Пока я расстегивала его рубашку, откуда-то из-за стены донесся звук, похожий на капание воды на камень. Плюх, плюх, плюх.

Не в силах оставаться в вертикальном положении больше ни секунды, скользнула позади дока и обняла его ногами и руками, чувствуя, как холодно ему. Но, как вода, капающая сквозь стены, я слышала, как ровно бьется его сердце.

Тум-тум, тум-тум, тум-тум.

Эвиан без раздумий последовал за мной в спасательную капсулу. Он не хотел, чтобы я оставалась одна. Док пожертвовал своим положением на корабле, своей безопасностью и комфортом.

Он будет жить, несмотря ни на что. Я позабочусь об этом. Крепко прижав его к себе, направила остатки своих энергетических запасов на согревание кожи, повышение температуры тела, обходя главную директиву своей программы по поддержанию гомеостаза своего тела. Я проигнорировала множество предупреждений и сигналов тревоги, вопящих внутри мозга, так же как не обращала внимания на мучительную пульсацию в ногах. Все, что сейчас имело значение — Эвиан. Его тело сильно трясло от перепада температуры, но в конце концов, он согрелся, а дыхание вернулось в нормальный ритм. И я отключилась.

Пальцы играли в моих волосах, скользили по щеке, спускались по руке. Мне казалось, я лежала на золотистом песке, под теплым, желтым солнцем. Волны омывали мои ноги, а крошечные красные и синие парусники покачивались на горизонте.

— Эсара, — кто-то позвал. — Эсара, открой глаза.

— Парусники, — прошептала я.

— Если бы знал, что ты собираешься снять с меня штаны, я бы надел более достойное белье.

— Эвиан! — воскликнула я, открывая глаза и садясь. — Ты жив!

— Благодаря тебе.

— Благодаря мне ты чуть не умер, — ответила я, скользнув взглядом по твердой плоскости его живота. — Мне пришлось снять с тебя одежду.

— Я вижу.

— Чтобы согреть тебя.

— Конечно, — его губы изогнулись в улыбке.

— У тебя было переохлаждение.

— А ты спасла мне жизнь.

Только сейчас я наконец вспомнила о своей наготе. Смущение накрыло меня, но Эвиан смотрел только мне в лицо. Ни единого взгляда на мою обнаженную грудь.

— Моя одежда все еще мокрая, — сказал он, садясь и проводя пальцами по волосам. — Хорошо, что тут теплый источник, но ждать придется довольно долго. Мои воспоминания о прошлой ночи немного размыты, но думаю, что в какой-то момент ты дала мне это. В качестве шляпы?

С жаром, заливающим мои щеки, забрала у дока свою рубашку и сказала:

— Твоя кожа становилась фиолетовой.

— Спасибо тебе, — Эвиан уставился на свои руки, пока я одевалась. — За то, что не дала мне умереть.

Прежде чем я смогла что-то ответить, он поднялся на ноги, слегка пошатываясь, направляясь ко входу в пещеру в одних боксерских трусах.

— Давай посмотрим, с чем мы столкнулись. — Святые, невероятно красиво и смертоносно.

Моё ночное зрение передавало достаточно, но сейчас мир обрел четкость и яркость. Перед нами расстилалась огромная белая снежная равнина, море льда. Небо было тускло-оранжево-лавандового цвета, прерываемое цепью заснеженных гор на севере и ярко парящими Дельфами на западе.

— Там вдали озеро, — сказала я, обхватывая себя руками от утреннего холода.

— Но вода означает рыбу.

— Рыба под метрами льда, — поправила я.

— Ну… ты раньше занималась рыбалкой? — спросил Эвиан улыбаясь.

— Никогда.

— Ладно, я порыбачу, но мне нужна твоя бионическая суперсила, чтобы проделать дыру во льду, — Эвиан развернулся и посмотрел в сторону гор, добавив, — но сначала нам нужно найти дрова. Думаю, ты переживешь еще одну холодную ночь, но с тепловыми генераторами на исходе я этого не сделаю.

— Как ты собираешься добыть дрова? У нас нет топора, а там только лед, даже если мы вырубим пару веток, то как разведем огонь?

— Святые! Они замерзают! — воскликнул Эвиан, потянувшись к своим штанам.

— Возможно, мы сможем найти хворост совсем рядом с нашей скалой, чтобы поддерживать тепло в пещере, и тебе не придется снова истощать свои запасы энергии, чтобы согреть меня.

— У нас также нет ничего для разведения огня, — добавила я.

— Ты никогда не разводила огонь трением?

— Я даже не знаю, что это такое.

— Сначала надо измельчить горючий материал и начать тереть, сильно и быстро, чтобы образовалась искра, — его голос звучал, как бархат, так что дрожь побежала по моей спине. — Конечно, это нелегко сделать и требует мастерства. А также знания и терпения.

— Ты добывал огонь раньше? — спросила я, осматривая черты лица Эвиана. Крошечная серебристая щетина на подбородке, длинные ресницы, маленькая темно-синяя веснушка прямо под глазом…

— Давно. Нам нужно поесть, а рыба намного вкуснее в горячем виде. Как твои ноги?

Я посмотрела вниз, пошевелив пальцами ног и ответила:

— С ними все в порядке.

Эвиан нахмурил брови и ответил:

— Кожа не выглядит здоровой. Позволь мне осмотреть ступни.

Я кивнула и тотчас док опустился на каменную поверхность пещеры, взяв мою ступню и поставив себе на колено. Его руки осторожно подвигали каждый из пальцев.

— Никакого обморожения. Но у тебя есть несколько ссадин, волдырей, и я думаю, ты можешь потерять ноготь, — Эвиан осторожно взял мой большой палец правой ноги между пальцами, показывая синяк у основания ногтя, и сказал: — Вот этот.

— Ноготь снова отрастет, — ответила я, не понимая, почему он так беспокоиться о ногте.

— Ты повысила свой болевой порог, не так ли?

— Нет, — солгала я, убирая ноги с колен дока.

— Я не хотел этого делать, но ты не оставляешь мне выбора. Эсара, как твой врач…

— Эвиан, — предупредила она. — Ты не посмеешь оставить меня в этой пещере, пока сам будешь искать приключения…

— Я советую тебе дать отдых ногам.

— Это смешно! Я в полном порядке.

— Я знаю, Эсара, но тебе не стоит играть с болевым порогом.

— Хорошо, — ответила. — Просто не умирай там. Ты очень хрупкий.

— Кстати, ты так и не ответила на мой вопрос.

— О чем?

— Если я умру, ты будешь скучать по мне? — Эвиан смотрел на меня улыбаясь.

Что-то произошло, когда я посмотрела в его кристально-голубые глаза, как будто даже слабая гравитация планеты больше не могла удерживать меня… Я открыла рот, чтобы сказать… не была уверена, что именно, но Эвиан отмахнулся от меня.

— Пока не отвечай на этот вопрос, — он отошел от меня, разыскивая свои ботинки. — Я не уйду далеко и быстро вернусь.

— Ты замерзнешь, если будешь долго бродить при такой температуре, — и подумав добавила. — Всем известно, что бионики не шутят. Только факты.

Схватив с земли сумку, Эвиан перекинул ее через плечо и бросил через плечо:

— Всем известно, что моя раса не переносит суровую погоду. Насмешка судьбы: эмоциональная бионика и добрый лексианец.

— Посмотрим, насколько ты будешь добрым, когда мне снова придется тебя согревать.

— О-о-о, — сказал Эвиан. — Теперь ты точно пошутила, Эсара.

Эвиан

Я выскользнул из пещеры, остро ощущая холодный ветер. Здесь не было ни птиц, поющих на деревьях, ни диких животных.

Вздрогнул, потирая руки, и побежал трусцой к лесу, пытаясь согреться. Уже через несколько минут кончики пальцев на руках покалывало, предупреждая, что холод легко может заморозить меня. На самом деле, я совсем не против того, чтобы сегодня ночью спать в объятиях Эсары, но тогда бы я лишил ее энергии, которая нужна ей самой.

Добежав до замороженного леса, начал распихивать снег, стараясь найти поломанные ветки. На удивление, за несколько минут я наполнил сумку вечнозелёными ветвями. Они пахли резко, а острые иглы покалывали кожу через рубашку. Снова побежал к пещере с юга, стараясь осмотреть территорию.

И тут я заметил темную фигуру, которая кралась ко входу в нашу пещеру, поэтому плюхнулся в снег, пополз ближе.

— Эсара? — окликнул ее, поднимаясь из снега, чувствуя облегчение. Бионика была напряжена, челюсти стиснуты, на лбу выступили капельки пота. — Что случилось?