Я вернулась в спальню и провела ревизию нового гардероба и пришла к выводу, что красное платье с черной аппликацией очень даже подойдет для маскарада. Оно довольно открытое, подчеркнет объемный бюст, а черная вставка сужаеь талию. Осталось только дополнить образ маской. Интересно, как и где ее достать? Может, леди Алессандра сможет помочь?

Я попыталась отправить с ней с запиской сначала Дару, затем кого-то из охраны. Но все пошли в отказ. Мол, без распоряжения хозяина сдвигаться с места по моим поручениям права не имеют. Я выдавила улыбку и отправилась к Итону. Но паразит заперся в мастерской изнутри. Мелькнула мысль: а не применить ли магию? Однако решила повременить и не устраивать новый погром в доме. Тем более, подошел один из «шкафов», дабы сообщить, что явился мой учитель и ждет встречи в танцевальном зале, который решено приспособить для занятий. Да, такой тут имелся. Видно, раньше в доме жила леди, обучавшаяся всевозможным «па». Вряд ли с Итоном. Скорее, до него.

Прежде чем явиться на первый урок, я переоделась. Поменяла платье на одежду, в которой прибыла из родного мира. Дара успела постирать футболку с легинсами, высушить и повесить в шкаф. Пусть учителю мой вид сто раз покажется странным. Но лучше учиться магичить с удобством, а не в нарядах, к которым не привыкла.

- Хм… - выдала я, переступив порог танцевального зала, превратившегося в тренировочный, и уставилась на учителя широко открытыми глазами.

Насколько я помнила по репликам хвостатого Нельсона и остальных, Серафим скончался. И точно не пару лет назад. Поэтому его ученику полагалось быть пусть и не древним старцем, но и не молодчиком. Однако передо мной стоял юноша лет двадцати. Белокурый, с волосами по пояс.

- И сколько вам лет? – уточнила я, подозревая, что обманули либо меня, либо Моро-старшего, направив сюда непонятно кого.

- Понимаю вашу растерянность, Амелия, - проговорил маг в ответ, опустив слово «леди». Видно, раз я ученица, это считалось излишним. – На прошлой неделе мне стукнуло пятьдесят четыре года. И, да, мой внешний вид – это результат врожденной магии. Признаться, я бы предпочел выглядеть постарше лет на десять. Так было ты солиднее. Но что есть, то есть. Моему покойному учителю при жизни давали около сорока, хотя было на столетие больше. Да, мы с ним – долгожители и принадлежим к особому магическому народу, живущему в другой стране. Здесь нас немного, а Серафим был самым выдающимся. Никто даже близко не подобрался к его уровню, хотя я считаюсь лучшим учеником. Так говорят другие. Сам я предпочитаю называть себя одним из самых успешных учеников Серафима. И нет, вы такой способностью обладать не можете, Амелия. Для этого нужно родиться в браке двух особенных магов, а не от побочного романа Серафима с обычной магиней или человеком. Известно лишь одно исключение за всю историю. Но там и мать ребенка была потомком особенного мага. А еще одна умерла при родах. Сила не ушла в никуда и переселилась в сына. Такое больше не повторялось.

- Ясно… - пробормотала я, впечатленная монологом мага. Он будто читал мои мысли и сразу отвечал на появляющиеся вопросы.

- Нет, Амелия, я не способен знать, о чем вы думаете, - тут же объявил он, заставив меня вздрогнуть. – У вас просто на лице всё написано.

- Я настолько предсказуема?

- Думаю, вы просто не привыкли к магическому миру. Потому ваши эмоции сильны и легко читаются, - он улыбнулся. И предложил: - Приступим?

- Как к вам обращаться? – спросила я. – Вы не представились.

- Ах, да. Прошу за это прощения. Я Габриэль.

- Очень… приятно, - пробормотала я.

Не то, чтобы ощущала неловкость. Пока было трудно воспринимать его, как опытного мага и педагога. Мальчишеское лицо сбивало с толку.

- Итак, Амелия, что именно вы умеете делать?

- Ну… - ситуация немного напомнила собеседование. И если дома я их ни капли не боялась, ибо считала себя отличным специалистом, то сейчас почувствовала себя даже не зеленой выпускницей, а школьницей. – Сама не знаю, если честно. Магия пока работала на эмоциях, когда я сильно пугалась или злилась. Так было и с перемещениями, и с телекинезом. Ну, так в моем мире называют перемещение предметов. У нас-то магии, понятное дело, нет. Только в книгах и фильмах. Вот и придумывают термины всякие. А когда я пытаюсь немного помагичить осознанно, редко получалось. Вот.

- Это обычное дело, - пояснил Габриэль. – Для тех, кто только учится магии. Чаще, конечно, свойственно детям. Но у вас особый случай. Значит, перемещения и передвижение предметов?

- Да. Они летали в воздухе и норовили приложить тех, на кого я злилась.

- Приятная способность, - лицо мага на несколько мгновений стало лукавым. Он даже подмигнул, но быстро снова стал серьезным. – Для вас, разумеется, не для других. В любом случае, нужно научиться ее контролировать, чтобы никто не пострадал. И перемещения тоже.

- Это точно. Не хотелось бы в один прекрасный момент снова оказаться на краю географии. Такое уже случалось. Мы перенеслись с Итоном и… - я замолчала, сообразив, что, наверное, лучше не рассказывать постороннему о злоключениях наследника Моро. Никто же не знает, что он живет без магии. – В общем, повезло, что мы были вдвоем и смогли вернуться. Не хотелось бы повторения.

- Понимаю, - он кивнул и тут же меня огорошил: - Давайте я вас проверю, Амелия. Выясним, насколько мощна ваша магия и действительно ли досталась от Серафима.

- То есть… дочь я ему, как все думают, или нет? – уточнила я. А по спине прошел холодок. Черти знают, как отреагирует Моро-старший, если выяснится, что я вовсе не та, кто способен вернуть магию отпрыску. Вдруг избавится, как от ненужного свидетеля.

- Именно, - подтвердил маг. – Я установлю ваше родство с моим учителем.

«А может, не надо?» - чуть не брякнула я. Но решила не унижаться. Да и трусихой перед учителем выглядеть – так себе вариант.

Поэтому смирилась, решив, пусть всё будет, как будет.

- Встаньте ко мне спиной, Амелия, - распорядился маг. – Ни о чем не беспокойтесь. Мне нет необходимости вас касаться. Я лишь проверю ваше магическую ауру. Она всё сама «расскажет». Уверяю, вы даже ничего не почувствуете.

- Мне просто стоять и ни о чем ни думать?

- Можете думать, о чем пожелаете. Ваши мысли мне ничуть не помешают.

Я подчинилась. Повернулась спиной. Но всё же постаралась очистить голову от всех дум разом. Они слишком нервировали, а я не хотела, чтобы маг заметил мой страх.

Не знаю точно, как именно проходила проверка. Кажется, Габриэль просто водил руками. Или это были некие пассы. Я лишь ощущала небольшое колыхание воздуха. Длилось это минут пять. А потом я услышала… судорожный вздох.

- Что-то не так? – спросила с тревогой.

- Вы жили в не магическом мире, верно? – ответил он вопросом на вопрос.

- Да. Но…

- Как зовут человека, которого вы считали отцом?

- Владимир Грушевский. Звали. Папы нет в живых.

- Имя его матери?

- Валентина. А что?

- Это важно для проверки. Имена имеют значения.

- Ясно, - пробормотала я, но подумалось, что маг врет. Что-то его насторожило. – Бабушка, насколько я знаю, сына в честь своего отца называла. Тот тоже был Владимиром, - добавила я. Вряд ли учителя интересовали дополнительные детали. Я сказала это, чтобы не молчать. – С ней самой знакома не была. Она скончалась до моего рождения. Папа сам тогда был мальчишкой совсем. Вот.

- Вы единственный ребенок? – задал маг новый вопрос.

- Нет. Нас трое.

- Вы старшая?

- Средняя. Есть старший брат Анатолий и младшая сестра Лидия. Она вышла замуж недавно.

Сама не знаю, зачем вспомнила о предательском поступке сестрички. Просто с языка сорвалось, наверное.

- Брат неженат, - добавила, чтобы не акцентировать внимание на свадьбе Лиды.

- На кого из родителей вы похожи?

- На мать вообще-то, - призналась я после тяжкого вздоха. – Лицом. Не фигурой.

- От чего умер ваш отец?

- От сердечного приступа. Оказалось, врожденные проблемы с сердцем, которые никак себя прежде не проявляли. А потом ударили, и в один миг папы не стало. Знаю, все считают, что я – дочь вашего Серафима. Но я… Не могу в это поверить. Мой папа был особенным, пусть и просто человеком. Вот.