыгнула на краю: — Это так. Цветочные обои и кровать с балдахином.

Нокс сел рядом: — Мне нравится.

— Правда?

— Мне нравится узнавать о тебе больше. — Он провел рукой по гладкому деревянному столбику, поддерживающему балдахин. — И мне нравится, что мы могли бы сделать с этими стойками.

Жар разлился не только по щекам — внутри все скрутилось, ноги непроизвольно сжались. — В машине люди, помнишь?

Он наклонился, толкая меня на матрас: — Просто представь, как ты привязана к этим столбам, твои ноги широко разведены, а сексуальная грудь так уязвима...

— Нокс?

Он провел пальцем вдоль выреза моего платья к груди и обвел кругом мой сосок под тканью. Его улыбка стала шире: — Твои соски твердые от одной мысли об этом. Подумай, что бы я мог с ними сделать, если бы мы сняли это платье?

Он был прав.

— И не только они твердые, — он потянулся к подолу моей юбки. — Давай, принцесса, пошалим в твоей спальне.