— Эвиан, где ты? — прорычал то ли Рекс, то ли Моргот.

— В спасательной капсуле. Вы опоздали.

— Доктор Эвиан, это Рекс. Если ты позволишь Эсаре покинуть этот корабль, я лично буду охотиться за тобой до глубин Вселенной и разорву тебя на части…

Я приглушил коммуникатор. Последнее, что было нужно, это чтобы моей жизни угрожал какой-нибудь властный грубиян, который был слишком медлителен, чтобы добраться до шлюза вовремя.

Я должен разбудить ее, пока мы не улетели в открытый космос. Я перешагнул через подлокотник кресла пилота и сел на ее колени, взяв лицо в руки.

— Эсара, пожалуйста, остановись. Пожалуйста. Я умру. У меня нет ремня безопасности, чтобы пристегнуться.

Когда она не ответила, я изо всех сил хлопнул в ладоши перед ее глазами и закричал:

— Черт возьми, Эсара. Проснись!

Она моргнула раз, потом два. Затем глаза бионики прояснились, как небо после грозы.

— Эвиан? Что ты делаешь? Что происходит?

— Святые звезды! — сказал я на выдохе. — Я не знаю, что происходит. Что-то контролирует тебя. Можешь ли ты остановить запуск?

— Запуск? Какой запуск? — она огляделась, наконец, поняв, где мы находимся. — Звезды над головой! Как мы здесь оказались?

— Останови запуск, — прошептал я, когда бортовой искусственный интеллект начал обратный отсчет.

Она закрыла глаза и спустя пару секунд прошептала:

— Я не могу. Мы заперты. Как это произошло?

Я съежился, когда обратный отсчет пробил семь, шесть, пять… Я собирался умереть. Ужасно. Болезненно. Но затем Эсара схватили меня за рубашку, притягивая к себе, руками и ногами обхватив тело, как тисками.

— Что ты делаешь? — спросил я, заглядывая в ее глаза.

Обратный отсчет пробил два.

— Спасаю твою жизнь, — прошептала она, когда пробило один и капсула отделилась от лайнера, унося в открытый космос.

Бионики могут испытывать страх.

Эсара

Дезориентация — недостаточно сильное слово для описания того, что я сейчас испытывала. Мне показалось, что меня вытащили из сна, когда я с трудом открыла глаза и увидела перед собой искаженное ужасом лицо Эвиана. Его кожа была темно-фиолетовой под светом красных мигающих огней капсулы. Я все еще прижимала его к себе, пока нашу капсула мчалась сквозь космос, сверхсветовой двигатель разгонялся быстрее, прыгая по туннелям переходов.

— Куда мы направляемся? — стуча зубами спросил Эвиан, пришедший в себя, но только чтобы снова потерять сознание из-за нового сверхсветового прыжка, усилившего гравитационные силы в капсуле. Такое количество прыжков могло легко убить не бионика.

Я только надеялась, что моих рук и ног, сжимающих живот и грудь Эвиана, будет достаточно, чтобы удержать кровяное давление от снижения до необратимого повреждения мозга или чего похуже.

— Не знаю. Мы прыгали слишком много раз.

— Ты можешь получить доступ к навигации капсулы? — прошептал Эвиан, снова потеряв сознание.

Я снова попыталась связаться с искусственным интеллектом капсулы, но ответа не последовало. Кто бы ни контролировал капсулу, он точно не хотел, чтобы вмешивались в управление.

Внезапно холодные руки коснулись моих плеч. Эвиан снова очнулся.

— Эвиан, почему ты последовал за мной? Это самоубийство.

— Не совсем. Мы оба пока еще живы, — проворчал он, и я почувствовала, как он задрожал всем телом, когда сверхсветовой двигатель снова заработал. — Я переживал за тебя, — прошептал он, снова теряя сознание в моих объятиях.

Я обхватила безвольное тело сильнее, стараясь удержать вес, пока сверхсветовой прыжок не закончился и скорость капсулы не выровнялась.

Эвиан помотал головой, кровь потекла из его носа, капля за каплей падая на мою куртку.

— Ты в порядке? — спросила у него, ослабляя хватку и осматривая его голову.

— Голова словно в тисках и головокружение.

— Мы перестали прыгать, — тихо добавила я.

— Слава Звездам! — Эвиан помассировал виски и прикрыл глаза, глубоко дыша, словно ему не хватало воздуха.

— Ты можешь получить доступ к телекоммуникациям? Сбросить вызов о помощи?

— Нет. Уже несколько часов нет.

— Часов? — Эвиан побледнел. — Как долго я был в отключке?

— Мы находимся в этой капсуле тринадцать часов, тридцать четыре минуты и шестнадцать секунд. Ты был без сознания почти девяносто процентов пути.

— Глубины подери! — воскликнул Эвиан, проводя пальцами по волосам. — Так долго.

Повернувшись к пульту управления капсулой, я ввела пароли входа, но, как и пару часов назад, ничего не произошло. Снова и снова набирала пароли и пыталась обойти систему. Теперь, когда мне не нужно было удерживать Эвиана, я могла попытаться взломать управление капсулой.

— Хм, кажется, я кое-что нашла. Здесь… — перед нами вспыхнул навигационный дисплей капсулы.

Я поднялась на ноги, встав с одной стороны дисплея, в то время как Эвиан встал с другой.

— Где мы находимся? Эсара, ты можешь провести анализ? — его голубые глаза метались по трехмерной цифровой карте того уголка Вселенной, в котором мы оказались.

Я проводила сравнение изображения с дисплея со всеми знакомыми картами в моей системе памяти.

— Мы находимся где-то между Истарией и Дельфами. Внешний обод. Глубокий космос, — я нахмурилась. — Здесь нет ничего, кроме скал.

Палец Эвиана проследовал по пунктирной линии запланированной траектории полета капсулы, затем он расширил экран, увеличивая изображение того, что, по-видимому, было нашим конечным пунктом назначения.

— Как называется эта планета? — спросил Эвиан.

— Ее нет в моей базе данных, — ответила я, осматривая крошечную карликовую планету на самом краю нанесенного на карту космоса. — Здесь нас никогда не найдут. Эвиан… Мне жаль… — сказала я, чувствуя себя ужасно.

— Прекрати, Эсара, — отмахнулся Эвиан.

— Из-за меня, вместо того чтобы спать в своей постели, ты, вероятно, умрешь на этой планете… мы даже не знаем, есть ли там кислород…

— Эсара, я пошел за тобой по собственной воле, — Эвиан развернулся ко мне и положил руки на мои плечи, слегка поглаживая. — И кто сказал, что я обязательно умру? Это не твоя вина. Мы пройдем через всё вместе.

Я посмотрела на его руки, и поняла, что мне очень нравилось, как светилась его голубая кожа на фоне моей светлой пижамы. Но я, должно быть, смотрела слишком долго, потому что док убрал руки.

— Уверена, что ты задаешься вопросом: почему, во имя звезд, я последовал за этой неисправной бионикой в спасательную капсулу?

Эвиан свернул навигационный дисплей и встал передо мной:

— Совсем не то. Но мне трудно находиться рядом с тобой.

— Все еще хуже.

— Я не имел в виду то, что мне неприятно находиться рядом с тобой, — Эвиан почти смеялся. — Я эмпат. Обычно мне легко понять, как лучше утешить другое существо. Но с тобой… Трудно — не знать, что ты чувствуешь. Или что тебе может понадобиться.

Мое сердце забилось слишком быстро, как будто хотело выпрыгнуть из грудной клетки. Я потерла ладонью грудь, пытаясь понять, что происходит, и на всякий случай приготовилась поймать сердце, если оно из-за какой-то неисправности выскочит из груди.

— У тебя болит грудь? — Эвиан внимательно смотрел на мою руку, прижатую к груди. Затем он прижал два пальца к вене на шее и сказал: — скачки могли вызвать сердечные нарушения даже у бионика.

— Я в порядке, — ответила я, хотя сердцебиение продолжало учащаться, на один дополнительный удар за каждую секунду, пока пальцы дока прикасались к коже на шее. — Моя сердечно-сосудистая система рассчитана на то, чтобы выдерживать гораздо большие нагрузки, чем сверхсветовые скачки.

Эвиан вздохнул, все еще хмурясь, но опустил руку. Он развернул навигационный дисплей и еще раз изучил его, покусывая нижнюю губу.

— Если наша конечная точка находится на этой планете, то с нашей скоростью мы прибудем туда через несколько часов. Интересно…, — он повернулся к панели управления, затем хлопнул себя по лбу. — Звезды! Почему я не подумал об этом раньше? — Эвиан нырнул под панель, начав выдергивать провода.