Лиара застыла.

Ниже проступила вторая строка:

“Спеши до новой луны.”

Новая луна была через два дня.

Она схватила лист, накинула халат и вышла в коридор.

Стражник у двери выпрямился:

— Госпожа?

— Лорда Рейнара. Сейчас.

— Но…

— Сейчас.

Стражник побежал.

Лиара осталась у двери босая, с листом в руках и холодом под кожей.

Через несколько минут в конце коридора появился Арден. Без камзола, в темной рубашке, с наспех застегнутым поясом. Волосы чуть растрепаны, лицо тревожное.

— Что случилось?

Лиара протянула ему лист.

Он прочитал.

И вся усталость исчезла с его лица, оставив только хищную, драконью собранность.

— Выезжаем на рассвете.

Она кивнула.

— Я еду с тобой.

На этот раз он не сказал “нет”.

Даже не начал.

Только посмотрел на нее долго и тяжело.

— Знаю.

Лиара сжала край шали.

— Если Селла жива…

— Мы заберем ее.

— Если это ловушка?

Арден поднял глаза.

— Тогда сожжем ее.

В его голосе было пламя.

И впервые за три года Лиара не стала возражать.

До рассвета Черный Клык не спал.

Лиара слышала это сквозь стены, шаги, приглушенные голоса, скрип кожи и металла, редкие короткие команды во дворе. Замок готовился к выезду так, будто собирался не на поиски пропавшей служанки, а на войну. Может быть, так оно и было. В этом доме любая правда, похороненная слишком глубоко, рано или поздно становилась войной.

Она тоже не спала.

Сидела у стола, проверяла сумку и ловила себя на том, что делает это в третий раз. Бинты, порошок от кровопотери, настой против магического истощения, две иглы с серебряным напылением, малый нож, флакон чистого спирта, три ампулы с кровостабилизирующим раствором, сухой серебролист. Все на месте.

Рядом лежал лист с надписью, которую оставил замок.

“В башне живой голос.”

“Спеши до новой луны.”

Слова не исчезли. Наоборот, к утру стали темнее, будто бумага впитала их глубже.

Лиара провела пальцем рядом со строкой, не касаясь. Живой голос. Не “живая Селла”. Не “девушка”. Не “служанка”. Замок говорил странно, образами, и в этом было слишком много места для страха.

Живой голос мог быть человеком.

Мог быть следом.

Мог быть памятью, которую еще не успели убить.

За окном серела предрассветная мгла. Снег перестал, но небо висело низко, тяжелое, с желтым краем над горами. Северная дорога исчезала за воротами темной лентой.

Лиара застегнула дорожное платье, надела теплый плащ и убрала волосы под капюшон. Браслет она снова завернула в ткань и положила во внутренний карман сумки. Надевать его она не собиралась. Не сейчас. Слишком много в нем было прошлого, которое хватало за руку без спроса.

В дверь тихо постучали.

Не Арден.

— Войдите.

Появилась Эльса с подносом. Горячий чай, хлеб, сыр, вареное яйцо, маленький нож. Лицо у экономки было серым от бессонной ночи.

— Вы должны поесть, госпожа.

— Все в этом замке сегодня решили заботиться о моем завтраке.

— Кто еще?

— Неважно.

Эльса поставила поднос и задержалась.

— Вы правда поедете к башне?

— Да.

— Возьмите Грена. Он знает старую дорогу.

— Арден уже велел?

— Лорд Рейнар приказал взять отряд. Но о Грене я сказала ему отдельно.

Лиара взяла чашку, грея пальцы.

— Хорошо. Спасибо.

Эльса не уходила.

Лиара подняла взгляд:

— Что-то еще?

Старая женщина сжала руки перед собой.

— Я всю ночь вспоминала Селлу. Все думала: если она жива, почему за три года не дала знать?

— Если ее держали магией, не смогла.

— А если…

Эльса замолчала.

Лиара поняла.

— Если за эти годы она стала другой?

— Простите.

— Не за что. Вы правы. Мы не знаем, кого найдем.

Экономка побледнела.

— Она была хорошей девочкой.

— Хороших людей ломают не хуже плохих. Иногда быстрее.

Эльса тихо перекрестилась.

— Тогда, может, лучше вам не ехать?

Лиара почти улыбнулась.

— И кто же поедет вместо меня? Совет, который три года не замечал пустую могилу? Маги, которые путали лечение с порчей? Или лорд Велсар, которому мертвая служанка была удобнее живой?

— Лорд Арден…

— Лорд Арден умеет находить врагов, когда они держат меч. А Селлу надо будет не победить, если она там. Ее надо будет вернуть.

Эльса посмотрела на нее внимательно.

— Вы все еще знаете его слишком хорошо.

Лиара поставила чашку.

— Это не достоинство.

— И не вина.

— В этом доме разницу между достоинством и виной всегда определяли слишком поздно.

Эльса ничего не ответила.

Когда она ушла, Лиара заставила себя съесть половину хлеба и сыр. Яйцо не смогла. Тело требовало сил, но горло не хотело пропускать еду.

В коридоре уже ждали стражники.

На этот раз знакомые: старший северянин Ортен и молодой Ройс, тот самый, что три года назад не мог поднять на нее глаза, когда вел ее из зала развода в покои. Теперь он стоял прямой, бледный, с заострившимся лицом.

— Госпожа Вейл, — сказал Ортен. — Лорд ждет во дворе.

Ройс молчал.

Лиара посмотрела на него.

— Доброе утро, Ройс.

Он вздрогнул.

— Госпожа.

— Все еще не умеешь смотреть на людей, которых стыдишься?

Ортен сделал вид, что заинтересовался стеной.

Ройс побледнел еще сильнее, но поднял взгляд.

— Простите меня.

Просто.

Без оправданий.

Лиара не ожидала.

— За что именно?

Он сглотнул.

— Я был в страже той ночью. Я провожал вас. Я знал, что вы не похожи на предательницу. Но ничего не сказал.

— Ты был мальчишкой с мечом и приказом.

— Я был трусом.

Лиара смотрела на него несколько секунд.

Перед ней стоял уже не тот растерянный юнец, а взрослый воин с усталыми глазами. В Черном Клыке все постарели. Даже те, кто не имел права.

— Трусость слуг и стражников не разрушает дома, Ройс. Дома рушит трусость тех, у кого достаточно власти, чтобы говорить.

Он опустил голову.

— Все равно простите.

— Я подумаю.

Это было больше, чем она собиралась дать.

И, судя по его лицу, больше, чем он ждал получить.

Во дворе ждали кони.

Не карета. Конечно. До старой сторожевой башни дорога шла через узкий перевал, где колеса застряли бы в первом же сугробе. Для Лиары приготовили темно-гнедую кобылу, спокойную, широкогрудую, с рейнарской попоной без герба. Мелочь. Но кто-то подумал убрать знак рода.

Арден стоял рядом с черным жеребцом.

В дорожной одежде, без парадной застежки, с мечом у бедра и темным плащом на плечах. Он выглядел не как лорд в собственном дворе, а как человек, привыкший выезжать туда, где разговоры заканчиваются быстро.

Его лицо было собранным.

Но связь под кожей сказала другое: он не спал.

Совсем.

Лиара сжала пальцы, подавляя ненужное знание.

— Отряд слишком большой, — сказала она вместо приветствия.

Арден посмотрел на воинов: восемь человек, Грен, старший маг Дорн и двое следопытов.

— Мы не знаем, что в башне.

— Именно. Если там ловушка, большой отряд ее спугнет. Если там пленник, шум напугает. Если там магический узел, лишние люди только добавят крови.

Грен, седой конюх с лицом человека, который всю жизнь недолюбливал господские решения, кашлянул в кулак.

Арден перевел взгляд на него:

— Говори.

Старик не ожидал разрешения, но воспользовался.

— Госпожа права, милорд. К башне лучше идти малым числом. Дорога старая, снег свежий. Восемь всадников оставят след, который из столицы увидят.

Следопыты кивнули.

Арден немного помолчал.

Раньше он бы принял решение сам и объявил его.

Теперь спросил:

— Сколько?

Лиара не сразу поняла, что вопрос к ней.

— Ты, я, Грен, двое следопытов, Ортен и маг. Остальные остаются на полпути и ждут сигнала.