Арден спросил:

— Ты правда думаешь, что победили из-за этого?

— Думаю, выжили.

— Это разница?

— Большая.

— Тогда будем считать, что научились выживать.

Лиара посмотрела на него.

— Пока не оба.

— Что?

— Ты все еще плохо умеешь.

— Я стараюсь.

— Завтра утром осмотр у меня.

Он вздохнул.

— Приказ?

— Нет. Угроза.

— Это честнее.

— И настой перед сном.

— Тот ужасный?

— Еще хуже.

— За что?

— За красивый профиль и плохое поведение.

Он тихо сказал:

— Ты снова назвала меня красивым.

Лиара закрыла глаза.

— Ядовитый настой. Двойная доза.

— Молчу.

Но он улыбался.

Проклятый дракон.

Ночью Лиара вернулась в свои прежние покои.

Не потому, что хотела окончательно вернуться. Просто северное крыло очистили, комнату привели в порядок, сгоревшие бумаги убрали, окно починили, а замок упрямо открыл именно эту дверь, когда она проходила мимо.

— Ты слишком настойчив, — сказала она порогу.

Дверь мягко скрипнула.

В комнате было тепло.

Не все восстановили. Ковер убрали, стол заменили, часть книг погибла. Но кресло у камина осталось. Шторы сменили на новые, простые. На столе стояла маленькая банка морошкового варенья.

Лиара посмотрела на нее.

— Это уже нечестно.

Из-за двери послышался тихий голос Эльсы:

— Это от меня, госпожа, не от замка.

Лиара обернулась.

Экономка стояла в коридоре с невиннейшим видом.

— Все вы здесь сговорились.

— Наконец-то в полезную сторону.

Лиара вздохнула и вошла.

В этот раз комната не ударила ее прошлым.

Память была здесь, но уже не как ловушка. Скорее как старый шрам, который можно тронуть и не вскрикнуть.

Она сняла шаль, положила на кресло, подошла к столу и открыла чистый лист.

Перо легло в руку само.

Она собиралась написать список работ по печатям, но вместо этого вывела:

“Элхорн. Вернуться через несколько дней. Проверить лечебницу. Поговорить с Сеном. Написать Тави. Решить, где мое место.”

Перо зависло.

Потом она добавила:

“Не решать за одну ночь.”

Браслет на руке потеплел.

На стекле окна проступила короткая строка:

“Согласен.”

Лиара медленно повернула голову.

— Я тебя не спрашивала.

Строка исчезла.

Черный Клык, кажется, начинал понимать границы.

Или делал вид.

Она села у камина и впервые за много дней позволила себе просто сидеть. Без карт. Без раненых. Без суда. Без пламени.

Но покой продлился недолго.

В дверь постучали.

На этот раз она знала, кто.

Не по стуку.

По тому, как связь стала тише, внимательнее.

— Войдите.

Арден вошел с чашкой в руке.

— Эльса сказала, ты не выпила настой.

Лиара посмотрела на чашку.

— Я велела тебе пить настой.

— Я выпил.

— И решил отомстить?

— Решил принести твой.

Он остановился у порога.

— Можно войти?

— Ты уже вошел.

— Могу выйти и сделать правильно.

Она устало улыбнулась.

— Входи.

Он подошел и поставил чашку на стол. Не сел без приглашения.

— Садись, Арден.

Сел.

Осторожно, в кресло напротив. Между ними маленький столик, огонь, банка варенья и слишком много несказанного.

— Я хотел сказать, — начал он.

— Если это снова благодарность…

— Нет.

— Раскаяние?

— Тоже нет. То есть оно есть, но я не за ним.

— Тогда говори.

Он посмотрел на огонь.

— Когда ты поедешь в Элхорн, я не поеду следом.

Лиара молчала.

— Даже если захочу. Особенно если захочу. Не пришлю письма каждый день. Не пришлю людей с вопросами. Если будет опасность, Ортен передаст тебе. Если захочешь ответить — ответишь. Если нет — нет.

Она слушала, и внутри что-то медленно разворачивалось.

Не доверие еще.

Но пространство для него.

— Зачем ты говоришь это сейчас?

— Чтобы ты уехала свободно. Не гадая, появлюсь ли я у ворот с очередным “надо”.

Лиара опустила взгляд.

— Спасибо.

Слово вышло тихим.

Непривычным.

Арден принял его так бережно, будто оно могло рассыпаться.

— И еще, — сказал он.

— Все-таки было “еще”.

— Да. Но не требование.

— Хорошо.

Он достал из кармана маленькое серебряное кольцо.

Лиара перестала дышать.

То самое.

Рабочее кольцо, которое он когда-то подарил ей в первый месяц брака. Простое, без камня. Она потеряла его в ночь развода у ступеней. В его воспоминании он поднял его на рассвете.

Арден положил кольцо на стол.

Не пододвинул к ней.

Просто положил.

— Я хранил его. Не как право. Скорее как наказание. Потом как память. Теперь хочу вернуть.

Лиара смотрела на кольцо.

— Почему сейчас?

— Потому что оно твое.

— И все?

— И потому что тогда я забрал даже то, что не имел права держать.

Она взяла кольцо.

Металл был теплым от его руки.

Пальцы дрогнули, но она не спрятала этого.

— Я думала, потеряла его в карете.

— На ступенях.

— Ты мог вернуть.

— Мог.

— Но не вернул.

— Нет.

— Почему?

Он ответил не сразу.

— Потому что это была единственная вещь, которая доказывала, что ты была не сном.

Лиара закрыла глаза.

Сердце болело.

Не как раньше.

И это было почти страшнее.

— Арден…

— Я знаю. Нельзя просить тебя не уезжать. Я и не прошу.

Она открыла глаза.

— А что просишь?

Он посмотрел на нее.

— Когда будешь готова, позволь мне приехать в Элхорн. Не за тобой. К тебе.

Лиара сжала кольцо в ладони.

Старое “нет” поднялось привычно.

За ним пришло “не сейчас”.

А дальше — тихое, осторожное “может быть”.

— Я подумаю, — сказала она.

Арден выдохнул.

Так, будто получил больше, чем надеялся.

— Хорошо.

— И если приедешь, Тави правда может бросить в тебя что-нибудь.

— Я подготовлюсь.

— Без доспехов.

— Тогда приму удар достойно.

— Это может быть пирожок.

— Тем более.

Она все-таки улыбнулась.

Не почти.

По-настоящему.

Арден увидел и замер.

Лиара тут же стала серьезнее, но было поздно.

Улыбка уже случилась.

И мир не рухнул.

Они сидели у камина еще немного.

Не говорили о суде. О Морре. О Мирене. О проклятии. О будущем. Просто молчали, и тишина впервые не требовала защиты.

Потом Арден встал.

— Тебе нужно спать.

— Мне?

— Нам обоим. Но я начну с того, что не буду сидеть здесь до рассвета.

— Разумно.

— Новое качество. Берегу.

У двери он остановился.

— Лиара.

— Да?

— Сегодня у Большого зала, когда ты сказала, что могла бы выбрать меня, потому что можешь без меня… я запомнил.

Она не ответила.

Он кивнул.

— Доброй ночи.

— Доброй ночи, Арден.

Дверь закрылась.

Лиара осталась у камина, с серебряным кольцом в ладони.

Она не надела его.

Пока.

Но положила рядом с браслетом на стол — не как обещание, не как возврат в прошлое.

Как напоминание: не все потерянное нужно возвращать сразу. Некоторые вещи должны полежать на свету, чтобы стало ясно, болят они или греют.

За окном Черный Клык молчал.

На этот раз умно.

Лиара допила остывший настой, поморщилась и впервые за много дней легла в постель не потому, что силы кончились.

А потому что завтра действительно могло наступить.

В Элхорне пахло дождем, хлебом и дымом.

Лиара поняла, что скучала по этому запаху, еще до того, как сани остановились у лечебницы. Дорога заняла три дня: без королевской спешки, без погони, без проклятых часовен и черного пламени под кожей. Просто северный тракт, потом холмы, потом знакомая грязная мостовая, вывеска пекарни напротив и старая собака у крыльца, которая открыла один глаз, узнала Лиару и лениво махнула хвостом.