«… и я, кажется. Особенно после нашей с Дорианом брачной ночи… — я поморщилась. — Ну, ладно. Не его я боюсь — себя. Уж очень он хорошо отыграл роль мужа. До сих пор при взгляде на него у меня пальчики на ногах поджимаются. А уж, когда он смотрит на меня, я и вовсе забываю, как дышать! — Усмехнувшись, сглотнула, продолжая смотреть в карты и одновременно с этим боковым зрением следить за приближением своего телохранителя. — Зато теперь становится чуть понятнее то будущее, которое я видела. Сложно устоять перед таким притяжением… особенно, когда его объект с ярым желанием стремиться тебя любить! В смысле… потом. В будущем. Ох! Как же этот дар меня путает».

Зажмурившись, тряхнула головой, прогоняя наваждение.

Маг подошёл к столу и сел рядом — слишком близко для «телохранителя» и слишком привычно для того, кто уже три дня живёт в моей жизни, как будто всегда был там.

Лицо хмурое.

— Ты не видела Балтуса? — спросил Рей сразу, без вступлений.

Я медленно повернула к нему голову, стараясь выглядеть невозмутимой.

— Нет. С той ночи, когда он скрипел зубами в потайном проходе, — ни разу.

Рейвен сжал челюсть.

— Плохо.

— Плохо — это когда он рядом, — буркнула, морщась. — А когда его нет… это, знаешь ли, праздник. Но раз ты недоволен, значит, праздник отменяется?

Маг молчал минуту. Потом я всё-таки не удержалась:

— Ну что? Явится он — куда ему деваться? Может, лорд Маркел его куда-нибудь отправил по делам герцогства? Не всё же этим упырям горожанок топтать своими конями. Кхм… Можно кое-что другое спросить?

Рейвен повернул ко мне голову, вскидывая брови.

В его синих глазах отразились отблески пламени, пожирающего дрова в огромном камине рядом. Но даже они не смогли скрыть заинтересованность.

— Что, например?

— Всё забываю, но очень уж интересно: какой страх у Дориана? Чего он так испугался? Ты же знаешь, да?

Рейвен скривил губы.

Неприязнь? Брезгливость? Сложно сказать, но определённо точно мой вопрос вызвал у него крайне негативную реакцию.

Тем не менее Рей ответил:

— Да. Знаю.

— И?

Рейвен раздражённо вздохнул через нос.

— Он видел свою мать.

У меня на секунду даже мозг завис.

— В смысле… извини, в каком плане видел? Что вообще может быть страшного в том, чтобы видеть свою мать?

— То, как он её видел, — сухо уточнил Рейвен. И поморщился так, будто ему в рот попала грязь. — Я мельком посмотрел его самые яркие воспоминания. Если коротко… в возрасте тринадцати лет, он наткнулся на недетское зрелище… увидел, как его мать изменяет герцогу со своим телохранителем. Вместо того, чтобы уйти или донести отцу мальчик остался… В общем, не буду вдаваться в детали. Суть в том, что мораль Дориана, которая к тому времени и так подвергалась атаке банальной вседозволенности, окончательно пала.

— Кхм…

— Да. Он всегда тайно желал свою мать. И в ту ночь… зелье показало окончательно и бесповоротно. Точнее преподнесло молодому лорду на блюдечке. Дориан считает, что он настолько перепил, что представлял вместо тебя леди Элиану.

Я почувствовала, как у меня лицо стало деревянным.

— Фу…

— Да, — коротко кивнул Рейвен, поджимая губы. — Зелье навеяло ему… — Маг отвёл взгляд, будто даже произносить это мерзко, — как он выкрикивал имя герцогини. В порыве наслаждения. Видимо, на утро, пробудившись, он сделал для себя определённые выводы: то, что ты всё прекрасно слышала. Теперь боится, что ты его выдашь.

Я моргнула.

А потом… не выдержала.

Нервно хихикнула.

Потому что это было уже за гранью. За всеми границами человеческого падения, которые я успела тут увидеть.

— Это… — я прижала ладонь ко рту. — Это же… господи. Я думала, хуже не бывает.

Рейвен посмотрел на меня мрачно.

— Бывает. В этом семействе вообще все… извраты.

Я насторожилась.

— Даже Изара?

— Особенно Изара, — презрительно фыркнул маг. — Спрашивала за ужином, больно ли в первый раз, хотя сама давно знает. Она чуть ли не каждую ночь бегает к молодым конюхам и задирает перед ними свои юбки в пустом деннике. Тоже мне леди!

У меня рот приоткрылся.

— Сразу к нескольким?! Откуда ты…

Рейвен медленно кивнул.

— Видел. Через Дориана. Лорд Дориан не меньше своего младшего брата любит подсматривать за своими домочадцами и слугами. Только делает это не за стенами тайных ходов, а как бы прогуливаясь в нужных местах и в нужное время.

Я снова хихикнула — теперь уже совсем на грани истерики.

— Потрясающе… — выдала в сердцах, оглядываясь по сторонам. — Просто… потрясающе. Дом Криос — высшая знать — благородство — традиции… на псарне и то чище. — Я наклонилась над книгой, но буквы расплывались. Буркнула, — и при этом они смеют смотреть на меня, как на грязь, потому что я «приютская»?!

Рейвен молча вздохнул. Его плечо было близко, и от этого почему-то становилось чуть легче.

Нет, между нами пока не установилось толком ничего крепкого, смахивающего хотя бы на дружбу, но для этого пока не так много времени прошло, верно? Всего четыре дня и три ночи.

— Забудь, — наконец, протянул маг, глядя куда-то перед собой. — Эти существа не достойны, чтобы о них думали нормальные люди. Грета отдыхает?

— Да. У неё… кхм… женское недомогание. Она попросила сегодня отлежаться. Пыталась и меня не пустить в библиотеку, но я…

— Повела себя беспечно.

Назидательный тон Рейвена мне не пришёлся по вкусу. Особенно потому, что он имел место быть.

Да — справедливый комментарий.

Но…

— Я же не одна. За мной постоянно ходят следом два стража. И ты, вот, пришёл… Не будет же Дориан требовать от меня супружеского долга прямо тут?

— Кирррра…

«Вот как он так умеет? Вроде сидит совершенно расслабленный, а его взгляд мечет молнии».

Мои щёки вспыхнули.

Сама поняла, насколько глупо прозвучали мои оправдания. В доме извращенцев произойти может всё, что угодно! Но…

— И что же теперь? — вздохнула грустно, бросив виноватый взгляд на первого воина Веридана. — Мне постоянно сидеть в покоях? Все три месяца?

Рейвен молчал несколько минут, наблюдая, как я уже без интереса листаю карту.

— Тебе нужно заниматься магией, — наконец произнёс он, и голос у него был таким же, как всегда: спокойным, но с оттенком приказа.

Я подняла глаза.

— Как именно? Книг по магии в этой библиотеке я не нашла.

— Искала — уже хорошо, — хмыкнул маг, лениво одёргивая вниз платок и открывая, наконец, своё лицо. — Но дар видящих или предвестниц познаётся на практике, а не за книгами. Он слишком индивидуален. Изучить его и преподнести на общей основе невозможно. Всё, что ты должна понять из теории: есть Большой Поток. И всё живое живёт в нём, строя плетения и оставляя узлы. Большой Поток состоит из потоков поменьше…

Я подняла бровь, заинтересованно слушая мужчину.

— Узлы?

— Да. Узлы жизни. «Судьбы», если тебе будет угодно. Это одно и тоже, — Рей пожал плечами, садясь удобнее. — Люди, события, места — всё это узлы на ткани Потока. Большинство живёт, не чувствуя её нитей. Они просто идут, куда ведёт их дорога, пока путь не прервётся, обозначив время смерти.

— Хм… Жутковато.

Рейвен вздохнул и продолжил:

— Такие, как мы с тобой, видят материю Потока того человека, с которым соприкасаются. Но видят по-разному. Например, я — узлы, что давно сформировались. А вот ты… Ты видишь линии Потока, вероятность которых может измениться ещё тысячу раз, в зависимости от конечного решения объекта, на которого направлен твой дар.

— Что-то я…

— Объясняю ещё раз. — Рей положил ладонь на подлокотник стула, больше напоминающего удобное кресло, и пояснил, чуть более «заумно», но стараясь подобрать слова, которые будут понятнее. — Видящие прошлого — как я — читают отпечатки. Эхо. Резонанс событий, впитанный в предметы, людей, кровь. Фигурально выражаясь: прошлое оставляет следы в Потоке так же, как шаги оставляют след на мокрой земле. Я могу идти по этим следам назад… иногда очень далеко, если «отпечаток» сильный.