Под конец рассказа Анкоу громко смеялся, пытаясь увернуться от летевших в его сторону сфер темной магии, запускаемых Моревной. Один из шаров попал в стену, оставив на ней дыру впечатляющих размеров.

— Спасибо тебе, Машка. — Жнец нырнул в новый проем, выглянул с той стороны. — Давно было пора наши офисы напрямую соединить. Завтра приглашу слесарей, чтобы дверь нормальную поставили.

— Скройся с глаз моих! — Глаза магички начала застилать тьма.

— Граждане Жнецы и прочая неживность, вам пора. — Туна, понимая, что ее босс уже еле сдерживается, чтобы не выплеснуть на всех свой гнев, начала выпроваживать незадачливых помощников, которые очень быстро могли превратиться в козлов отпущения. Никому ничего объяснять дополнительно не пришлось, поэтому офис очень быстро опустел.

Агафья тут же материализовалась с чашкой горячего ромашкового чая, который и вручила хозяйке. Успокоительный отвар развеял тьму, клубившуюся в глазах некромантки. Но не неприятные мысли. И дело было совершенно е в красавце-эльфе, чей изумрудный взгляд проникал в самое сердце, не в его аристократических чертах лица и мускулистом теле, не в случайном поцелуе, кгторый для девушки был первым…

— Зомби вам на новоселье! Машка, о чем ты только думаешь⁈ — Моревна тряхнула головой. — Главное сейчас выяснить, кто тот некромант, который уже дважды пытался сорвать твои планы!

Появление умертивий в эльфийском лесу, и тем более на священной поляне, говорили о том, что маг очень силен или действует не один. Оказаться около Священного Дерева Рассветных для зомби, было просто из разряда фантастики. Пройти защитные магические барьеры эльфов невозможно. Такое под силу только для своих, знающих секреты магической вязи Рассветных. Марья и Жнецы смогли оказаться внутри круга только благодаря маковому венку, служившему для некромантки своеобразным энергетическим маяком.

— Так, я подумаю об этом завтра.

Агафон построил нехитрый переход в квартиру хозяйки. Девушка приняла душ и забралась в постель, где ее уже ждал кот-Баюн. Зверюшка, размером с рысь, подползла под бок некромантки и заурчала ей в ухо свои колыбельные песни. Марья обняла пушистое тело и погрузилась в сон о прекрасном эльфе, который сегодня спас ей жизнь, защитив от умертвия.

Марье снился сон. Снова эти изумрудные глаза, проникающие в самую глубину ее сердца. Снова эти серебристые длинные волосы, так резко контрастирующие с ее черным шелком. Эти крепкие объятия и гулко бьющееся сердце. Некромантка неосознанно провела ладонью по мужской груди, наслаждаясь рельефами, забиралась под тонкую ткань рубашки, очерчивая контур шеи, кадыка и подбородка, прикасаясь к мягким губам. Моревна потянулась за поцелуем и ощутила аромат влажной травы и древесной смолы. Слишком мягко, слишком реалистично.

Некромантка распахнула глаза и поняла, что ее обнимает эльф, нежно даря поцелуй.

— Чур, меня! — Резким и сильным движением Марья оттолкнула длинноухого, а сама вскочила на ноги, прижавшись к стене и натянув на себя простыни до самого горла.

Эльф с громким «мяф» свалился на пол и завозился спросонья.

— Хозяйка, это я! — Порычало существо.

Сквозь светлую кожу рук, груди, лица начали пробиваться рыжие волоски, превращаясь в плотную набитую шерсть. На изменяющемся лице проступили длинные тонкие усы, брюки и рубашка исчезли окончательно, а руки и ноги превратились в лапы с заостренными когтями. На полу недовольно фыркал рыжий кот-баюн по кличке Мурзик. Животинка осматривала себя, принявшись вылизывать ушибленные мест.

— Ты что вытворяешь? — Моревна, все еще не оправившаяся от такого реалистичного сна, все же постепенно возвращалась в утреннюю Явь.

— А чего сразу я? — Кот подергал усами и начал выбивать пушистым хвостом дробь на полу. — Мы — существа магические, к хозяину привязанные, а потому являемся отражением его мыслей, зафиксированных в сновидениях. Сама о ком с вечера думала? Вот и на те вам: получите, распишитесь.

— Чтобы такого больше не было! — Девушка брезгливо передернулась. — Хочу всегда видеть рядом с собой только моего милого пушистика, а не это длинноухое высокомерное недоразумение.

Некромантка тряхнула головой, понимая правоту питомца, поэтому спустилась к котище, села на край кровати и примирительно почесала того за ушком. Мурзик, словно нехотя положил свою огромную морду девушке на колени, но после того, как Моревна начала его тискать уже обеими руками, довольно замурчал. Прощение от незаслуженно обиженного питомца получено, обнимашки и почесушки, доставлявшие удовольствие обеим сторонам, осуществлены, пора, как говорится и честь знать. Вернее начинать новый день и разгребать все то, что навалилось за предыдущий.

Кот, провожая хозяйку осаждающим взглядом, забрался обратно на постель, потоптался по нагретому месту, а потом плюхнулся всей своей массой на возмущенно заскрипевшую кровать.

— Конечно, конечно… — Мурзик ворчал себе под нос, засыпая. — Недоразумение… Ушастое… Запомним…

На сборы и завтрак ушло чуть меньше часа, и вот Марья уже стоит на улице, ожидая двоюродную сестру. До свидания вслепую оставался всего день, а наряды были еще не куплены. Вернее, это Марья до сих пор не озаботилась покупками, из-за чего совершенно не расстраивалась, но Снегурочка была тверда в своем решении, помочь сестре.

— Не волнуйся! — Снежная подбадривала некромантку, наивно полагая, что Моревна находится на грани отчаяния, потому что выглядела бледнее обычного, а ее стандартный черный деловой костюм и волосы, забранные в кулю, кричали о нежелании хозяйки заниматься покупками. — Главное — это создать настроение. А наряды мы найдём!

Проходя мимо витрины очередного магазина, которые у Марьи уже сливались в одно сверкающее полотно с яркими пятнами, девушки услышали разговор двух продавщиц-эльфиек.

— Слышала? Старейшины были атакованы нежитью. — Девушка-консультант говорила почти шепотом. — Едва смогли отбиться.

— Проклятые некроманты! — Поддержала подругу вторая эльфийка. — Как их только земля носит⁈ И почему их вообще в Академии допускают? По мне, всех рожденных с некротическим даром сразу нужно вывозить в пограничные земли и оставлять там, без права возвращения!

Снегурочка схватила Марью за руку и покачала головой, пытаясь предостеречь подругу от импульсивных действий. Моревна же лишь злобно улыбнулась, повела руками, создавая «настроение» и решительно направилась внутрь бутика с броским названием «Эльфийский шик». Эти длинноухие некромантке порядком в последние дни надоели, и упустить возможность, проучить парочку особенно разговорчивых, Марья не могла.

Магазин благоухал сандалом, лавандой и беззаботным богатством. Зеркала до потолка отражали струящиеся водопады шёлка, мерцание драгоценных камней и идеально выглаженные льняные костюмы. Среди этой пастельной идиллии, возле стойки с перчатками из тончайшей кожи и шарфов, спиной к входу стоял эльф — образец изящества, с серебряными волосами, собранными в небрежный хвост, и взглядом, полным благородной скуки. Он раздумывал, какой оттенок слоновой кости лучше подчеркнет его природный шарм.

Дверь бутика распахнулась, и в облаке едва уловимого запаха тлена и чего-то очень-очень старого появилась она — Некромантка Марья. Её кожа была бледной, как лунный камень, волосы — иссиня-чёрными, а глаза — глубокими, как полночь. На плече у Моревны сидел маленький, подозрительно неподвижный ворон с остекленевшими глазками-бусинками и потрепанными перьями, а её черное бархатное платье, расшитое серебряными нитями, больше походило на парадную одежду для очень элегантных похорон, чем для шопинга. Снегурочка не решилась заходить дальше порога, с интересом наблюдая за разворачивающимися событиями с безопасного расстояния, готовая по одному только кивку кузины, с триумфом покинуть поле боя.

Мужчина-эльф, как и продавщицы, едва заметно вздрогнул. Их тонкое эльфийское обоняние зафиксировало… необычные нотки. «Наверное, это новый, очень эксцентричный парфюм», — подумали эльфийки, хотя интуиция кричала: «Беги, пока не поздно, это не аромат, а предупреждение!».