— Нет, мамочка. — Мэсли надулась, когда видео закончилось. — Еще меня.

— Подожди. Ты сейчас, — сказала Джейн, переключая видео на своем ноутбуке, который был подключен к телевизору. — Это мое любимое.

Я не знал почему, пока экран не засветился и на нем не появилась она, покрытая потом, дышащая через рот, со слезами на глазах.

— Слишком рано, — закричала она, вцепившись в простыню, зубы сжались так сильно, что я удивился, что они не сломались.

— Дыши. Джейн, дыши. — Голос Мэри доносился из-за камеры — я видел только ее руку, вытирающую лоб Джейн.

— Я не могу. Я не могу. Мэсли, иди, пожалуйста! Пожалуйста! — умоляла она, и мне казалось, что она сжимает мое сердце, глядя, как она так плачет, так умоляет.

— Ей было больно, мамочка? — Мэсли посмотрела на Джейн, и та просто поцеловала ее в голову.

— Да, но мама сильная, разве ты не знаешь, — ответила она, закрывая уши руками.

— Гребаное дерьмо! Я ненавижу их! Если я когда-нибудь увижу их лица снова, я размозжу их гребаной бейсбольной битой! Это больно, Мэри! Ах, мать твою, я не могу.

— Давай, Джейн, еще одно большое усилие...

— Я тужусь! — Она откинула голову, и через несколько секунд я услышал плач Мэсли. Камера повернулась к покрытой кровью Мэсли, заворачиваемой в полотенце, с копной волос на голове.

— Мамочка, это я?

— Да, это ты. Мама никогда этого не забудет, — повторила Джейн, пока Джейн на экране тихо всхлипывала, еще до того, как ее вымыли, они положили Мэсли на грудь Джейн по ее просьбе.

— О, она такая красивая. О... привет, — всхлипывала Джейн, гладя младенца Мэсли по голове.

Только когда я моргнул, я почувствовал слезы, собравшиеся в уголках глаз. Быстро вытерев их, я смотрел молча, в благоговении перед ней и всем, чего она смогла достичь до этого момента.

Когда я взглянул на Уэса, он стоял так неподвижно, что я не был уверен, дышит ли он еще. Его зеленые глаза затуманились, следя за каждым движением на экране. Мы переключились с рождения Мэсли на видео, где малышка Мэсли пытается ходить, с хвостиками и соской во рту. Она радостно раскачивалась на полу, прежде чем толкнуть себя. Джейн сидела на небольшом расстоянии от нее, хлопая и махая. Прошло некоторое время, и наконец Мэсли сделала шесть шагов, прежде чем упасть, но Джейн поймала ее, обхватив руками. Она направила камеру, взяла руку Мэсли и помахала.

— Закончилось, мамочка? — спросила Мэсли, махая в ответ.

— Нет, не закончилось. Смотри... — Она подняла свой телефон, записывая ее. — Ты все еще растешь. В следующем году мы посмотрим все, что ты сделала в этом году.

Мэсли сползла с колен Джейн и подошла к Уэсу.

— Ты видел, папа? — спросила она, поворачиваясь, чтобы указать на экран, остановленный на изображении их двоих.

Уэс улыбнулся, поцеловал ее в обе щеки, а затем притянул к себе в объятия. — Да, малышка, я видел. Ты была такой красивой малышкой.

— Тебя там не было, — прямо сказала она, когда выскользнула из его объятий, балансируя у него на коленях.

— Я знаю. — Голос Уэса дрогнул, и я поняла, что он был так же шокирован этим, потому что его руки коснулись горла. Легко кашлянув, он продолжил: — Но я здесь сейчас, и угадай что?

— Что? — Она захихикала, когда он пощекотал ее.

— У тебя два папы.

— Два? — Она наклонила голову, озадаченная.

— Да. У тебя два папы, три бабушки и мама.

— Ничего себе, — рассмеялась она. — Не может быть.

Даже я не могла сдержать смех при ее реакции.

— Может, Мэсли. Дядя Макс тоже твой папа.

Ее голова резко повернулась ко мне, и она спрыгнула с колен Уэса ко мне, положив руки на мое лицо.

— Ты тоже папа? — Ее ореховые глаза пристально смотрели на меня. Она была такой красивой, энергичной и, главное, счастливой.

Все, что я мог сделать, это кивнуть, боясь, что мой голос дрогнет сильнее, чем у Уэсли. Ее маленькие ручки обвились вокруг моей шеи, ее щека коснулась моей, когда мы обнимались. Поверх ее плеча Джейн записывала нас, уже начиная видео, которое мы будем смотреть в какой-то далекий момент, где я, скорее всего, буду так же ошеломлен, как и сейчас.

— Джейн. — Я достал телефон, пересаживая Мэсли так, чтобы она могла встать на диван рядом со мной. — Не против, если она поздоровается с моей мамой?

Джейн не успела и слова вставить, как лицо Мэсли оказалось перед моим, ухмыляясь, как Чеширский кот.

— Твоя мама?

Я рассмеялся. — Да, моя мама. Твоя бабушка.

— Я хочу поздороваться!

Джейн просто кивнула, и как я и ожидал, телефон прозвенел всего два раза, прежде чем видеозвонок был принят, на ней были черные очки Prada, большая шляпа от солнца, и она пила из кокоса.

— Максвелл, что случилось?

Вздохнув, я закатил глаза, поворачивая камеру к Мэсли, которая махала.

— Привет, бабушка. — Мэсли улыбнулась, и моя мать поперхнулась, закашлявшись напитком.

— Ты, держи это, — рявкнула она на какую-то официантку, которая попыталась помочь ей отдышаться. Сев прямо, она сняла очки и шляпу.

— Мам, где ты?

— Это тебя волнует? Максвелл, маленький ребенок только что назвал меня бабушкой. — Она снова поднесла телефон к лицу.

— Да, мама, я в курсе. Поэтому я и звоню. Это Мэсли. Мэсли, познакомься с твоей бабушкой, Элспет.

— Эл... Эс... Я... Ба... бушка Спет, — с трудом выговорила она.

Джейн подошла и села рядом со мной. — Привет, Элспет, прошло много времени.

Моя мать, как всегда спокойно, посмотрела между нами и глубоко вдохнула. — Дай телефон мисс Мэсли.

Джейн взглянула на меня с беспокойством, но я доверял своей матери и сделал, как она просила, передав телефон Мэсли.

— Сколько тебе лет? — спросила она.

— Два... с половиной! — Мэсли попыталась показать на пальцах.

— Три! Нам нужно многое наверстать, маленькая мисс! Когда бабушка приедет, мы купим тебе платье и покрасим ногти, твой папа никогда не хотел делать это со мной, потому что он был мальчиком.

— Нет мальчикам! — кивнула Мэсли.

— Ты такая милая. Дай телефон своей маме, хорошо?

— Нет! — прошептала Джейн, повернувшись ко мне с широко открытыми глазами, качая головой и руками. Но было поздно — Мэсли наклонилась и поднесла телефон к Джейн. Как только она повернула его, Джейн счастливо улыбнулась, и я мог только закатить глаза.

— Элспет...

— В какой детский сад ты ее записала?

— Ей всего...

— Только? Джейн. Очереди в большинство мест занимают три-четыре года. По крайней мере, ты проверила нянь, верно? У тебя есть няня?

— Нет...

— Я знаю, это может звучать так, будто ты бросаешь своего ребенка, но ты должна помнить, что детям полезно быть немного самостоятельными, но ты также не можешь забывать о своей карьере. Ты можешь иметь все, милая, тебе просто нужно немного делегировать. И что на ней надето? Я знаю один замечательный детский магазин на Белм-авеню и...

— Элспет! — перебила ее Джейн, прежде чем я успел забрать телефон. — Я так рада, что ты взволнована. Это много для меня значит. Мы можем поговорить о детской одежде и твоих дорогих школах, когда ты приедешь на девичник Ирен. Ты ведь приедешь, и ты проследишь, чтобы родители Ирен тоже были там, верно? Последнее, что ты хотела бы от матери своего внука, это чтобы я думала, что семья не важна для тебя? Потому что я не уверена, что смогла бы доверить Мэсли таким людям.

Она была хороша.

Моя мать уставилась на нее, сузив глаза, и кашлянула в недоумении. — Годы тебя не изменили.

— Ирен — семья. Все они. Мне нужно, чтобы они были здесь в субботу. Мне все равно, если тебе придется связать их и притащить сюда, но они будут там. И если ты сможешь это сделать, я не буду комментировать наряды, одежду или что-либо еще, что ты захочешь купить для Мэсли. Я не могу уступить по школам, потому что это должно быть коллективное решение между мной и ее отцами.

— Ее отцами? — спросила она меня.

Повернув камеру, она показала Уэсли, который сидел рядом и спокойно наблюдал за ними.