«Ты призываешь?» – слова вырываются, прежде чем я могу остановить их.

Пальцы Бринн сжимают край рукава. «Проблема?»

Я ищу в своих эмоциях и нахожу только удивление. Это та же сестра, которая раньше пряталась в библиотеке во время практических занятий, которая собирала древние фолианты, пока я собирала боевые значки. Пропасть между нами расширялась с каждой похвалой старейшин мне и соответствующим вздохом по ее поводу.

«Вовсе нет, – тихо говорю я. – Мне просто жаль, что я не знала».

«Сложно делиться новостями, когда тебя никогда нет рядом». Она пожимает одним плечом, ее взгляд устремлен на точку за моей головой. «Это в любом случае недавно. Связи не такие сильные, как твоя связь с Эстер⁠—»

«Эта «связь» может быть скорее проклятием, чем благословением», – бормочу я, манипуляции Эстер всплывают на поверхность сознания. *В конце концов, именно из-за нее я в этой переделке.* Я до сих пор не могу поверить, что она заставила меня выпить кровь Дейна без малейшего предупреждения о последствиях.

«Но ты теперь призываешь предков Салемов? – продолжаю я. – Это… впечатляет. Иезекииль, Ангус и Елена были блестящими стратегами». Мой голос опускается до шепота. «И ты всегда запоминала семейные гримуары».

Что-то сдвигается в выражении лица Бринн – малейшая трещина в ее обычной броне. «Хм».

Я жестом обвожу наши окрестности. «И эта «спасательная миссия»? Полное безумие. Вас могли сжечь на месте».

«Мама все равно убьет нас». Бринн вздыхает. «Джакс *до сих пор* без сознания. Даркбирч разваливается на части. И светлокровные⁠—»

«Полный хаос, – заканчиваю я. – Все охотятся за Дейном, включая его собственных людей».

Челюсть Чада напрягается. «И что именно это означает для нас?»

«Это означает, что мы в дерьме. Дейн женился на мне, чтобы предотвратить мою казнь, затем исчез после нашей свадьбы, когда я подслушала его брата, что-то замышляющего». Я дрожа выдыхаю, легкие горят.

Бринн уставилась на меня. «Драконы здесь… они думают, что ты убила его».

Я издаю сухой смешок. «Поверь, такая мысль приходила мне в голову. Но мне… нужно было, чтобы он оставался жив».

«Мы разберемся с твоими тревожными динамиками отношений позже, – бормочет она. – Но они, кажется, искренне не в курсе того заговора, в который ты вляпалась».

Чад наклоняется ближе, его голос едва слышен. «Что ты подслушала, что они замышляли?»

«Возвращение в мир на поверхности, – мрачно говорю я. Нельзя это приукрасить. – Судя по тому, что я подслушала во дворце, я не думаю, что король в курсе этого заговора. Один из его сыновей стоит за этим, возможно, больше. Дейн должен был расследовать, пытаться остановить это. Если бы он просто доверился мне раньше⁠—»

«Это совпадает с тем, что я обнаружила», – перебивает Бринн приглушенным голосом.

Мы замираем, когда мимо нашего укрытия марширует драконья стража. Их тени пляшут по стене, каждый шаг посылает дрожь по моему телу. Жара города давит, нарастая, как давление в груди. Каждый инстинкт кричит бежать, сбежать из этой подземной тюрьмы.

И все же что-то удерживает меня от того, чтобы оставить Дейна. Это осознание беспокоит меня больше, чем драконы.

«Говори», – шепчу я, когда патруль проходит.

Бринн наклоняется ближе. «У меня была эта… мысль, приглушенная мысль в голове уже какое-то время. С тех пор как я наткнулась на записные книжки Елены в архивах. Я не думаю, что это моя мысль, а скорее… наверное, имплант от нее как-то. Звучит странно».

«Не обязательно. Эстер иногда тоже так может. Можно распознать чужую мысль, если обратить внимание».

Она вздыхает. «Я думаю, Елена пыталась сказать мне, что есть что-то важное в тебе и Дейне… Мысль звучит примерно так: Салемы и драконы… Салем и дракон. Ведьма и принц драконов. И так далее. Я думала, это просто мой разум сдает под давлением предстоящих испытаний».

«Каких испытаний?»

Чад напрягается рядом с нами. «Позже. Нам нужно двигаться. Больше драконов приближается. Я чувствую их запах».

«Ты чувствуешь запах⁠—»

Ноздри Бринн раздуваются. «Демонические чувства. Он может почуять их приближение».

«Нам нужно двигаться», – шипит Чад.

Я колеблюсь, затем качаю головой, тяжесть моего решения оседает в груди. «Нет».

Бринн замирает на пол-шага. «Нет?»

«Не могу. Не могу уйти без Дейна».

Жаровни над нами отбрасывают пляшущие тени на их лица – замешательство, недоверие, озабоченность.

Челюсть Чада сжимается. «Он их кронпринц, Эсме. Он, наверное, бросил тебя здесь, пока сам замышляет вторжение с теми, кто стоит за этим».

Я качаю головой. «Нет. Он виновен во многом, поверь мне, но не в этом. Он думает, что есть место для всех нас: драконов, темнокровных, светлокровных. Он не стоит за этой войной».

Бринн изучает мое лицо, что-то меняется в ее выражении. «Ты доверяешь ему».

«Да… до определенной степени». Это признание дается мне дорогой ценой, но это правда. «По крайней мере, в этом. И если послание Елены верно, он может нам понадобиться. Нам нужны союзники, прежде чем мы доберемся до верха, потому что когда этот заговор раскроется⁠—»

«Драконы последуют за ними», – заканчивает Чад.

Я стискиваю зубы. Не тот вывод, на который я надеялась, но неизбежная правда.

Бринн делает шаг ближе. «Что ж, ты знаешь это место лучше, чем Чад и я. Веди, и мы последуем».

Я все еще колеблюсь, не желая втягивать ее глубже в это. Но я также знаю, что она слишком упряма, чтобы вернуться без меня.

И в тот момент меня осеняет: пропасть между мной и моей сестрой, кажется… исчезла. Я не знаю всех деталей того, как мы дошли до этой точки, и она тоже не знает. Но вселенная изогнулась и искривилась так, чтобы наши пути снова пересеклись. Я обнимаю ее и держу изо всех сил, так крепко, как только могу.

«Оу», – шутит она и смягчается в моих объятиях, затем сжимает меня в ответ.

Мы чувствуем это друг в друге.

Различия. Сходства. Одна и та же кровь течет в наших жилах. Та же сила. Та же решимость выжить и… поступить правильно.

«Я скучала по тебе», – говорю я ей.

«Еще одна вещь, которую я никогда не ожидала от тебя услышать», – говорит она, давая мне кривую улыбку.

«Что ж, не привыкай к этому тоже».

«Еще я признаю, я не думала, что именно ты будешь ратовать за мирное разрешение в этих обстоятельствах, – отвечает Бринн. – Ты определенно изменилась за время, что тебя не было».

«Я всегда была прагматиком, – говорю я. – Правда в том, что я видела, на что способны драконы. Они могут или не могут отвоевать мир наверху. В этом я не уверена, но я уверена в другом».

«Они сделают это кроваво, – заканчивает Чад мою мысль. – Это унесет жизни. Слишком много с каждой стороны. Мы должны этого избежать».

«Да. Так вот и все. Две ведьмы Салем и… наполовину демон, по-видимому, на пути спасения драконьего принца от заговора с целью уничтожить мир, каким мы его знаем», – констатирую я как факт, глядя на стену и определяя выемки, в которые нужно вложить руки и ноги, чтобы взобраться на крышу здания ювелира.

«Звучит как аннотация к фэнтези-роману, – бормочет Бринн, накручивая прядь волос на палец, как она всегда делает, когда нервничает. – Только в тех всегда кончается тем, что герой получает парня и спасает мир. Я прочитала достаточно этих книжек в мягкой обложке, чтобы знать, что мы, наверное, в дерьме».

34

БРИНН

Драэтис будто вырван из легенды. Если бы не серьезность нашей ситуации, ее срочность, я бы с удовольствием осталась здесь просто так, чтобы исследовать город. Чтобы восхищаться его великолепным и огромным куполом. Жаровнями и каменной структурой, которая так хорошо скрепляет это место. Башнями с их мерцающим пламенем. Воспоминаниями об их прошлом, высеченными в пугающих, но прекрасных статуях их предков.

Блеск драгоценных камней и шелест шелка, золотые повязки и пояса, тонкое мерцание огня, танцующего по их человеческой коже. Я мельком видела и некоторых молодых драконов в их полной форме, восседающих на вершинах зданий, пока их янтарные глаза сканируют город в поисках чего-либо подозрительного.