Когда же я доела последнюю ложку, передо мной появился…

- Как ты меня нашел? – спросила я, глянув на Итона сердито.

- Ты недалеко ушла, - ответил он и кивнул на второй стул. – Можно присесть?

Я не ответила. Отпила остывающий чай.

- Амелия, давай поговорим. И очень тебя прошу, не реагируй бурно, иначе вокруг начнет летать посуда. Чашки с тарелками ни в чем не виноваты.

Я тяжко вздохнула.

- Ладно, садись, - разрешила после паузы.

Послушаем, с чем женишок пришел. В конце концов, я пока не придумала, куда податься.

- Наверное, надо начать с извинений, - огорошил Итон, да так, что я подвинулась на стуле назад. Аж ножки по полу со скрипом проехались.

- Лед не приложить? К языку? Иль еще к какому месту? – поинтересовалась язвительно.

- Ты в курсе, что с тобой очень сложно? – осведомился женишок усталым тоном. И тут же выставил ладони перед собой. – Ладно-ладно, я не жалуюсь. Но пойми, на меня тоже много всего свалилось. Покушение, наше с тобой приключение. И вообще… Безумно хочется, чтобы меня оставили в покое, дали заниматься работой. Но ты права, всё это нечестно. По отношению к тебе, Амелия. Ты ведь могла согласиться на предложение Киллиана, когда мы были в тюрьме. Не факт, конечно, что предатель выполнил бы свою часть сделки. Но ты… Ты отказалась, чтобы защитить меня. А я устранился, едва мы оказались дома. Позволил Нельсону командовать.

«Командует твой отец!» - хотелось заорать мне. – «А ты пляшешь под его дудку!»

Но я не стала этого произносить, а то еще женишок взбрыкнет. Всё-таки нелицеприятная правда, слышать которую ой как мерзко.

- И какой план? – спросила с вызовом.

- Я связался с отцом. Сразу после твоего ухода. Сказал, что Нельсон только всё портит. И если это не прекратить… В общем, отец его отзывает. Но пришлет дополнительную охрану. Не для того, чтобы шпионить за нами, а… на всякий случай. А еще он наймет для тебя учителя-мага. Раз твои силы сходят с ума и грозят катастрофами.

- С чего это твой папенька такой добрый? – усмехнулась я. – В чем подвох?

- Он не добрый, а прагматичный. Понимает, что, если ты разнесешь мой дом или превратишь в пыль меня самого, легче никому не станет.

- А вдруг я научусь магичить и превращу в пыль его самого?

- Вряд ли он этого боится. Понимает, что ты по натуре не убийца и не вредитель.

- Ой, типа раскусил меня. Ну-ну…

Я сложила руки на груди. Не верилось что-то в благосклонность Моро-старшего. Да и младшему я пока не шибко доверяла. Помнила пословицу родного мира: не верь данайцам, дары приносящим. А еще про бесплатный сыр в мышеловке. Никто никому ничего не дает просто так. Разве что очень наивный человек. А Вильгельм Моро не такой.

- Амелия, я знаю, что из себя представляет мой отец, - признал Итон после паузы, будто прочтя мои мысли. – Но он заинтересован, чтобы моя магия восстановилась. Для этого мы должны пожениться. И всем будет проще, если в доме воцарится покой. Так что, да, он готов убрать раздражающий фактор – Нельсона. А я в свою очередь готов пообещать не относиться к тебе более с пренебрежением. Мы в одной лодке, Амелия. Нужно плыть.

Я усмехнулась. Ничего не ответила. Ибо не очень представляла, что сказать. Мыслей в голове копошилось много, но озвучивать их было рано. Лучше сначала понаблюдать.

Да, я решила вернуться в дом Итона. Не на улице же ночевать, в самом деле. Это чужой мир. Здесь мне пока одной не справиться.

- Кстати, отец сказал, что твой будущий учитель-маг был учеником Серафима, - добавил Итон. - Одним из лучших.

- Какая прелесть, - протянула я.

- И почему тебе это не нравится?

- Потому нет доказательств, что я – дочь вашего Серафима.

- Ну… - Итон округлил глаза. – Вот маг, у него обучавшийся, и прояснит ситуацию. Говорят, он и раньше безошибочно распознавал тайных отпрысков учителя.

Я нервно закусила губу, ибо не пришла в восторг от будущей проверки. Черти знают, хорошо это или плохо. Я могу открещиваться от «папеньки» сколько угодно. Это никому неинтересно. Но если он скажет, что я не дочь Серафима, еще не факт, что меня отпустят домой. Как бы какую гадость не сделали…

Признаться, я сомневалась в правдивости слов Итона. Однако, вернувшись в его дом, не обнаружила хвостатого Нельсона. Обсуждать более ничего не стала, отправилась спать. Усталость навалилась такая, что впору уснуть стоя. Есть не хотелось. Мороженка и сладкий чай насытили организм. Скинув платье и туфли, я просто свалилась в постель и преспокойно дрыхла до утра, не видя снов. Отличный отдых после треволнений.

Проснулась к обеду. Тогда и получила возможность посмотреть, что изменилось в доме.

Моя прежняя охрана исчезла. Похоже, мордовороты струхнули после организованного мной магического катаклизма. Их место заняли другие… «шкафы». Широкоплечие, накаченные, но уже с некоторым намеком интеллекта на сосредоточенных лицах. Они не дежурили возле спальни. Сторожили выходы – главный (на первом этаже) и запасной (на втором), и время от времени обходили дом. Итон работал в мастерской. С самого утра, как рассказала Дара. Просил его не беспокоить лишний раз. Я пока воздержалась от общения с ним, поинтересовалась у служанки, когда будет обед. Она заверила, что организует всё прямо сейчас. И сдержала слово. Через десять минут в столовой передо мной стоял грибной суп и холодные закуски. Затем последовало второе – запеченный картофель с курочкой. От десерта я отказалась. Объелась на радостях так, что уже ничего бы больше не влезло.

Итона я, по-прежнему, беспокоить не собиралась. Однако явился посыльный от некой леди Натали Грейсон. На золотой с красным открытке значилось: для господина Итона Моро и леди Амелии фон Грушенс. Поэтому я без зазрения совести открыла ее и прочитала послание. Нас с женихом приглашали послезавтра на костюмированную вечеринку. То бишь, на маскарад.

Безумие, но я загорелась идеей. На настоящих маскарадах бывать не доводилось ни разу. А еще мне осточертело сидеть в четырех стенах. Хотя понимала, что вряд ли впишусь в местную тусовку. Судя по первой реакции Итона на меня, он привык проводить время в компании тростиночек. Но ничего, я не из тех, кто себя стесняется.

- Нас пригласили на маскарад, - объявила я, войдя в мастерскую. Сначала постучала. Как и полагается. – И не смотри так из-за того, что прочла приглашение. На нем стоит и мое имя тоже.

- Только не говори, что это от Натали, - проворчал Итон. Он снова сидел за гончарным кругом. Творил.

- От нее. Я хочу пойти.

- А я нет.

- Но…

- Тебе рано выходить в свет, Амелия. Натали нарочно прислала приглашение, чтобы все могли на тебя поглядеть. С ней во главе.

- Так это же маскарад. Лицо будет скрыто. Ах, да. Ты о фигуре. Но, если ты не передумал жениться, рано или поздно меня всё равно увидят все желающие. Или ты предпочтешь, чтобы сие случилось как можно позже?

- Я не хочу ни на какие маскарады. Вот и всё. У меня много работы.

- Поработаешь весь день. А вечером расслабишься.

- На вечеринке Натали с расслаблением будет туго. Нет, я останусь дома.

- Хорошо. Сиди. Съезжу одна. В приглашении есть адрес.

Итон чуть не свалился. Вместе с гончарным кругом и недоделанным горшком.

- Знаешь, это уже…

- Что? Ты всерьез думаешь, что убрал Нельсона, позволил отцу нанять мага, и на этом всё? Я буду сидеть, смотреть в окно и не отсвечивать? Итон, я – живой человек. Я привыкла быть занятой с утра до вечера. И развлечения мне тоже нужны. Знаю, ты меня стыдишься. Но я не заставляю тебя жениться. Это ваша с папенькой идея.

- Я помню, - он вытер руки об тряпку. – Ладно, я подумаю.

- Подумай. О том сопровождать меня или нет, - отрезала я и оставила женишка с вытаращенными глазами.

Да, я понимала, что он уже пошел на некоторые уступки. И что с того? В глобальном смысле пока мало что изменилось. Я, по-прежнему, пленница, оставленная вариться в собственном соку. Итон сам сказал: мы в одной лодке, надо плыть. Ну так я и плыву, а не буксую на месте.