Сердце Нейтана билось и Марида расстегнула куртку и рубашку, чтобы слышать лучше. Поскуливая, она укусила своего альфу в грудь, требуя немедленно очнуться, потому что ей, омежке, очень страшно. Нейтан глубоко и прерывисто вздохнул, пошарил руками вокруг, нащупал Мариду, прижал сильнее ее голову к себе.

– Нейтан, – хрипела Марида. – Пожалуйста, открой глаза. Мне страшно, пожалуйста, открой.

На подкашивающихся ногах Марида добралась до воды, набрала в ладони и плеснула Нейтану в лицо. И снова поспешила к реке. Нейтан нехотя открыл глаза. Сфокусировать взгляд он не мог и тут же поставил себе диагноз: ударился затылком, потерял сознание, могут быть проблемы со зрением и сотрясение мозга.

Осторожно согнул руки, упираясь ладонями в гальку, попытался сесть. Явно сотрясение, мутит, но это не страшно. Опершись спиной о валун, ощупал голову, кожа на затылке содрана, будет здоровая шишка. Надо бы вызвать подмогу. Подбежала Марида, упала на колени, подала воду в дрожащих ладошках. Подождала, пока Нейтан попил и умылся, прижалась, обхватила руками за шею.

– Все хорошо, карамелька, не бойся, – медленно выговорил Нейтан. Он чувствовал запах пережженного сахара и теперь знал, как приторно, горько-сладко пахнет сильный страх его омеги.

– У тебя кровь, – губы у Мариды дрожали. – Я позвонила Назару.

– Молодец, тогда просто ждем, – Нейтан успокаивающе гладил Мариду по спине. – Кровь ерунда. Небольшая ссадина. Не плачь.

Осторожно поворачивая голову и разминая шею, Нейтан увидел, как Фрэнк добрался до Чарли. И только сейчас сообразил, что упали не только они с Маридой. Врачебный долг заставил приподняться.

– Не трогай! – Нейтан успел остановить Фрэнка.

Судя по всему, у Чарли были переломы, нога и руки лежали неестественно. Но он стонал, в то время как Римада не подавала признаков жизни. Сверху раздался яростный крик тети Дамиры.

– Твоя дочь убила мою дочь! Почему этот лекаришка лежит там, а не помогает моей девочке.

– Так и надо твоей девочке! – орала в ответ мама Мариды. – Додумалась столкнуть с обрыва Мари. Все видели.

– Это Чарли ее столкнул за Мари, – вопил дедушка.

Родня галдела и никто не догадался вызвать скорую. Только кричали: “Где скорая, где скорая?” Нейтан с помощью Мариды добрался до Чарли и Римады, осмотрел их. Римада изранила лицо, сломала нос и ребра, но была жива, дышала со свистом. Чарли пришел в себя, стонал от боли, но все равно повернулся так, чтобы видеть Мариду.

– Я не успел ее остановить, – выдавил он.

– Ты лучше молчи, – Марида не поняла, почему Римада с Чарли оказались внизу. Она чувствовала себя виноватой за то, что Нейтан сильно пострадал. Зачем ей понадобилась эта чертова галька? Переживать за сестру и бывшего мужа сил не осталось.

К берегу причалила моторная лодка службы спасения на воде. Следом катер медицины катастроф. Назар поднял на ноги всех, кого смог. Можно было расслабиться, пришла квалифицированная помощь, но Марида не могла не думать о том, что Нейтан был на волосок от гибели. Паника накатывала и в глазах темнело.

Если бы она не потащила с собой Нейтана, если бы они ушли пораньше, если бы она не захотела этих дурацких камней. Все было бы в порядке, послушайся она Нейтана. В катере Марида обхватила обеими руками своего альфу, не зная как попросить прощения.

Она видела, что Нейтан морщится, трогая затылок, и готова была завыть от отчаяния и собственной бесполезности. Держалась из последних сил, чтобы не огорчать Нейтана, который крепко обнял ее, прижался губами к виску, да так и сидел.

– Повезло вам, ребята, – покачал головой Майкл, встретив их с парой скорых машин на причале. – Одеты были в мягкое, а то бы побились серьезно. А тебе, Нейтан, надо свечку поставить в храме. Сам понимаешь, стукнулся бы лбом, виском, и пиши пропало. Кома, все дела.

Нейтан показал ему кулак, но было поздно. Марида осознав потенциальный масштаб бедствия, побледнела и стала оседать.

– Майкл, какого черта? – подхватывая топтыжку, рявкнул Нейтан. – Она и так не в себе.

– Не подумал, прости. Обрадовался, что все более-менее. Но обследоваться все равно надо. Ты же на орбиту собрался. У тебя сотрясение. Едешь со мной. А Мариду Мишель заберет.

– Да, так лучше будет, – Нейтан усадил Мариду в машину к подъехавшей Мишель, пристегнул ремнем. Марида запротестовала, рванулась за Нейтаном. – Топтыжка, так надо. Увидимся дома.

Римаду и Чарли пронесли на носилках и Марида отвернулась. Зная уже, что Римада со злости ее толкнула, приревновав к Чарли, она все же больше винила себя. За желание похвастаться Нейтаном, за гордыню. Никогда в жизни она больше так не поступит. Ей никого не хотелось видеть, кроме Нейтана.

– Мишель, отвези меня домой, не надо в больницу, я совсем не пострадала. Я хочу к Нейтану.

– Я не могу, извини, – Мишель ласково погладила Мариду по плечу. – Я обещала, что мы тебя полностью обследуем. У нас свой кабинет, не бойся, никто тебя не обидит.

– Я не боюсь, я хочу домой.

– Нейтана все равно запрут в больнице на ночь, – Мишель остановила машину и помогла Мариде выйти. – А нам надо много успеть.

Марида капризничала и самой было неудобно, но, видимо, так выходил стресс. Мишель и ее мама обхаживали Мариду, изучая то на одном аппарате, то на другом. Наклоняли в разные стороны, тихо переговариваясь между собой, про смещенный таз, подвывих лодыжки. Уложили на кушетку, разминая зажатые мышцы и выправляя замеченные перекосы.

Больно не было, умелые руки растягивали и нажимали в нужных точках почти невесомо, но вдруг Марида зарыдала в голос. Нервный плач рвался из груди, сотрясая все тело. О чем были рыдания, Марида однозначно бы не сказала.

– Поплачь, поплачь, – приговаривала мама Мишель, продолжая массаж. – Пусть все из тела выйдет, все обиды, все страхи и родовые истории.

– Какие родовые истории? – заикаясь от рыданий, спросила Марида. Хотя догадалась уже.

Отец Римады крутил с двумя омегами сразу, сестрами-близнецами, и стал спиваться, когда мама Мариды все-таки бросила его. А Римада продолжила, с двумя альфами схлестнулась и не смогла смириться, когда один из них ее разлюбил. И сама Марида два раза выбрала не просто альфу, а одного из близнецов. И никак не могла отделаться от Чарли. Не хотелось бы, чтобы их с Нейтаном ребенок стал заложником всех этих запутанных историй, как Марида.

После процедур и слез, Марида так обессилела, что Мишель не отпустила ее домой. Уложила в своей комнате, сидела рядом, поглаживая руку. Как будто обволакивала ее теплым и мягким одеялом. И внутри становилось просторнее и светлее. А Майкл оставил в больнице Нейтана. После такого удара Нейтану тоже нужно было отоспаться. Пусть у нас все будет хорошо, успела подумать Марида, проваливаясь в сон.

Майкл и Мишель - герои книги "Несносная Тиффани".

Глава 15. Трудные осознания

Утром Марида проснулась с четким планом действий – первым делом она едет в больницу и ухаживает за Нейтаном, остальное не важно. Нейтан рисковал своей жизнью ради нее и мог погибнуть. Свыкнуться с этой мыслью было сложно. Марида, конечно, знала, что Нейтан ее любит, но чтобы напрочь забыть про себя и спасать ее, как будто омега была главнее…

Это осознание невероятно мучило. Потому что Марида не понимала, как соответствовать такому порядку вещей – она для кого-то жизненно важна и ценна. Чарли цеплялся за нее, говорил, что любит и ждет. Но Марида чувствовала, что любовь Чарли греет самого Чарли, он любит для себя, ему нравится и хочется быть таким, любящим. В собственных глазах он выглядел прекрасно в этой роли – альфы, умеющего прощать.

Мариде от такой любви было дискомфортно. У нее уже имелись полные кладовые подобной любви. Все ее родственники так ее любили, для себя, для удобства, для милой семейной картинки. Чтобы воспитывать через упреки. А Нейтан любил Мариду иначе. Любил, чтобы Мариде стало лучше, чтобы она радовалась и жила в безопасности, здоровой и счастливой.