Яна слушала молча. Иногда только сильнее прижималась ко мне.

Когда я закончил, она ещё некоторое время не говорила ни слова.

— Вот как… — наконец тихо произнесла девушка, и в её голосе было больше боли, чем удивления. Яна чуть сжала ткань моей рубашки в пальцах. — Выходит, ты всё это время лежал без сознания… Все семь месяцев…

Я кивнул, чувствуя ярость на самого себя. И она стала лишь сильнее, пока Яна рассказывала.

— Да. Но не стоит думать, что я в этом не виноват, — произнёс, сцепив зубы. От напряжения в висках снова кольнуло. — Виноват. И ещё как. Мог бы и быстрее проснуться… Слабак!

— Не говори так, — почти сразу произнесла Яна и, сжав мою одежду в кулаке, приподнялась, чтобы посмотреть мне в лицо. Взгляд дрожал, но в нём уже не было прежней беспомощности. Только упрямство. — Пожалуйста, не говори так. Ты и так слишком много на себя взвалил. Это мы должны быть твоей поддержкой. А в итоге ты всё ещё нянчишься с нами, как с детьми, и принимаешь основной удар.

— Если бы не вы, — я усмехнулся, — я бы наверняка всё ещё был совсем один… Я рад, что вы все у меня есть. Не стану врать — в то время, когда был один, я не чувствовал себя плохо или одиноко. Но сейчас… Сейчас я ощущаю за спиной тепло и опору, понимаю, что теперь могу смотреть только вперёд, зная, что вы меня поддержите.

Яна, слегка удивившись, но быстро придя в себя, потянулась ко мне и наши губы снова сошлись в поцелуе. А дальше… Дальше мы лежали, обсуждая многое, пока я снова не услышал тихое посапывание, но уже у себя на плече.

Проснулся я от того, что рядом зашевелилась Яна.

Хотя проснулся — громко сказано. Я и не спал толком. Все четыре часа я лежал с закрытыми глазами и медленно приводил в порядок энергопотоки. Работа шла тяжело, но шла.

Яна, судя по задерживаемому дыханию и едва слышному шороху ткани, приподнялась на локте и замерла. Не открывая глаз, я и так понимал, что она смотрит на меня.

Так продолжалось пару минут.

Потом матрас едва заметно качнулся. Она очень осторожно слезла с кровати, стараясь не издать ни звука, и лёгкими босыми шагами пошла к двери. Замок щёлкнул почти неслышно. Дверь открылась и также аккуратно закрылась.

Учитывая, что ночью мы так и не вставали, скорее всего Яна пошла в ванную привести себя в порядок.

Я решил пока не вставать. Не открывая глаз, снова сосредоточился на теле и направил внимание на энергопотоки. Впрочем, долго заниматься собой мне всё равно не дали. Минут через двадцать я уловил запах еды.

Он медленно просачивался даже сквозь закрытую дверь. Тёплый, домашний и такой манящий, мгновенно заставивший живот заурчать. Я невольно выдохнул и открыл глаза. Несколько секунд просто лежал на постели, прислушиваясь к себе, а затем сел.

Похоже Яна решила устроить мне сюрприз с утра.

Эта мысль заставила меня задержаться в комнате, ведь не хочется помешать старающейся девушке.

Примерно через пять минут дверь приоткрылась, и в щель осторожно просунулась любопытная мордашка.

Яна заметила, что я уже сижу, и сразу распахнула дверь шире. На её лице тут же появилась улыбка. Волосы были собраны в хвост, на ней была чистая одежда, а поверх — белый фартук, который смотрелся на ней очень по-домашнему и был весьма к лицу.

— Уже не спишь? — спросила она бодро и заботливо, входя внутрь.

— Нет, — ответил я, тоже улыбнувшись, а после поднялся с кровати.

Сразу же пришлось сдержать гримасу боли. Стоило выпрямиться, как всё тело отозвалось хрустом. Энергоканалы внутри неприятно потянуло, словно напоминая, что чудесного исцеления за ночь не произошло. Я медленно размял шею, плечи, спину, стараясь разогнать затёкшие мышцы и при этом не показать, насколько на самом деле мне ещё тяжело.

Яна наблюдала за мной внимательно. Её взгляд скользнул по лицу, по движениям, по тому, как я переношу вес с ноги на ногу, и я знаю, что она мысленно отмечает для себя каждую мелочь.

— Заканчивай, переодевайся и пошли на кухню, — произнесла девушка, стараясь держаться спокойно, но уголки губ всё равно дрогнули. — Завтрак уже готов.

— Конечно, — кивнул я.

Дождавшись, пока она выйдет, закончил короткую разминку, а после направился искать душ.

Особняк большой, но после нескольких поворотов я всё же нашёл нужную комнату. Уже внутри, я на мгновение задержался перед зеркалом. Лицо бледноватое, а под глазами залегли тени. Выгляжу я сейчас… Словно какая-то тварь испила из меня крови.

Покачав головой, разделся и пошёл в душ.

Стоя под струями, я чувствовал себя уже гораздо лучше. Сил, конечно, от одного душа не прибавилось, но стало легче. Намного.

Когда я закончил и вышел в помещение перед душевой, то сразу заметил на тумбе рядом с зеркалом аккуратно сложенный комплект одежды.

Белая рубашка. Светлые брюки. Закрытый пиджак. Всё чистое и подобранное так, чтобы напоминать мою нынешнюю одежду. Я просто остановился и посмотрел на вещи, а затем перевёл взгляд на дверь.

Яна, помимо готовки, ещё и одежду мне подобрала. Ну что за чудо, а не девушка… И ведь понимает, что я не просто так надел белое, поэтому и подобрала похожее.

Переодевшись, я направился на кухню.

Запах витал по всему особняку, но у кухни меня сразу накрыло густым ароматом еды и лёгким теплом. Сама кухня была большой, светлой, с широкими окнами и аккуратной белой мебелью, но в этот момент я отметил не её размеры и не обстановку.

Взгляд сразу притянул небольшой столик, заставленный блюдами. Там было куда больше, чем нужно для обычного завтрака: горячее, ещё поднимающее лёгкий пар, нарезка, что-то сладкое, салаты, чай, бутерброды. Всё выглядело так, будто Яна готовила с самого утра и решила накормить не себя и меня, а человек пять.

Сама девушка стояла рядом со столом, ко мне спиной, положив руку на спинку стула. Отросшие волосы спадали чуть ниже ягодиц, а сама она явно о чём-то думала.

Услышав мои шаги, девушка обернулась, сперва словно удивившись, но тут же улыбнувшись. Явно ждёт, пока я сяду и попробую.

Не стал её разочаровывать, сразу занимая своё место. Яна села рядом и сделала вид, что собирается есть, но всё равно пристально смотрела на меня.

Я поднёс ложку ко рту и замер, чувствуя, как живительное тепло, вместе с энергией девушки медленно разливается по моему телу.

— Что такое? — Яна обеспокоенно посмотрела на меня. — Пересолила⁈ Мало соли⁈ Неужели невкусно⁈

Паника на её лице была такой явной, что я не выдержал и засмеялся. А она продолжала непонимающе смотреть то на меня, то на тарелку. Отсмеявшись, произнёс:

— Признаться… — на этом моменте девушка напряглась ещё больше. — Ничего вкуснее я никогда не ел…

В подтверждении своих слов накинулся на еду, пока Яна приходила в себя. А увидев, что не вру, тонко улыбнулась и тоже начала есть.

Мы ели и говорили о многом. Яна с энтузиазмом рассказывала мне о своих успехах. Идиллия. Которая, к сожалению, не может длиться вечность.

Раздался крайне громкий и настойчивый стук в дверь, эхом прошедшийся по коридорам особняка. Мы с Яной одновременно замерли и девушка слегка напряжённо посмотрела на меня.

Похоже, что вот и закончилось наше время наедине…

Я накрыл своей ладонью руку Яны, чтобы девушка не волновалась, улыбнулся и произнёс:

— Я сам открою.

Она сперва посмотрела в сторону двери, потом снова на меня и, после короткой паузы, кивнула. Я поднялся, но не сразу направился к выходу, а сначала зашёл в комнату, где мы спали с девушкой. Там, на столе, лежала моя маска. Взяв её, надел и только после этого направился к двери.

Открыв дверь, немного удивился, увидел рыжеволосого.

Парень стоял на пороге с хмурым лицом и напряжённый, будто уже заранее готовился к неприятному разговору. Он быстро окинул меня взглядом с головы до ног. Его взгляд скользнул чуть в сторону, и только после этого он сухо произнёс: