– Если она не замолчит, то я сдохну, – просипела я и заковыляла к выходу из этой адской квартиры.

– Э нет, солнышко, – остановил меня «любящий муж». – Ты сама придумала план, так что будем следовать ему беспрекословно.

– Я ошибалась. У меня у мозга было кислородное голодание, – пискнула я. Неужели он и вправду решил прислушаться к моей бредовой идее? Тогда точно надо бежать. – Вы все отбитые на голову. Вся семейка.

– Точно, и ты прекрасно в нее вписалась, дорогая. Даже Ван Дамм тебя за свою принял. Так что…

– Па, а можно я возьму фикус с собой. Мы будем как Леон и девочка. Не помню как ее звали, – Ленка радостно заскакала вокруг отца, предчувствуя приключение.

А, да, план же. Я вздохнула. План у меня, как и всегда – безумно-дурацкий. Который я придумала и озвучила за одну минуту.

– Лезь в чемодан, – приказал Крылов, кивнув в сторону огромного доисторического монстра, раззявившего свою ужасную пасть возле облезлой стены. Надо же ему было оказаться в этой халупе. Я нашла красотищу, когда исследовала помещение. – Не смотри на меня так. Это твоя идея.

– Когда мы разберемся с проблемами, клянусь, я отомщу тебе за каждую минуту моего унижения, – простонала я, прежде чем у меня в глазах померк свет.

– Если мы разберемся с этими проблемами, – очень «оптимистично» пробурчал Тим. – Я тебе обещаю, ты сможешь делать со мной, все что твоей душеньке пожелается. Готова?

– Угумс, – хрюкнула я, ослепла от боли, когда чемодан со мной взлетел в воздух. – Чувствую себя медведем, у которого в чумадане Машенька.

Меня даже укачало слегка. Когда ощущение невесомости исчезло и наступила кромешняя тьма.

– Класс, я бы тоже в багажнике прокатнулась, – услышала я восторженный приглушенный голос дочуры Крылова. – Пап, а фикус куда? Слушай, плащ этот тебе так идет. Ты в нем не на Леона похож, а на маньяка, ну того из кина.

– Ленка, в машину, быстро. Черт, чуть-чуть не успели. Зоя, держись там. Ренбята, работаем, – приказа Тим мне и кому-то еще, отщелкнул застежки чемодана и громко шарахнул крышкой багажника. Через минуту взревел мотор. Машина сорвалась с места. Меня подкинуло. Я ослепла от боли в плече, закусила губу и заскулила.

Глава 18

– Мы их потеряли. Девка как сквозь землю провалилась. Мент с дочкой скрылись в неизвестном направлении.

– И как же им это удалось? – приподнял бровь Дароев. – Вы же профи. Неужели не смогли пропасти козла. У него же тачка лоховская. Ваша в разы мощнее. Или он вас срисовал?

– Там накладка вышла. Кто-то стрелял из соседнего дома. Я отправил людей проверить, пока суд да дело… Короче, когда мы чухнули, мусор уже отчалил. А тут какой-то додик перекрыл выезд со двора. Его дришпак сдох. Стечение обстоятельств.

– Странное, не кажется тебе, стечение? – боец поморщился, услышав рык своего босса. – Вы у меня все передохнете, если не найдете чертову Зою. Телефон мне принеси. Быстро.

Дароев поднялся, с грохотом откинул шикарное кресло и заметался по кабинету. Морев снюхался с ментом. Наверняка давно знает, что в зятья заполучил давнего врага. И сто пудово использует эту ситуацию. И отнюдь не в его пользу.

Артур схватил телефон и набрал номер несостоявшегося свекра. Морев ответил не сразу. Пришлось выслушать десяток долгих гудков, прежде чем он услышал расслабленный голос старого пса, лучащийся довольством.

– Думаешь меня уделал? – прорычал Дароев, загибаясь от лютой бессильной ярости. – Я ведь все равно найду эту сучку, и зятька твоего нового. Достану из-под земли. И тогда за твою жизнь я не дам полушки гнутой.

– Ты выпил что ли? – хмыкнул Дмитрий. – Артурчик. Что ты несешь? Какого мужа. Ваша свадьба не состоялась. Напомнить почему, или сам вспомнишь. Ты просрал мою дочь, потому что…

Дароев задрал голову к потолку и гортанно рассмеялся, истерично и громко. Так сыграть Морев не мог. Но зачем он встречался со своим врагом?

– Так ты не знаешь? Боже, Дима, ну повеселил, порадовал.

– Что я не знаю? Артур, ты в порядке? Может доктора?

– Может и доктора. Мне тут птичка притащила на хвосте, что ты с Крыловым скорешился.

– Ах вот ты о чем, – хмыкнул Морев. – Ну да. Иногда и враги бывают полезны. Он найдет Зою, потому что интерес имеет.

– И еще какой, дорогой мой друг, – снова закаркал смехом Артур.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился несостоявшийся его родственник.

– А то, папуля, что дочь твоя вышла замуж. Ровно в тот день, когда была назначена наша с ней свадьба. И угадай за кого. Угадай Морев. И признай наконец, что ты старый идиот. Ты без меня не выцгребешь. Нам лучше в связке работать.

На другом конце провода повисла гробовая тишина. Как бы старого не расшибло чего.

– Ты врешь. Врешь, сволочь.

Дароев снова хохотнул. Морев получил такой удар, что сейчас не мог продохнуть.

Тим Крылов

– Кто сидел на моем стульчике и сломал его? – простонала Зоя. Она бледная ужасно. Повязка на плече пропиталась кровью.

– Круто. Как в мультике у медведя хата, – хмыкнула Ленка и заметалась по комнате, как охотничий маленький сеттер, периодически восхищенно причмокивая.

– Сядь, – приказал я жене, которая всхлипывая рассматривала сейчас сломанный дубовый стул. И вправду странно, что руины мебели никто не убрал, когда сломал. Или просто было плевать, или кто-то слишком торопливо отсюда сваливал. Сколы на дереве очень свежие. Это значит… Нужно все проверить. Но сначала нужно удостовериться, что с Зоей, после путешествия в багажнике, все нормально. Хотя, о какой нормальности может идти речь, когда мне в руки тяжело обвалилась очень-очень богатая женщина, за которой идет охота? У нее огнестрел и…

– Меня жутко тошнит, Крылов, – хныкнула моя несносная заноза. – И я хочу яблоко.

– Потерпи. Я обследую твою рану, потом мы с Ленкой сварим кашу. Ты любишь кашу с тушенкой? – я несу полную пургу, пытаясь отвлечь Зою. Она стонет, когда я отдираю пропитанный кровью лоскут ткани. Черт…

– С тушенкой? – кривит губы моя жена. – Меня сейчас вырвет. Слушай. А может человек на краю смерти понять, что он до отвращения не хочет мяса?

– Не неси чушь. Ты далеко не на краю, – рана нехорошая. Придется шить. Но у меня нет ни анестетика, ни дезинфектанта. – Мы с тобой еще настоящую свадьбу сыграем.

– Это что? Предложение? – в глазах раненой загораются искры любопытства.

– Поживем, увидим. Но тебе придется потерпеть.

– Тебя? Я уже привыкла, Крылов, что ты вредный и противный, и…

– И я зашью тебе рану на плече. А потом…

– Ты мне что сделаешь? Зашьешь рану? Ты совсем что ли? – хихикнула Зоя и приготовилась, судя по закатывающимся очам, свалиться в глубокий обморок.

– Папа, я могу помочь, – Ленка, словно из-под земли выросла рядом с нами.

– О, нет. Только не это, – пролепетала Зоя. – Может доктора вызвать? А что, сюда скорая приезжала, ага.

– Точно. Еще цирк с барабанами и волшебника в голубом вертолете. Чтобы издалека было видно, где мы скрываемся, – хохотнула умная не по годам девочка. И в ее тоне я услышал интонации моей матери. Боже. Я не воспитывал своего ребенка. И жил как-то не задумываясь об этом. Так что же изменилось? Может то, что я… Я хочу быть настоящим мужем этой женщины обморочной. И я хочу стать нормальным, и я… О… Нет… Я старый. Гораздо старше Зои. Что я смогу ей дать? И вот теперь мне страшно, блин. И осколок в сердце замер, будто готовясь к очередной, теперь уже последней, атаке.

– Ленка, в рюкзаке аптечка. Тащи сюда. И зажигалку прихвати. Я видел в комнате шкаф, принеси полотенца.

– Воду согреть еще надо. – со знанием дела надулась дочура. Зоя тихонько заскулила. – Чего? Ба говорила как надо.

– Меня тошнит, – снова всхлипнула моя жена. Первая и единственная официальная. Единственная, сумевшая утихомирить чертов осколок. – Дайте таз.

– Па, может не надо ее лекарствами пичкать? – странно хмыкнула Ленка.

– Почему? – глупо поинтересовался я. Глупо, потому что… Да почему я вообще слушаю девчонку? Вместо того, чтобы действовать хладнокровно и размеренно. Времени то у нас немного. Зоя истечет кровью, пока я препираюсь с, не в меру, мудрой девочкой.