— Хорошо, — согласился Драммонд, осматривая толпу.

Ему просто не оставили выбора. Да и этот Крейг прав. Тому чересчур легко достался выигрыш.

— Вы согласны с условиями?! — встал отец с широкого кресла. — В моей власти прекратить этот спор.

— Нет, что вы, — Нортон вгляделся и мазнул по мне глазами. — Мне будет приятно досадить соперникам. Пусть никто не сомневается в моей победе. Леди Летисия, — обратился он ко мне. — Может, вы что-то подарите, чтобы ободрить меня?

Зная о подобной традиции, я встала на негнущихся ногах. У меня совсем не было желания становиться его леди, но и обижать не хотелось. Я медленно подошла и всучила белоснежный платок с вышивкой.

— Я буду его хранить, — торжественно пообещал Драммонд.

В это время отец поднялся и громко произнес:

— То есть вы все отправитесь в Чаролесье. Судить будем по размеру добычи и сложности попадания.

Ответом ему был шумный гул воинов и женщин. Шли в чащу только четверо, а вот вернутся не все. Там свои законы и правила. Сопровождать и свободно ходить могли только ведьмы, а все остальные могли путешествовать в лесу либо в ипостаси, либо никак. В чаще терялось время и действительность. Я и сама почувствовала это, когда забралась на территорию волков.

— А мне ты ничего не подаришь? — приблизился Джеймс.

Многоликая, за что мне это? Разве он не видел, как Нортон получил мой платок?

— Сунь ему ленту, — вдруг прошептала матушка, вставая и махая всем присутствующим. — Не будь дурой.

Таковой мне точно прослыть не хотелось. Я сняла украшение с косы, повязала на выданную стрелу и отстранилась.

— Надеюсь, вы победите, — почти про себя прошептала я.

Синклер не отъехал, вернулся, вопросительно взглянув на меня.

— Мне не послышалось?

Я сразу покраснела, теребя распущенные волосы.

— Нет, — очень тихо проговорила. — Я, правда, сегодня желаю вам победы.

— Только сегодня? — переспросил он, натягивая поводья своего коня.

— Да, — выдохнула я.

Признавать за ним превосходство я не собиралась. Он и так получил больше, благодаря своей наглости и нахальству.

— Посмотрим, что вы скажете, когда я вернусь, — многообещающе улыбнулся он.

— Только если с победой, — я тоже не смогла не улыбнуться, провожая его взглядом.

Хорошо, что прославленные воины уехали, несколько часов можно было вздохнуть свободно.

— Слава богам, мы одни, — обмахнулась мама веером, подтверждая мою мысль.

Медведь зашел в Чаролесье последним. Так себе фора для остальных. Не знаю почему, но в его победе не сомневалась. Может быть, во мне говорит впечатление о первом знакомстве. Он явно проводит в лесу много времени. С другой стороны, я понятия не имела о возможностях других кланов. Что Эван, что Нортон, что Лахлан тоже могли любить находиться в зачарованной чаще. Не знаю как с ними, но меня это место влекло. Там свободно и дышится легче. Чаролесье словно звало оборотней порезвиться. Все условности уходили на второй план, имела место лишь сила. Магия хранила ведьм и перевертышей.

— Летти, не стоило так себя вести, — назидательно заметила леди Макензи. — Теперь все будут думать, что ты отдаешь предпочтение племяннику Драммондов.

С чего? Он-то как раз больше всего меня пугал. Именно его я не видела как своего супруга.

— А что надо было делать, матушка? — не скрывая сарказма в голосе, спросила я. — Отказать?

— Слава Многоликой, что ты так не поступила, — проговорила она. — Конечно, нет. Но нужно же было и выдать свое внимание Киркпатрику? — она укоризненно взглянула на меня.

— Тяжело проявлять внимание к тому, кому это вовсе и не нужно, — я чуть слышно отозвалась, теребя пряжки на ремне.

Ну не могла она не знать о слухах о мужчине. Он ведь даже не скрывал своих взглядов и очень радовался четвертому месту в первом поединке.

— Просто он тебя не оценил, — ее глаза воспарили к небу. — И как? Ты вечно скрываешься и не показываешь своей добродетели.

Тут я бы поспорила.

— Хорошо, — ответила ей примирительно, — как только он вернется, буду доброй и не отстану от него.

— Нет же! — возмутилась она, — надо действовать по-другому.

Богиня, дай терпения. Я ведь совсем не разбираюсь в этих церемониалах. Матушку с рождения готовили к замужеству, а вот она как-то припозднилась. До двенадцати лет я могла бегать с братишками в поле, а после она решила воспитать из меня настоящую леди.

— Давай вернемся к этому разговору вечером, — почти взмолилась я.

Около нас присутствовало с полдюжины девиц. Они вроде и уставились в свои пяльца, но я-то знала, что как только смеркается, это барышни отправятся распространять по замку информацию о моей неуверенности в себе.

— Ладно, Летти, мы еще поговорим, — назидательно начала матушка. — Все равно придется.

Конечно, через несколько дней я стану женой для кого-то из участников. По моему мнению, она даже слишком поздно спохватилась.

Уже через час трубадуры оповестили о появлении первого участника. На стол отца положили трепыхающуюся куропатку, подстреленную под крыло.

С довольным лицом Лахлан объезжал своих воинов, а его отец, наоборот, мрачнел. Это глупая птица, предпочитающая бежать по местности, а не взлетать. Поймать такую и подстрелить легче легкого. Глава клана быстро понял, что наследник выдал неимоверный козырь остальным. И он оказался прав.

Через несколько минут послышались звуки гонга и выехал Эван со своей добычей. К его коню был прикреплен вепрь, подстреленный аккурат в глаз. Если бы не было этого глупого состязания, то наши люди бы очень радовались такому свирепому зверю. Кабана в одиночку загнать нелегко. Это не птица и не заяц. Он почти чувствует внимание человека. Скрывается, петляет, обманывает...

— Эван Драммонд побеждает, — нехотя заключил отец.

Он все равно болел за сына Киркпатрика и переживал за его неудачи.

Все притихли в ожидании оставшихся, но Нортон с Джеймсом не торопились. Солнце почти зашло за горизонт, когда объявился племянник Мердока.

— Олень, благородное животное, — слышала я шепоты мужчин.

Воин гордо восседал на своем коне, давая понять остальным, что он первый и самый сильный. За спиной того тащилось тело еще живого животного.

— Я подумал, что хозяйка состязаний сама захочет убить благородного зверя! — он во всеуслышание обозначил за собой победу. — Летти, вы же не откажете?

Сдерживаясь в своих порывах, я старалась ступать неслышно.

Я сама хищник, я могу обратиться в лесу, но никогда не напала на оленей. Загнанный зверь молчал, не звал своих сородичей, но смирился с показательной смертью среди людей.

Рядом с оленем я почувствовала его страх. Животное боялось и страдало в ожидании, когда же его убьют. Если рассматривать попытку Нортона, то теперь он явно побеждал, приведя за собой просто королевскую добычу.

Я спешилась, взяла лук и натянула тетиву. Одно движение, и олень упадет замертво, но меня что-то останавливало. Будь я на охоте и поймай его сама, я бы не мешкала.

— Простите, — обратилась к мужчине. — Я благодарна за дар, но предпочитаю настоящую охоту. Это ваша добыча, и я не имею к ней никакого отношения.

— Вы отказываете мне? — притворно удивился Нортон.

— Лишь хочу, чтобы вас считали настоящим добытчиком, — негромко отозвалась я, наблюдая за метаниями зверя.

К сожалению, Драммонд тянуть не стал. За его спиной тоже оказался колчан со стрелами. Он взял лук, прикрепленный к седлу, прицелился и выпустил острие. Конечно, оно достигло цели. Его жертва упала, подкосив ноги. Казалось, что я, выросшая среди братьев-охотников должна спокойно относиться к подобному, но мне было горько. Олень был красив, в самом расцвете сил, настоящий король леса.

Пока слуги убирали тело убиенного, все услышали звуки очередного гонга. Я с надеждой посмотрела на выход из Чаролесья. Не знаю, кого мог привести Синклер, но была уверена, что лаэрд меня удивит. Так, оно и случилось.

Джеймс сидел на своем коне, не замечая, что творится за его спиной. Словно прирученный, за ним шествовал олень, но благородного белоснежного цвета.