Из‑за статуса Яны за ней присматривают внимательнее, чем за другими. Таких талантов опекают, страхуют от покушений, чтобы их не убили конкуренты. Не задушили в зародыше. Её ведут, как ценнейший ресурс, и просто так отпустить не собираются.

В портал с ней нырнуть можно, но не сразу и точно не тихо. Как только она без разрешения приблизится к площадке портала, тут же активируются скрытые протоколы безопасности, и нас попытаются схватить.

Это почти гарантированно приведёт к бою, в котором она может пострадать. А этого я не хочу. И так совсем одна всё это время была, не зная, что делать.

Парень тем временем уже откровенно смеялся, размахивая руками, что-то оживлённо рассказывая. Яна же оставалась всё такой же бесстрастной. Спокойно смотрела на него, чуть склонив голову, спина идеально ровная. Пользуясь её внешним равнодушием, он подошёл ещё ближе, но она лишь едва заметно качнула головой, не отступив.

Они ещё какое-то время разговаривали: он пытался шутить, вытащить хоть тень улыбки, она отвечала коротко, изредка кивая. Затем Яна чуть заметнее кивнула, развернулась, и они вместе направились в сторону корпуса.

Я не отрываясь следил за девушкой, параллельно сканируя её тело и энергосистему. Все ментальные блоки на месте: чистые, ровные, без трещин и посторонних вмешательств. Значит, память она не теряла, и в голову к ней не лезли.

Я продолжал наблюдать, когда увидел, как Яна едва поворачивает голову, словно что‑то почувствовала в моей стороне. Не дожидаясь, я спрыгнул со стены вниз, мягко приземлился в тени и прижался спиной к гладкому холодному камню. Дальше отслеживал перемещение двоих уже по энергетическому следу и ритму шагов.

У корпуса они разделились и разошлись в разные стороны. Я по‑прежнему держал внимание на Яне — не потому, что ей не доверяю, а чтобы убедиться, что никто на неё не влияет: ни ментально, ни энергетически. Лишь когда она скрылась внутри, а её фон стабилизировался, я позволил себе поднять голову и посмотреть в небо.

Чтобы провести её через портал, уйдёт много времени на его перенастройку конкретно под неё. Это не стандартный переход, а вмешательство в протоколы, и любой лишний сигнал может поднять тревогу.

На планете — сильные практики, в космосе — корабли, станции и патрули. Прорваться крайне сложно. Фактически, у меня всего два рабочих варианта.

Если бы не помощь Клариссы, я бы поступил в эту академию официально, медленно втёрся бы в доверие к преподавателям, занял своё место, а уже потом, вместе с Яной, через махинации с допусками и расписаниями, тихо ушёл бы отсюда.

На это ушло бы много времени, и в таком случае мне пришлось бы раскрыться перед Яной. Кларисса же предложила другой путь. Проще по действиям и короче по срокам.

Но чтобы его реализовать, мне придётся провести здесь неделю, не светясь. Неделю сюда будет лететь корабль Клариссы. По сравнению с теми месяцами, которые ушли бы на первый план, это мелочь. Тем более, что мне нужно как можно скорее вернуться на Землю.

По изменению энергоструктуры Яна я понял, что она скорее всего приняла душ — потоки очистились, выровнялись, а потом медленно успокоились. Спустя какое-то время её ритмы стали глубокими и размеренными. Она заснула. Я не стал задерживаться поблизости и отправился искать место, где проведу эту неделю.

Какие‑то особые удобства мне не нужны. Зато за это время я смогу спокойно проанализировать и оптимизировать работу своего тела.

После такого объёма энергии проблемы закономерны, и их нужно убрать.

Мои дни превратились в тренировки и своеобразное «проведение» времени с Яной — на расстоянии, через наблюдение и фоновое присутствие.

Я нашёл уединённое место — небольшую пещерку за мелким водопадом у какого-то мостика. Добраться сюда можно было только по узкой, скользкой тропке вдоль сырой стены скалы. Вода с грохотом падала с высоты, образуя плотную завесу. Брызги не достигали меня, и это хорошо. Да и шум почти не заглушал звуки снаружи.

Пещерка оказалась рукотворной, около полутора метров в высоту. Внутри приходилось слегка пригибаться. Стены были исполосованы старыми следами инструментов, кое‑где поросли мхом. Пол неровный, но без острых камней, ближе к задней стене — широкий каменный выступ, который я быстро приспособил под лежанку. Воздух прохладный, влажный, но одинаковый днём и ночью. Не знаю, кто и зачем когда-то вырубил это место, но этому человеку я искренне благодарен.

С моим состоянием всё оказалось неоднозначно.

Источник укрепился, стал объёмнее, чем был, и уже превосходит то, что обычно бывает на ранге абсолюта. Это радовало. В глубине он ощущался как плотное, тяжёлое ядро, вокруг которого медленно вращаются слои энергии, послушно откликаясь на любое усилие воли.

Раньше я был уверен, что всегда буду отставать по запасу энергии от других и придётся постоянно выкручиваться, придумывать хитрые решения. Сейчас же, по крайней мере в этом плане, я спокоен.

С глазами всё куда сложнее.

Они ощущаются иначе, однако я ранее ими толком и не пользовался, поэтому не знаю своих пределов. Поэтому я решил пока не рисковать и не пробовать ничего вроде телепортации сквозь пространство.

Я не хочу, чтобы меня засекли. Один неосторожный прыжок — и всплеск энергии увидят все, кому не лень.

Тёмный источник… С ним проблем не так много, но они есть. Больше всего — с размером. Он резко уменьшился, сжался до плотного, тяжёлого сгустка, и теперь я не могу, как раньше, разбрасываться тёмной энергией, не думая о последствиях.

Теперь придётся учиться использовать одну и ту же порцию энергии подолгу, удерживать, а не сбрасывать её каждый раз. Зато контроль над ней явно вырос.

И главное… Моё тело и мой ранг.

Случилось то, чего я опасался больше всего: тело не успевает за силой. Началось отторжение, и оно не способно полноценно использовать весь имеющийся запас. Каналы порой ноют, мышцы откликаются болью при попытке выдать максимум, кости периодически тоже отдаются болью, словно их изнутри разжимает.

Нельзя. Категорически нельзя скакать по рангам. В нормальной ситуации это и не получится. Один я такой… Ненормальный.

И теперь мне это аукнулось. Ядро в норме, однако энергопотоки крайне нестабильны.

Чтобы использовать свою силу, приходится сознательно занижать собственный потенциал. Сколько так ещё протяну — неясно. Я с подобным ранее не сталкивался, и теперь придётся как-то это исправлять, по ходу разбираясь в собственных ограничениях.

Четыре дня спустя:

Яна стояла в душе с закрытыми глазами, медленно намыливая и массируя кожу головы. Тёплые потоки воды, смешиваясь с густой пеной, скользили по её телу, обтекая плавные линии плеч, стекая по объёмной груди, плоскому животу и бёдрам. Капли цеплялись за изгибы, сбегали вниз, растворяясь у ступней нежного, но сильного тела девушки.

Лицо Яны было чуть нахмурено, уголки губ подрагивали.

Мысли девушки были тяжёлыми. Уже некоторое время ей казалось, что Сергей где-то рядом.

Иногда, стоило просто остановиться и прислушаться к себе, она ощущала, будто его энергия витает поблизости, стоит лишь потянуться связью. Но каждый раз, как только она пыталась дотянуться до этого ощущения, использовала связь — в ответ ощущала только густую, давящую тишину.

Чтобы справиться с этим наваждением, она начала порой бродить по территории академии. Днём и под вечер, между тренировками, она проходила по аллеям, задерживалась у площадок, где тренировались другие, подолгу стояла у ограждений, всматриваясь вдаль — но всё было безрезультатно. Ни малейшего отклика.

Впрочем… В этих скитаниях вскоре обозначилось одно место, к которому её тянуло всё сильнее. Мост и рядом небольшой водопад. Ранее ей было не до него: учёба, адаптация, постоянная занятость не оставляли ни сил, ни желания. Но теперь, когда она не так давно впервые остановилась там, прислушалась к ровному гулу воды, к влажному шёпоту струй, Яна ощутила странное, спокойное умиротворение.