А еще Марида запретила насаждать кулинарные традиции. После гостевания Недда и Назара пришлось запретить навязывание космических традиций. И медицинских. Марида считала, что у детей должен быть выбор. Хотя ей самой безумно хотелось узнать, передался ли деткам их семейный кулинарный талант.

Чтобы не мешать переезду, а всеми делами занималась мама, Марида отправилась в любимый парк, только не на беговую дорожку, а на детскую площадку с коляской. Настроение с вечера было смурным и плаксивым. Даже любимая осень не радовала. Иногда Мариде было стыдно, что маленькие дети спокойнее ее. Она даже просила у Нейтана каких-нибудь таблеток, чтобы не грустить. Нейтан вздыхал и предлагал потерпеть. Он все списывал на послеродовую депрессию.

На сердце было неспокойно и Марида старалась думать о хорошем. Про дедушку и Петру, они стали вместе жить, чему Марида была очень рада. Дедушка хвастался Петре, как помогал Мариде прятаться от Чарли, а Петра фыркала и упирала на то, что без нее Марида вообще бы развода не увидела. Про скорую свадьбу Акмоль, которая состоится, конечно же, на орбите. Про карьеру Нейтана, ему предложили высокий пост в министерстве здравоохранения.

Думала про новый дом с огромной кухней и столовой, комнатой для детей, похожей на магазин игрушек, кучей спален для гостей, кабинетом для Нейтана, комнатами для всего на свете и балкончиком для Мариды, с него она собиралась следить за детьми, играющими в саду. Марида глубоко ушла в свои мысли, на автомате качая коляску, и не заметила как на скамейку рядом с ней опустился незнакомец с портфелем.

– Добрый день, Мари, – альфа средних лет, худой, невысокий, в строгом черном костюме тронул Мариду за плечо.

– Здравствуйте, вы кто? – от неожиданности Марида подпрыгнула. И уже догадалась о беде, зажмурилась, надеясь, что этот человек исчезнет и не расскажет ей плохих новостей.

– Я поверенный Алексы Торан, – незнакомец привстал и поклонился. – У меня для вас есть документ.

Глава 20. Между мужем и сестрой

Незнакомый альфа, знавший имя Мариды, выглядел приветливо, не излучал угрозы, но сам факт его появления всколыхнул все страхи Мариды. Ей даже захотелось стукнуть этого нахала. Прогнать с глаз.

– Я не знаю никакой Алексы Торан, – выпалила Марида и застонала. Это же Римада. Точно. В их последнюю встречу она представлялась Алексой. Настаивала, чтобы Марида звала ее по-новому. Только почему Торан?

– Я вижу, вы поняли, – поверенный скупо улыбнулся. Достал из портфеля лист бумаги, сложенный вчетверо и протянул Мариде. – Ознакомьтесь, пожалуйста.

– Здесь? – Марида предпочла бы прочитать письмо от Римады-Алексы одна.

– Я пересяду на соседнюю скамейку, – правильно понял ее поверенный и, действительно, пересел.

Марида смотрела на листок в своих руках, не решаясь развернуть. Римми не стала бы присылать письмо, если бы была жива. Она решила исчезнуть навсегда. Или стала бы? Марида вообще не надеялась, что Римада как-то себя проявит. Да и что им обсуждать. Ничего не переиграешь. Может она все-таки сожалеет? В письме не оказалось приветствий и подписи, оно выглядело как текст из какой-то книги. Разговор с собой.

"Проблемы нейтрализуются проблемами.

Тот, кого ты любишь, вдруг предпочитает тебе другую, твою же младшую сестру, и это сводит с ума. Это кажется огромной проблемой, невыносимой, нерешаемой. Но внезапно ты падаешь со скалы, ломаешь себе все, что можно, начиная с носа. Болит немилосердно, и первая проблема уже выглядит мелкой. Ее нет. Скорей бы зажило, а любовь к какому-то придурку такая ерунда. Он и не стоил слез.

Ты вынуждена заниматься всю жизнь нелюбимым делом. Это тюрьма, из которой невозможно убежать, потому что вход охраняется день и ночь. Это кажется огромной проблемой, невыносимой, нерешаемой. Но внезапно ты узнаешь, что твоя жизнь висит на волоске, что у тебя почти нет шансов выжить, и нелюбимое дело перестает быть каменной стеной, в миг превращаясь в жалкий мусор под ногами.

Как снять с себя хомут родовой системы, безжалостной и ядовитой. Как заново пробежать дистанцию, которую успела прожить? Прожить нелепо, в зависти и претензиях. Сменить имя – самое простое, и можно сделать это много раз. Можно даже взять фамилию сестры, надеясь отщипнуть маленький кусочек чужого везения, своровать капельку масла и крохотную икринку.

Мило, что детки сестер носят одну фамилию. И что они похожи. Банк спермы велик. Это выглядит залогом успеха. А главное очень просто осуществить. И не важно, что нет мужа и надежды. И совет родить ребенка не сработал и не дал здоровья. Важно, что есть родной человек, для которого все сработало. Есть даже два, нет три родных человека. Понимание, что у этих троих нет проблем, решает твою проблему.

Смерть тоже нейтрализует проблемы. Но вдруг есть проблема, которая больше смерти, которая победит ее. Вдруг?”

Марида читала письмо раз за разом, пытаясь понять, это прощальный привет или дневник. Слишком загадочное, чтобы быть от умирающей. Размышления и выводы. Римада писала это для себя? А потом решила поделиться с Маридой? Она нашла взглядом посланника от Римады, тот сразу же подошел. Протянул руку за письмом, но Марида была проворнее и спрятала лист за спину.

– Я не отдам!

– Извините, но я должен вернуть письмо, – поверенный вцепился в руку Мариды.

– Вернуть? Римми жива? – Марида перехватила письмо другой рукой и попыталась вырваться, но альфа вцепился как клещ и держал крепко.

– Это что еще такое? – Нейтан, выросший как из под земли, приподнял поверенного за шиворот и тот был вынужден отпустить Мариду.

– Держи его, Нейтан, – заорала Марида. – Он знает, где Римми.

Поверенный ужом выскользнул из пиджака и метнулся в сторону, но Марида успела подставить подножку и альфа упал.

– Вы не имеете права удерживать меня, – вопил он, но Марида уже звонила Тиффани и Владе. Если кто и способен вытрясти из поверенного всю правду, так это они.

Влада привезла с собой оформленное по всем правилам постановление на задержание на трое суток для выяснение обстоятельств и поверенный сдался. Он не мог сидеть взаперти столько времени, Римада-Алекса была на его попечении, и оставлять больную омегу одну альфа испугался. Признался поверенный и в том, что листок не был письмом Мариде, он взял его тайком. В наивной надежде, что Марида все равно откликнется и поможет. Заставит Римаду выздороветь.

Марида растерялась. Она бы заставила, если бы могла. Но с Римадой такие штуки не пройдут. Тиффани вызвалась сопроводить поверенного, чтобы узнать адрес. И понять всю ситуацию. Марида рвалась поехать с ними, но Нейтан не позволил. Настроение Мариды ему не понравилось.

– Топтыжка, мы идем домой. Детям нужен режим, тебе нужен отдых, а Тиффани одна легко справится, – Влада покатила коляску с малышами, а расстроенную Мариду Нейтан взял на руки. – Пойми, Римада тебя не ждет, ей вредны потрясения. Ты заявишься неожиданно, спровоцируешь ухудшение. Пусть этот поверенный сначала подготовит ее. Он ведь не сказал Римаде, что отправился к тебе.

– Откуда ты знаешь про потрясения? – Марида уткнулась в грудь Нейтану. Она устала нести тяжкую ношу одна. Привыкнуть считать омежку своей дочкой было легко, гораздо труднее скрывать беспокойство за сестру. Обманывать Нейтана у Мариды больше не было сил. Она отстранилась и лишилась необходимого контакта с альфой. – Вы все говорите загадками, я так не могу больше!

– Я все тебе расскажу, но и ты мне все расскажешь? Хорошо? – Нейтан поставил Мариду перед входом в их новый дом.

Что ответить, Марида не знала. Она запуталась, кому хранить верность. Сестре или мужу? Почему она должна выбирать между ними. Это невыносимо. Марида со вздохом шагнула за порог. Вся родня ждала их на новоселье. Стол был уже накрыт. Малышей сразу утащили дедушка и Петра, переодеть и тоже усадить или уложить рядом со всеми в столовой. Марида требовала, чтобы дети не чувствовали себя одинокими. Разговор пришлось отодвинуть.