Нет. Нет, она не может так поступить. Даже если она почти скучала по Такеру, пока паковала вещи наверху, двумя этажами выше.

Героически Мэри искала способ отвлечься, чтобы перестать думать о том, как приятно чувствуется его крепкий живот против её хрупкого. Или как она рада, что переоделась в майку, заправленную в короткую свободную юбку, оставив ноги открытыми, чтобы они могли касаться его джинсов. — Я, эм… приготовила целую речь о том, как я могу нести свой багаж и быть абсолютно независимой. О том, что тебе не нужно нянчиться со мной только потому, что я слепая. — Она опустила подбородок ему на плечо, убаюканная его силой, несмотря на все попытки сопротивляться. — Я что, разрушила свой авторитет?

— Ты серьезно? — Его голос звучал немного неестественно… впрочем, как и её собственный. Они, кажется, повернули головы одновременно, приближая его рот к её уху, позволяя Мэри зарыться носом в его волосы, вдыхая запах дыма и ночи. — Из-за тебя сотня охотников прямо сейчас выковыривает стекло из своих задниц, детка. Ты легенда. Я в полном восторге.

Она рассмеялась. Но всё же… — Я не детка, — с трудом произнесла Мэри, сглатывая и проверяя крепость его плеч сжатием кончиков пальцев. — Я взрослая.

— Да, к сожалению, я заметил, — сказал он грубо, и его рука скользнула в сторону к одному из её бедер, проверяя изгиб большим пальцем. — Что случилось с ночной рубашкой?

— Эй, я не ношу её постоянно, — сказала она, стараясь звучать возмущенно, но это не очень получилось. Звук вышел скорее как полувздох-полувсхлип. — Ладно, ношу её почти исключительно. У меня не так много поводов одеваться в обычную одежду.

Такер довольно хмыкнул у неё над ухом, вызвав волну мурашек по её рукам. — Ты давно здесь взаперти, Мэри?

Она кивнула, медленно обвивая руками его шею. — Да.

В этот раз он сглотнул. Притянул её ближе. — Ну, мы не можем позволить тебе быть такой нарядной, но без места, куда можно пойти. Давай выберем тебя отсюда. — Он не сделал попытки покинуть лестничную клетку. — Я бы сказал, что это последнее приключение перед тем, как ты перейдешь на темную сторону, но звучит так, будто это твое первое.

— Ты собираешься всё время называть их «темной стороной»?

Его смешок был напряженным. — Нет, я уже выпустил это из себя. — Последовала долгая пауза, за которой последовал рваный вздох Такера. — Черт, Мэри. Как долго я могу притворяться, что просто держу тебя, чтобы спасти от падения?

Больше, чем когда-либо, она хотела обвить его огромное тело. Её собственная женственность буквально принуждала её к этому. Его прямота и честность лишь сильнее притягивали её. Тем не менее, она должна оставаться верной своим обязательствам. Предстоящий брак не был браком по любви. Это была формальность. Заключаемая сделка. Это явное влечение к Такеру не означало, что ей не хватает преданности. Но всего за короткое время она уже начала привязываться к нему, а это… это было опасно. Отвлечение, которое она не могла себе позволить. — Я думаю, м-может быть, мы прошли этот временной лимит несколько минут назад.

Мэри заерзала в его объятиях, пытаясь опустить ноги на пол. В процессе она плотно прижалась внутренней стороной бедер к выпуклости в брюках Такера, и Мэри судорожно вдохнула. Его руки метнулись к её ягодицам и сжали их, один раз сильно качнув её об этот выступ. Споткнувшись вперед, они остановились лишь в шаге от противоположной стены. Мэри тихо всхлипнула, поддавшись импульсу и разок сжав колени вокруг его бедер, еще раз ощутив взаимное трение мягкого о твердое, прежде чем он быстро поставил её на землю, и они оба отпрянули друг от друга, будто обожглись.

— Черт. — Такер нервно заходил туда-сюда. — Мне жаль.

— Нет, я тоже… я…

Несмотря на их извинения, несмотря на то, что они только что осознали важность соблюдения дистанции, они снова притянулись ближе, пока не оказались в нескольких дюймах друг от друга, и его жар согревал её спереди. Всюду. Они были так близко, что она почти чувствовала, как его обеспокоенные глаза блуждают по ней, слышала, как сжимаются его челюсти. — Тебе не место там, куда ты просишь меня отвезти тебя, Мэри.

Мэри подумала о разговоре с Тильдой. О том, что поставлено на кон. Обо всём. — Пожалуйста. Не пытайся переубедить меня.

Такер издал резкий звук, словно в его груди прогремел крошечный взрыв, и его жар покинул её. — Я? Пытаюсь переубедить тебя, детка? Нет. — Она услышала, как он подхватил её чемодан, а затем их пальцы нерешительно сплелись, чтобы он мог повести её вниз по лестнице и наружу, в прохладный ночной воздух. — Я, э-э… — он откашлялся. — Я быстро попрощаюсь с друзьями. Хочешь подождать в машине? Я прогрел её для тебя.

— Спасибо, — тихо сказала она, пытаясь дотянуться и прочитать его эмоции, но он запер их наглухо. Почему это вызвало испуг, пробежавший холодком по позвоночнику? Словно её лишили способности дышать. — Да, хочу.

Сидя в машине минуту спустя, Мэри постаралась собраться с мыслями. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, проводя руками по всему вокруг. Теплые вентиляционные отверстия, крестик, болтающийся на зеркале заднего вида, потертая кожа сидений. Она коснулась руля там, где должны были лежать его ладони, и обвела пальцем подстаканник. Прислонилась щекой к стеклу пассажирского окна. Ориентируясь, изучая окружающую обстановку. И всё это время она обдумывала слова Такера. То, как он их произнес.

Я? Пытаюсь переубедить тебя, детка? Нет.

Что-то в том, как он произнес эти слова, заставило Мэри повторять их снова и снова. К тому времени, как Такер сел на водительское сиденье и завел машину, она поняла почему.

Он солгал.

— Ты меня похищаешь? — Таков план. — О боже. — Машина уже тронулась, и пальцы Мэри впились в края сиденья. — Я ошиблась в тебе, да?

Она услышала, как он сглотнул. — Это смотря как ты меня оценивала. — Эм. Ну… как лодку на озере под солнцем.

Машина дернулась, словно он случайно нажал на тормоз. Когда он заговорил снова, голос его был хриплым. — Что ж, эта лодка не может отвезти тебя в опасное место. Я не могу, Мэри. Не могу оставить тебя на темной стороне войны и уехать. — Но ты должен отвезти меня к Адриану. — Адриану? — кожаный руль скрипнул. — Это его имя? — Да. Ты должен оставить меня на его попечение. Ты обязан, Такер. — Почему? Из-за альянса твоей матери? Это принесет смерть и разрушение. Я знаю тебя всего одну ночь, и это не может быть тем, чего ты хочешь. Так почему? — Он рассмеялся, но звук тут же оборвался. Когда он заговорил снова, голос был таким тихим, что она едва расслышала его: — У тебя есть к нему чувства? Я предположил, что нет. Звучало так, будто вы никогда не встречались. — Нет. — Почему этот обмен фразами казался таким глубоко важным? — Мы не встречались, и у меня нет к нему чувств. На самом деле наш брак будет лишь формальностью.

Машина немного вильнула, и он выпустил долгий вздох. Прошло несколько мгновений, прежде чем он продолжил: — Хорошо. — Его тон был гораздо менее напряженным. — Тогда почему?

— Потому что в обмен на свадьбу с Адрианом он собирается вернуть мне зрение.

Однажды идиот — всегда идиот.

Еще минуту назад он воображал себя героем. Спасителем прекрасной дамы в беде. Должно быть, именно поэтому она выбрала его, верно? Из комнаты, полной куда более способных людей. Ей нужна была помощь. Ей нужно было выбраться из ситуации, в которой она оказалась — помолвка с монстром, — а Такер просто оказался тем самым простофилей, который подвернулся под руку. Щенячий взгляд, машина на ходу и куча сердечек в глазах при виде красивой девушки. И это не говоря уже о том, что у него «там» стояло на протяжении всей «оставшейся жизни» после того, как он подержал её на лестничной клетке.

Черт. Запах её шеи, упругая линия бедра. То, как она позволила себе всего один раз прижаться к нему, прежде чем отобрать это запретное удовольствие. Было ли это выдачей желаемого за действительное, что она хотела его поцеловать? Или позволить нечто большее? Наверняка. К сожалению, его стояк был слишком готов в это поверить. И это плохо, потому что она — запретный плод. Помолвлена с другим. Будь то по любви или ради влияния в преступном мире, свадьба назначена, и он даже не свидетель, не говоря уже о женихе.