«Сложно тебе, что ли, было забрать её?..», - промелькнула в адрес тёти Милы недобрая, но вялая мысль.

Через некоторое время он открыл глаза и, увидев только белесую подрагивающую пустоту, на мгновенье решил, что ослеп. Потом понял, что обзор ему загораживает жмущийся к лицу Шуркин бок и отпихнул её непослушной рукой.

Оказалось, что он в неудобной позе, с закинутыми на скамеечку ногами скорчился на дне небольшой вёсельной лодки. Над ним застыло безграничное, неподвижное, как на фотографии, небо. Он попытался найти взглядом солнце, но не смог. Наверное, рассвет еще не наступил...

Голова болела так, словно накануне он выпил без закуски литр водки, а не чашку чая. Вот и говори потом о вреде алкоголя... Только вот когда был этот «канун»? Вчера? Сегодня? Неделю назад?

Кое-как он собрался в кучу и, сев на скамеечку, уставился на расположившуюся напротив фигуру. Чёрная хламида, в которую та была облачена, непременно вызвала бы тревожную ассоциацию с мифическим Хароном, если бы не выглядывающие из-под подола синие треники с лампасами и потрескавшиеся кроссовки. Маячившая в глубине капюшона физиономия тоже не тянула на мифическую. Нос картошкой, усеянные капиллярами щеки, припухшие глаза и обветренные губы. Собрата-алкаша Коля признал сразу и даже слегка оживился.

- Привет..., - прохрипел он, - Где это мы?

Мужичок скривился, на мгновенье отпустил весло и приложил указательный палец к губам.

Коля огляделся в поисках посторонних ушей, но вокруг, насколько хватало глаз, простиралось только море. Штиль был такой, что даже те волны, что создавались движением кормы и вёсел, гасли сразу, не нарушая окружающую статичную безмятежность.

- Мужик, что это за море?

- В душе не ебу, - отозвался тот прокуренным шёпотом.

- В смысле?

- В прямом. И вообще нам запрещено разговаривать. п.6.8 Разговоры со Смотрителем запрещены.

- Дичь какая-то..., - Коля, почувствовав, что сопрел в своем зимнем пальто, скинул его и протянул «паромщику» руку, - Николай.

«Харон» поколебался, потом, сдаваясь, отпустил вёсла и пожал протянутую руку.

- Иван. Дичь, конечно, но инструкции сочиняют толстомордые буржуи, и нам, простым работягам, лучше их соблюдать. Если, конечно, хотим получить свои кровные и не вылететь с работы.

- И нам запрещено разговаривать? Почему?

- А я ебу? Сидят и придумывают всякую ахинею.

- Кто?

-Буржуи, кто ж ещё.

Иван сунул руку за пазуху, достал ту самую тарелку со стрелками и шкалой, что Коля заприметил в доме. Покрутил колесики, потом осмотрелся, задержал взгляд на сером небе, словно сверяясь с одному ему известными ориентирами, и бережно спрятал обратно.

- Опять расписание опережаю, надо малёхо притормозить, - Он порылся в складках хламиды, выудил осыпающуюся табаком беломорину и закурил, - Чую, попрут меня скоро. Впрочем, все равно две смены осталось... Включая эту.

- А я так и не понял, что за работа, - произнес Коля, наблюдая, как дым папиросы встал вокруг Ивановой головы недвижным облаком, - Этот жучара напоил меня какой-то дрянью, и я отрубился.

- Это не дрянь, а наркотик. Они так спецом делают. Чтоб ни черта не видели ивопросы не задавали. Вот и не задавай. Я тоже перед своей первой сменой труханул. Думал, в рабство увезут. Уже предвкушал, как остаток своих дней буду лущить горох или картошку окучивать. Но, что я тебе скажу, ни разу не наебали. Плотят, как обещали. И хорошо плотят. Конечно, не так хорошо, как вам, смотрителям, но у нас и график попроще. Хотя, знаешь, вёсла тягать – тоже такое себе удовольствие.

- Кто они-то?

- Буржуи, кто ж ещё! – ответил Иван, разгоняя мозолистой, красной ладонью папиросное облако.

- А мне что делать нужно будет?

Иван пожал плечами.

- Моё дело доставить туды Смотрителя, а через месяц забрать. Почитай свою инструкцию, там все есть, - он выбросил за борт окурок, который канул в воду, не издав даже дежурного пшика.

- Какую ещё?.. - Коля запнулся, вспомнив, что хозяин домика, действительно, что-то говорил на этот счет, и принялся ощупывать пальто. Скрученный в рулон и замотанный в пищевую пленку, листок оказался во внутреннем кармане.

Быстро сдёрнув упаковку, он пробежался по листку глазами:

Требования безопасности перед началом работы: Потратьте все время пути на внимательное изучение данной Инструкции.Строго запрещено делиться с Паромщиком содержанием Инструкции и\или обсуждать её с ним, а так же вести любые разговоры. Соблюдайте тишину. Всё, необходимое вам на период смены, находится в ящике за вами. Открывать ящик в дороге запрещено. По прибытии на остров: Накиньте покрывало так, чтобы скрыть лицо.Незамедлительно и самостоятельно вынесите ящик на берег и оставьте на пристани. Переносить ящик вглубь острова запрещено. Просить Паромщика о помощи запрещено. Соглашаться на добровольно предложенную паромщиком помощь запрещено.Откройте ящик и достаньте страховочную привязь. Руководство по эксплуатации находится там же.Закрепите карабин привязи за трос безопасности. С момента, как вы зацепились за трос, снимать страховку разрешено только в обрабатываемых помещения, на пристани и в комнате персонала (далее - Комната) и только при закрытой двери. Каждый раз, когда вы покидаете Комнату, привязь должна быть надета на вас и пристегнутак тросу безопасности. Если при вас находятся животные – правила те же. Животным разрешено перемещаться по острову только в ошейнике\шлейке, пристегнутых к тросу безопасности. Если животное не обучено (слабо обучено) голосовым командам, направлять его движения вручную\за поводок допустимо лишь в качестве дополнительной меры. Держать поводок животного или само животное только на руках строго запрещено.Если поводок не имеет двойного карабина, воспользуйтесь инструкцией по вязке узлов (найдёте в руководстве по эксплуатации привязи). Свободный выгул животных на острове строго запрещен. Содержание птиц допустимо только в клетке. Выпускать птиц из клетки запрещено даже в Комнате. Комната находится в правой торцевой стене отеля (отмечена красным флажком). Возьмите всё необходимое вам из ящика и направляйтесь прямиком в Комнату. По дороге запрещено заходить в другие помещения. Дальнейшие инструкции вы найдёте на рабочем месте.

...

- Дичь какая-то, - в который раз повторил Коля и обернулся.

За ним, действительно, находился большой ящик, накрытый сверху белой скатертью. Поверх скатерти лежал еще один сверток – видимо, покрывало, которое нужно будет на себя нацепить. Отчаянно хотелось заглянуть в ящик и проверить содержимое. С виду – тяжёлый. Одни только харчи – даже если они не напихали туда ничего, кроме бич-пакетов и воды – будут весить не один десяток килограммов. Сможет ли он вообще его в одиночку поднять?

Он хотел поделиться с Иваном своими сомнениями, но, глянув вперёд, растерял все мысли.

На пустом прежде горизонте показалось что-то, что он сначала принял за огромную каменную корону. Небольшой круглый остров, опоясанный с трех сторон светлыми скалами. В глубине произрастала колония каких-то темных, высоких деревьев, напоминающих тощие ёлки. По мере приближения Коля заметил, что в скалах тут и там вырублены прямоугольные отверстия высотой с человеческий рост. Место внезапно показалось ему знакомым, и он не сразу сообразил, что оно-то и было запечатлено на картине в доме.

- Отель? – недоверчиво хмыкнул он, рассеянно почёсывая дрожащую Шурку, - Кому придёт в голову тут... проводить свой отпуск?

- Буржуям, конечно, - тут же ответил шёпотом Иван, - Этим зажравшимся кабанам уже мало пяти звезд. Подавай им что-нибудь этакое – экс-клю-зивное.

Вскоре Коля уже мог разглядеть и подобие пристани. Каменный парапет и широкая, каменная же лестница, уходящая ступенями в воду. По ступеням к дожидающейся ее лодке с таким же, как у Кольки, «хароном» спускалась закутанная в белое фигура. Но не просто спускалась, а волочила за собой ящик.