— Это… что это?

— Подсобные работники. — Марья ничуть не смутилась, словно в ее чемодане лежали не части костомахов, а стопка одежды. — Они помогают мне проводить раскопки. Или вы предлагаете мне попросить хозяев могил самим раскопаться и рассказать все свои секреты. Не думаю, что Высший Совет Эльфов допустит эксплуатацию собственных предков.

— Так, что у нас тут еще… э-э… череп с инкрустированными рубинами? Объясните назначение.

— Семейная реликвия. — Моревна пожала плечами. Прекрасно подходит для… утренней медитации.

— А эти склянки с мерцающими жидкостями?

— Растворы для консервации. Чтобы мои… образцы… не испортились.

— И эта связка засушенных мандрагор, которые, кажется, еще шевелятся?

— Они просто немного нервничают. — Некромантка погладила успокаивающе корешки. — Долгая дорога.

Пока Сэлдар багровел, пытаясь понять, как классифицировать «нервные мандрагоры», один из стражей сделал шаг ближе. Его эльфийское любопытство, обычно направленное на изучение древних рун или изящных искусств, сейчас было заинтриговано этим хаотичным явлением. В чемодане что-то шевелилось, иногда высвечивались два зеленых огонька.

— Прошу прощения! — Величественно вмешался страж, его голос был чист, как горный ручей. — Эта сущность, что у вас в мешке… она выглядит как нестабильный артефакт, способный нарушить пространственно-временной континуум!

— Мой «нестабильный артефакт», — Марья резко обернулась, ее глаза сузились, это — мой кот! — В подтверждении этих слов из мешка высунулась огромная морда Мурзика, недовольно фыркающая от пыли. — Я плохо сплю. Баюн же помогает решить эту проблему. Все это прописано в декларации. Там же приложены все необходимые справки.

Когда некромантка повернулась, чтобы передать документы, один из инспекторов неловко задел ее чемодан, и из него выскочила маленькое, но очень прыгуче… нечто, очень лохматое, ядовитого розового цвета и издававшее писк.

Приставучий страж с отточенными до совершенства рефлексами, среагировал инстинктивно. Он хотел поймать пищащее нечто, чтобы оно не укусило кого-нибудь за важные части тела. Но Моревна тоже среагировала, резко наклонившись, чтобы схватить сбежавший «образец».

И вот тут-то и случилось.

В идеальной синхронизации неуклюжести и героического порыва, эльфийский страж, стремясь поймать неведомую пищащую тварь, и некромантка, пытаясь спасти свою явно незаконную собственность, столкнулись.

Их губы встретились.

Это был не поцелуй страсти. Это был поцелуй чистой, неподдельной, вселенской неловкости. «И почему такое случается именно со мной?». — Пронеслось в голове Марьи. Моревна ощутила привкус чего-то мятного и эльфийски-цветочного, смешанного с легким металлическим привкусом доспехов. Аромат показался очень знакомым, но откуда такое ощущение девушка не помнила. Страж же,вопреки ожиданиям, почувствовал морозную свежесть и аромат мяты.

Наступила гробовая тишина. Инспектор Сэлдар, у которого только что выпало перо из ослабевших пальцев, смотрел на них с выражением, будто только что увидел, как его бабушка танцует джигу с демоном. Тролли-грузчики уронили ящик с гнилыми овощами. Даже кот Моревны перестал стонать и ошарашено выпучил глаза.

Первой очнулась девушка. Она отскочила, как от обожженной кочерги, вытирая губы тыльной стороной ладони с таким выражением отвращения, что страж почувствовал, как его эльфийская гордость сжимается до размеров горошины.

— ЧТО ЭТО БЫЛО⁈ — Прошипела она, ее голос был низким и угрожающим, словно шепот из склепа.

— Ушастое недоразумение. — промурлыкал Мурзик вместо эльфа, стоявшаий красный до кончиков ушей, на что Моревна лишь фыркнула.

— Вы что, пытаетесь меня отвлечь, чтобы конфисковать мой редкий образец?

— Я… я… это была… Чрезвычайная ситуация! — Страж пытался то ли оправдаться, то ли доказать всем собственную невиновность. — Эта… эта тварь могла кого-то укусить! — Эльф указал на пищащий объект, который Марья уже успела схватить и сунуть обратно в баул.

— Укусить? — Усмехнулась некромантка, явно наслаждаясь замешательством бессмертного. — Это всего лишь мой лабораторный хомячок. Он не кусается, он воскрешает мелких грызунов.

— При…вратник! Гражданка! — Сэлдар, наконец, пришел в себя. — Это пограничный пост, а не… э-э… место для публичных… проявлений… симпатии!

— Симпатии⁈ — Воскликнули они в унисон, обернувшись на инспектора с одинаковым ужасом.

Марья, быстро оценив ситуацию и поняв, что всеобщее оцепенение — это отличная возможность сбежать, махнула рукой в сторону своего багажа.

— Мои документы в порядке, мой кот имеет все прививки, а страж, очевидно, немного перегрелся на солнце. Я могу идти?

— Можете. Но останки придется оставить.

Таможенник, все еще пребывая в шоке, лишь кивнул. Ему было легче отпустить целую армию нежити, чем снова разбираться в этом казусе. Но наличие контролеров заставляло эльфа строго придерживаться статута. Моревна, бросив на охранника последний, едкий взгляд, развернулась и пошла к выходу, оставляя за собой шлейф запаха мяты (видимо, для маскировки) и перепутавшиеся кости скелетов.

Страж смотрел вслед удаляющейся некромантки, пытаясь восстановить свою эльфийскую гордость и найти хоть какое-то рациональное объяснение произошедшему. Его эльфийское сердце, привыкшее к звону мечей и торжественным балам, отбивало бешеную дробь. Он только что… поцеловал… некромантку. На таможне.

— Все сделали?

— Как и приказывали. — Второй страж обращался к товарищу с большим уважением. — Все подозрительные и опасные предметы у данной группы были изъяты.

— Переправьте их в Фэлнор. Прикрепите к каждому по три соглядатая. Старайтесь не оставлять их одних. — Страж стянул с себя маску. Изумрудные глаза командира отряда Рассветных наполняли эмоции, Странные. До этого момента не испытанные.

— Все будет в точности исполнено, Ваше высочество Кадрей.

Марья наконец-то преодолела очередную арку, оказавшись в помещении с несколькими порталами, ведущими в разные эльфийские государства. Перемещающиеся имели весьма недовольные лица, а группа гномов громко костерила длинноухих на чем свет стоит. Видимо никто не смог пройти в целости и сохранности, потому что таможня взяла часть добра у каждого. Соратники некромантки топтались у Перехода № 7. Они тихо переговаривались и больше походили на группу заговорщиков.чем ан милых туристов, отправлявшихся в путешествие по бескрайним эльфийским лесам.

Подсчитав потерянное, Моревна заподозрила, что их обобрали качественно лишив большинства некроманических ингредиентов и слуг-нежити. Но Марью так просто не возьмешь, когда возникала необходимость, то девушка весьма умело прятала амулеты и всякого рода порошечки.

— Внимание, пассажиры. — Прозвуал противный женский голос. — Портал № 7 из немагического Три-пятого царства в Фэлнор, Эльфийский Лес благодати будет открыт через пять минут. Время стабильности перехода — семь минут. Будьте внимательны. Не оставляйте на платформе перехода забытые вещи, детей и неразмуных существ.

— Да что здесь ашо можно оставить⁈ — Возмутился Агафон. — Все шо было нажито непосильным трудом, забрали, изверги длинноухие!

— Внимание, пассажиры. — снова заголосила женщина в репродуктор. — Портал № 7 из немагического Три-пятого царства в Фэлнор, Эльфийский Лес благодати будет открыт через три минуты. Время стабильности перехода — семь минут. Будьте внимательны. Не оставляйте на платформе перехода забытые вещи, детей и неразмуных существ.

Толпа около перехода увеличилась в размере. Каждый старался протиснуться вперед, чтобы первым нырнуть на ту сторону перехода. Все толкались, возмущались, переругивались. Когда же арка засветилась травянистым ярким цветом, то поток ринулся в мерцающие глубины аромата влажной листвы и полевых цветов, внеся в это искрящееся пространство и Марью со своими спутниками.

Покинув портальный зал, компания вывалилась на улицу и замерла.