Я засыпаю беспокойным сном, зная, что утром я проснусь с отёкшими веками и чувством свободы.

Энди помогает мне найти работу, так что уже через неделю я выхожу официанткой в миленькое заведение среднего класса. Весь день на ногах мне привычно, а вот учить меню даётся сложнее. Ещё через пару недель мне удаётся снять комнату за небольшие деньги. Благодаря чаевым, я могу уже быть независимой от Энди.

Квартиру я делю с девушкой лет тридцати. Мы не особо общались. Мне главное, что у меня есть свой угол. Небольшая кровать под узким окном, шкаф, старенький телевизор и ванная с туалетом. Моё новое жильё совсем недалеко от кафе, так что я пешком хожу на работу. Но всё равно постоянно оглядываюсь и проверяю нет ли за мной слежки, правда это скорее рефлекторно. Ведь если бы Дерек захотел, он бы уже давно дал бы о себе знать.

День за днём кажется, что я прихожу к какой-то стабильности. Я не загадываю планов на будущее. Пока что мне хочется просто жить, разобраться в себе и вообще понять готова ли я оставаться в стране.

Но очередной рабочий день в кафе привнёс новые эмоции в мою жизнь. Я взяла обсуживать столик, за которым сидели двое парней чуть старше меня.

— Здравствуйте, уже выбрали что-нибудь?

Я вежливо улыбаюсь и перевожу взгляд с одного на другого. Блондин одет в рубашку с закатанными руками, а русоволосый парень в футболке, что выгодно подчёркивает его фигуру. Он не такой большой как Морелло, скорее стройный и мне это определённо нравится. А ещё у него не видно ни одной татуировки.

— Привет, кофе и сэндвич, — говорит блондин.

— А вам?

Русоволосый смотрит на меня с улыбкой и почему-то я от неё смущаюсь.

— Пасту с сыром и твой номер.

Я уже отвыкла от подобных подкатов парней. Но страх угодить в новую ловушку всё же пересиливает.

— Паста с сыром, хорошо. Горячее принесу минут через пятнадцать.

Я ухожу отдавать заказ на кухню. Ко мне сразу же подбегает моя молоденькая коллега — Грейс.

— Элис, ты видела, как он на тебя смотрел? Похоже он на тебя запал!

— Тише ты. Да он спросит мой номер.

Грейс мелко хлопает в ладоши, как ребёнок в новогоднюю ночь.

— Ну? Ты же оставила?

Я отрицательно качаю головой.

— Нет. Не думаю, что это хорошая идея.

— Оу, ты не свободна?

— Свободна.

Уже произнося это, я, впервые вслух, я как будто говорю о большем, чем просто отношения с мужчиной.

— Тогда в чём дело?

— Сейчас не время.

— Тогда можно я заберу тот столик?

— Без проблем, — я подёргиваю плечиком в безразличном жесте.

Я продолжаю работу с другими столиками, но то и дело чувствую на себе взгляд. В очередной раз выйдя из кухни, я вижу, что столик, за которым сидели парни — пуст. Странное чувство разочарования зарождается в груди. Я отмахиваюсь от него. Глупости какие-то.

Но вечером, когда мои ступни уже начали гудеть, я протираю столики после закрытия кафе и замечаю знакомую футболку у входных дверей. Закрыв смену, я прощаюсь со всеми и выхожу на улицу.

— Привет, Элис.

Я на секунду пугаюсь его осведомлённости. И видимо он это заметил.

— У тебя написано имя на бейджике.

Я опускаю взгляд на свою грудь и только сейчас вспоминаю о табличке с моим именем.

— Привет, незнакомец.

— Меня зову Эллиот.

Он протягивает мне руку, и я в нерешительности её пожимаю.

— Приятно познакомиться. Ты кого-то ждёшь?

— Тебя. Я подумал, что был слишком… ммм… банален или неуместен, когда ты была на работе и решил попытать счастье ещё раз.

— Эллиот, ты привлекательный парень…

И в этом я честна. Он действительно симпатичный.

— Но?

— Я не думаю, что это то, что мне сейчас нужно.

— Хорошо. Но может быть мы могли бы просто общаться?

— Дружить?

— Да, как в детстве. Давай дружить?

— Ты веришь в такую дружбу?

— Я верю в своё терпение и твою честность. Мы можем постепенно узнавать друг друга. А дальше, как выйдет.

— Знаешь, Эллиот…

Я задумываюсь и молчу пару мгновений, а потом…

— Не хочешь меня проводить?

— Конечно!

Эллиот оказывается весьма приятным собеседником. По пути до моего дома он много шутит, и я расслабляюсь в его компании. Он рассказывает, что работает менеджером в фирме по продаже спортивного оборудования, снимает квартиру с другом и любит играть в покер. На теме спорта нам оказывается просто найти общий язык. В итоге мы обмениваемся номерами и расходимся. Он действительно не перегибает палку и ведёт себя как джентльмен. И это не может не подкупать. Но пресловутых бабочек в животе не случается. Плохо это или хорошо, я не знаю. Скорее хорошо, ведь я могу с трезвой головой видеть человека и его поступки.

Неужели у меня начинается новая глава?

Дерек Морелло

Боль в боку выдёргивает меня из сна. С трудом разлепляя веки утыкаюсь в белый потолок. Даже шевелить глазами больно. Рядом стойка с капельницей, на фоне равномерно пищит какой-то аппарат.

— Проснулся наконец-то!

Я морщусь от громкого голоса Томаса. Он в непривычном мне спортивном костюме встаёт из кресла рядом с моей кроватью.

— Давно я в отключке? — с трудом произношу я. Во рту сухо, голос хрипит.

— Пару дней. Тебя немного подрихтовали, но в целом, думаю скоро поднимем на ноги.

— Что было?

— Огнестрел. Ты помнишь?

— Чёрт, да.

Воспоминания о собственной свадьбе проносятся в голове калейдоскопом. В палату без стука заходит Джей.

— О босс! Пришёл в себя наконец-то! Как самочувствие? — бодрым голосом спрашивает мой подручный.

Я рефлекторно кладу руку на бок, где по-прежнему болит.

— Бывало и похуже.

Признаваться, что чувствую себя дряхлым пнём я не собираюсь.

— Пара пуль тебя задели, по органам ничего серьёзного, только много крови потерял.

— Что с остальными?

Я осматриваю их и не нахожу никаких следов ранений.

— Роб ранен серьёзно, пока в коме. Джей, как видишь, в порядке. И… эм…

— Ну что ты тянешь.

— Твоя невеста… убита.

Злость вытесняет всю физическую боль. Аппарат рядом начинает ускоренно пищать.

— Суки. Томас. Надо их наказать. Всех.

В палату заходит медсестра, поэтому мы замолкаем. Она делает что-то с капельницей, замеряет мне давление, недовольно бубня что-то о том, что нельзя волноваться и что скоро придёт врач. Как только дверь за ней закрывается, Томас отвечает.

— И мы это сделаем. Как только ты поправишься.

— Я похож на ребёнка? Завтра собирай всех, кто в строю.

— Дерек ещё рано. Ты не сможешь в полную силу…

— Подождём пока нас поимеют ещё пару раз? Мне хватит пары дней пока составляем план.

— Как скажешь.

Где — то на подкорке зудить ещё один вопрос. И задавать мне его почему-то не просто.

— Томас, что с Алисой?

— Я её не нашёл, — отвечает Джей.

— А ты искал?

— Дерек, она не семья. Никто.

— Значит не искал.

— Босс, если девчонка и выжила, что вряд ли, только представь, в каком она состоянии после всего этого.

— Проверь по больницам. Если нет, значит это уже её выбор и дальше каждый сам по себе. Иди, Джей.

Вспоминаю испуганные глаза Алисы, когда она увидела, как я перерезаю горло там в подвале, и то, как смело она давала отпор в кабинете клуба. Непривычное чувство зарождается внутри. Не знаю, что это, но становится некомфортно и как-то волнительно. Как только дверь за Джеем закрывается, я обращаюсь к Томасу.

— Найди её.

Его брови взлетают вверх.

— Вернуть?

— Нет. Только найди. И ни слова никому.

Когда Томас уходит, я закрываю глаза. Мне не впервой быть раненным. И бывало состояние и похуже. Но впервые в моей голову назойливо сидит мысль о ней. И впервые я признаюсь себе, что возможно в этой русской есть что-то большее, чем тело. Потому что, если она смогла собраться и сбежать в перестрелку, у неё совершенно отбитый характер. Я не знаю ни одного человека из гражданских, кто смог бы быстро сориентироваться под звуки пролетающих мимо пуль.