– Как ты жила, Римми?

– Я все расскажу, помолчи, Мари, мы почти приехали, – Римада свернула в лес и скоро въехала на территорию старой турбазы.

Летний сезон закончился и на базе не было даже сторожа, никто здесь не жил. А когда-то Марида, Чарли, Римада и Фрэнк отдыхали здесь. Собирали вчетвером майские первоцветы, сидели за полночь у костра. Марида вспомнила, как на обратном пути запнулась и влетела руками в молодую крапиву. Чарли утешал ее, а Римада тогда и предложила сыграть две свадьбы. Ночью Римада из их номера исчезла, но Марида не догадалась, чем занимаются эти трое.

Что теперь вспоминать, Марида давно в другом браке, счастлива и ждет ребенка. И у Римады другая жизнь. Сестра была ей знакома до последней родинки, они сходили за близнецов в детстве, сейчас же Римада выглядела ужасающе чужой и взрослой. Марида всегда признавала старшинство Римады, но эта колючая взрослость пугала и заставляла сжиматься сердце.

Хотелось развеселить сестру, посмеяться вместе, лишь бы нашлись нужные слова и шутки. Римада подъехала к самому дальнему домику в два этажа. Развернула машину. Сняла очки и посмотрела на Мариду пронзительным взглядом.

– Симпатичная у тебя машинка, Мари. Только очень уж маленькая, рожать в ней будет неудобно.

– Я не собираюсь рожать в машине. Мне еще неделю где-то ходить. А может и больше. Нейтан подготовил мне палату в центральной больнице. Я завтра должна там быть.

Римада не стала отвечать, лишь кивнула. Вышла из машины, открыла дверь Мариде и подала руку.

– Римми, а давай селфи сделаем, – Марида полезла в карман за телефоном. – Мы сейчас уже не так похожи, как в детстве.

– Никаких селфи, Мари, – Римада помогла Мариде выбраться из машины и забрала телефон. – Никто не должен знать, что мы виделись. И зови меня Алекса.

– Но почему?

– Потому.

Они подошли к крыльцу, над которым висела выцветшая вывеска “Медпункт”. В домике было чисто и бело. Дверь в смотровой кабинет распахнута. Марида заметила, что там стоит детская кроватка, накрытая прозрачной накидкой. Деревянная белая лестница вела на второй этаж и они поднялись наверх. Оказались в просторной комнате с узкой кроватью, застеленной белой клеенкой и мягкой пеленкой сверху. На тумбочке у кровати стояла бутылка воды. За тумбочкой разместился детский пеленальный столик и стул.

– Ты тут живешь? – Марида не скрывала удивления.

– Мари, не болтай ерунды. Ложись, отдохни.

– Я не устала, Римми.

– Алекса! Меня зовут Алекса, – Римада сняла бейсболку, на лбу остался красный след, и устало провела рукой по коротким волосам. – Побудь здесь, я сейчас приду.

Марида осмотрелась. За маленькой дверью был туалет. За окном шумел лес. Зачем, спрашивается, Римада привезла ее сюда? Смогут ли они откровенно обо всем поговорить? Что-то было не так, Марида чувствовала, даже возникло желание убежать. Но она понимала, что не убежит. Хотела узнать все тайны Римады. От нее самой. Римада быстро вернулась, держа на одной руке небольшой вытянутый сверток, а в другой – шприц.

– Держи, – Римада-Алекса подалась рукой со свертком к Мариде. – И повернись спиной.

Марида взяла на руки сверток, оказавшийся неожиданно теплым, кто-то кряхтел в нем и Марида откинула уголок пеленки. Крохотное личико сморщилось, губки скривились и вдруг открылись глазки. Марида дернулась – на нее смотрели ее собственные глаза. Малышка была ее копией, только носик чуть прямее. Недавно мама принесла несколько детских альбомов Мариды и она отлично запомнила, как выглядела в детстве. Марида завороженно провела рукой по головке ребенка, под ладонью топорщился вихор, точно такой как у Мариды и Римады.

– Смотри, вихор, – не сдержала вскрика Марида.

– Естественно, она же твоя дочь, – Римада зашла за спину Мариде, дернула вниз широкую резинку брюк для беременных и ловко поставила укол в ягодицу.

– Эй, ты зачем?

– Ложись, Мари, раздевайся и ложись. Давай сюда малышку.

– Римми!

– Алекса! Меня зовут Алекса. Нетрудно запомнить, – Римада взяла ребенка и положила его на пеленальный столик, развернула, освободив ручки и ножки. Пупочный канатик был пережат медицинской прищепкой.

– Она, что, совсем недавно родилась? – Марида с улыбкой смотрела, как малышка весело замолотила по воздуху маленькими ножками. – Как ты ее назвала?

– Ребенка должны называть родители, вот вы с Нейтаном и назовете, – Римада вытряхнула Мариду из футболки, усадила на кровать, нагнулась и сняла кроссовки. Марида непонимающе уставилась на сестру.

– Что ты делаешь?

– Помогаю тебе лечь. Лежа удобнее рожать.

– Я не собираюсь рожать, Ри… Алекса.

– Живот тянет? – Римада уложила Мариду на кровать и потянула с нее брюки.

– Немного, – Марида попыталась оттолкнуть руки сестры, но живот резко свело. – Ой, мне больно.

– Не бойся, – Римада отбросила брюки в сторону, наклонилась и успокаивающе поцеловала Мариду в лоб. – Я знаю, что делать. Сейчас дам тебе обезболивающее.

– Римми, я, что, рожаю? – не получив ответа, Марида закричала. – Алекса, черт бы тебя побрал. Я, что, рожаю? Но почему?

– Да, рожаешь. Потому, что срок подошел. Не ори, пугаешь малышку, – Римада взяла девочку и положил голенькую на грудь Мариде. – Вот, займись старшенькой.

– Унеси ее, зачем она здесь?

– Мари, не мешай. Дай ей грудь.

Марида не нашлась, что сказать на такую наглость. Римми, похоже, съехала с катушек. Ничего не объяснила. Заставляет Мариду рожать. Нянчить ребенка. Хорошо еще, что малышка спокойная, не плачет. Марида не могла не отметить, что действия сестры были выверенными и четкими.

Римада не суетилась, достала из-под кровати тяжелые стойки, установила по бокам кровати. Развела Мариде ноги, закрепила мягкой манжетой каждую на стойке. Положила руки на живот, прислушиваясь к чему-то, улыбнулась своим мыслям. Подняла с пола футболку и брюки, сунула их под Мариду. Достала из кармана коробочку, вытряхнула на ладонь таблетку, помогла Мариде запить ее.

– Я рожу прямо здесь?

– Да, Мари. Родишь здесь. Двоих.

– Нейтан знает, что у меня альфа. Он всю беременность проверял.

– Ну и что. Он альфу почуял, а омежку нет. Так бывает. Да он сам тебе сто таких историй расскажет.

– Он поймет. И ты потом пожалеешь, вернешься за малышкой.

– Мари, я не вернусь. Не возвращаются оттуда, где я через месяц окажусь, – Римада достала из-под кровати чемоданчик. Марида вытянула шею, чтобы увидеть, что сестра делает. Римада накрыла ее сверху простыней с головой. – Больно не будет, не бойся. Это такая простая процедура амниотомия*, ты же ходила на курсы?

– Ходила, – Марида не стала признаваться, что она там музыку слушала, а не готовилась к родам.

Она вообще стала медленнее соображать в последнее время, а тут еще радость, что Римада нашлась. Марида не могла до конца осознать то, что с ней происходит. Даже когда по ногам потекло, она не забеспокоилась. Наблюдала, как малышка на ее груди морщила носик, а потом закрыла глазки и уснула. Римада убрала простыню, села рядом на стул, подсунула одну руку под копчик Мариде, а другую – под затылок. Теплая волна прокатилась по позвоночнику.

– Прошу тебя, Мари, дай своим детям хорошую жизнь. Не такую, как у нас была в детстве. Я подобрала в банке спермы альфу, похожего на Нейтана. Никто не заподозрит и по крови тебя не разоблачит. А на отцовство Нейтан проверять не будет. Моим… не давай нянчиться. Никому не говори, что видела меня. Никому, поняла?

Марида не могла вымолвить ни слова, лишь слезы побежали по щекам.

* Амниотомия – вскрытие плодного пузыря. В результате амниотомии (процедура простая и безболезненная) отходят околоплодные воды и усиливается воздействие головки плода на родовые пути.

Глава 19. Поверишь ты, поверят все

Что происходит, Марида не понимала. Она искренне обрадовалась встрече с сестрой, думала, что теперь-то они повзрослели, поняли свои ошибки и начнут по-настоящему дружить. А вместо этого сестра требует невозможного.