Был вторник, но вокруг царила неестественная тишина. Занятия у школьников уже кончились? На сегодня или навсегда? С губ сорвался нервный смешок.

Войдя в вестибюль, я заметила, что дыра в полу, которая осталась после выброса моей магии в день ареста, исчезла. Видимо, Ида смогла убрать её с помощью своего бытового колдовства.

Внутри тоже было тихо.

Я поднялась на второй этаж, и тут стали слышны громкие голоса. Они доносились из-за приоткрытой двери моего кабинета. Это явно был не просто спор, а натуральная ругань. Я направилась прямиком туда и широко распахнула дверь.

— Мисс Одиана! — радостно воскликнула Мэриан и бросилась ко мне.

Я мягко отстранила её, обнимемся позже. За моим столом восседала миссис Брокенворд собственной персоной. Рядом стояла Милесинда, и обе выглядели так, будто были готовы вцепиться друг другу в горло.

Увидев меня на пороге, Брокенворд выпучила глаза и вскочила на ноги.

— Как это возможно? — выдохнула она, будто увидала привидение. — Вы… вас не должно быть здесь! Вас же арестовали за чёрную магию!

— Тем не менее я здесь. Кто позволил вам занять мой рабочий кабинет?

Брокенворд растерялась. Она явно не была готова к моему столь скорому возвращению.

— Это… это… Меня выбрали. Да! Наши сотрудницы сами захотели, чтобы я заняла место директора. Кто-то должен был…

— Наглое вранье, — с презрением перебила Милесинда.

Брокенворд надулась, как индюшка.

— Я просто выполняла свой долг, когда из-за противозаконных действий мисс Юрвелл всё едва не рухнуло…

— Достаточно, — резко оборвала я. — Вам лучше уйти, миссис Брокенворд.

Она прищурила глаза, сейчас как никогда напоминая мне змею: узкое бледное лицо с зализанными на голове тёмными жидкими волосами, острые скулы, маленький подбородок, тонкие губы. И этот змеиный прищур. Того и гляди укусит за руку и впрыснет яд.

Брокенворд гордо задрала нос.

— С удовольствием, — заявила она, выходя из-за стола. — Я и сама собиралась покинуть этот дом. Потому что он проклят.

Поравнявшись со мной, Брокенворд выплюнула:

— Скоро все узнают, что это проклятое место, которым управляет беглая преступница, бесчестная девица, нагулявшая ребёнка неизвестно от кого!

Я холодно взглянула на неё:

— Жаль, что вы решили расстаться на такой ноте. Будьте уверены, вы получите от меня такие рекомендации, что ещё не скоро найдёте себе новую работу. Прощайте.

Лицо Брокенворд исказилось от злости, но ответить ей оказалось нечего, и она вылетела в коридор. По ступеням прогрохотали её шаги. Внизу хлопнула входная дверь.

— Вот же старая кошёлка! — возмутилась Мэриан. — Совсем совесть потеряла.

Я сделала глубокий вдох и прикрыла глаза. Почему-то кружилась голова, а воздух казался тяжёлым и вязким. Дойдя до стола, я опустилась в кресло. Было неприятно думать, что Брокенворд осквернила его собой. Пожалуй, стоит попросить Иду почистить тут всё с помощью бытовой магии. Вытравить дух Брокенворд.

— Мисс Одиана, вам нехорошо? Может, приляжете?

Я проигнорировала беспокойство Милесинды и нахмурилась:

— Почему она назвала особняк проклятым?

Мэриан с Милесиндой переглянулись.

— С тех пор как Брокенворд начала захватывать власть, дом будто взбесился. То ступенька пропадёт, так что у неё нога застрянет, то книги ей на голову падают, то доска срывается со стены прямо во время занятия, то ковёр идёт волнами, то тарелки еду на коленки выплёскивают, то стул отъедет в сторону, только она хочет сесть.

Я слушала в шоке.

— А дети? С ними всё в порядке?!

— В основном доставалось Брокенворд и нескольким её ближайшим подружкам. Особенно весело было, когда она попыталась занять вашу спальню.

— Что?

Мэриан прыснула.

— То ещё зрелище. Дверь захлопнулась прямо перед её носом, чуть не отдавив ей пальцы! Никто так и не смог потом её открыть. Даже Ида. Заперлась намертво.

Я обернулась к окну. Оно было приоткрыто. Боже, да почему же тут так душно?

— Брокенворд всеми силами хотела выжить нас с Милесиндой, но мы не поддались. К счастью, вас не было не так долго, так что она не успела расколоть коллектив, как планировала. Вот только…

Я напряглась.

— Ну?

— Дети болтали обо всём, что тут происходило. Их нельзя винить, они-то по большей части были в восторге. Но по Гвенту снова поползли слухи, и некоторым родителям не понравилось, что особняк вдруг начал жить собственной жизнью. Они забрали детей. Ещё несколько сотрудниц уволились по той же причине.

Скверно, но пока не критично.

— Понятно. Что-то ещё?

— Да, она всё-таки отчислила Макса Фойера и велела ему съехать.

Вот же стерва.

— Почему? Он что-то натворил?

— Если честно, да. — Губы Мэриан дрогнули, будто она с трудом сдерживала улыбку. — Он подсыпал в суп Брокенворд какой-то порошок, от которого у неё вылезли зелёные гнойные волдыри по всему лицу.

Я от души расхохоталась. Как жаль, что мне не довелось увидеть!

— Формально Макс всё ещё в списках учеников, — объяснила Мэриан, — потому что у Брокенворд не было полномочий для подписания бумаги на отчисление. Но он сам сбежал.

— И ещё она всё-таки засыпала пруд на заднем дворе, — добавила Милесинда. — Сделала ночью, пока никто не видел. За это я её и отчитывала перед ваши появлением.

У меня в груди ёкнуло. Почему от этой новости стало так тяжело? Это ведь всего лишь старый заболоченный пруд, насквозь пропахший тиной.

— Не беспокойтесь, мисс Одиана, я уже вызвала людей, чтобы его откопать, они скоро будут здесь. Брокенворд не имела права вносить изменения на вашей территории, даже если дело касается заросшего пруда.

Я поблагодарила Милесинду кивком головы.

Переодевшись, я взялась разгребать накопившиеся проблемы. Но воздух в доме оставался таким тяжёлым, что я решила вначале наведаться к мисс Грок, чтобы вернуть Макса в школу.

— Я слышала, вас взяли под арест, — проворчала тучная мисс Грок, не впустив меня на порог своего дома.

— Произошла ошибка. Все обвинения сняты. Я снова встала во главе школы.

Мисс Грок смерила меня подозрительным прищуром.

— Макс сказал, что его выгнали за очередную выходку.

— Произошло недоразумение. Он по-прежнему в списках. Никто не подписывал приказа об отчислении. Поэтому я буду рада, если вы позволите Максу вернуться и снова жить в особняке.

Приехав обратно в школу, я с радостью застала на входе прежнюю табличку с надписью «Юрвелл-Хауз». С территории как раз выходили рабочие. Едва я пересекла ворота, как сразу почувствовала, что дышится гораздо легче. Значит, пруд откопали?

Навстречу мне бежала Ида:

— Слава Великим Силам, вернулась! Ну, теперь всё снова пойдёт на лад.

Я тоже хотела верить, что теперь проблемы останутся позади. Да, мы лишились части сотрудников и клиентов, а репутация была подмочена. И всё же это было не смертельно.

Но самый сильный удар нам нанесли спустя несколько дней, когда я сидела в кабинете и просматривала счета. Близилось время оплаты. Нужно было заказывать продукты, оплатить налог на землю, рассчитать жалованье.

— Брокенворд всё-таки исполнила свою угрозу, — мрачно сообщила мне вошедшая Милесинда и положила на стол несколько выпусков газет.

Теперь не только в Гвенте и окрестностях, но и в Ливеллине бродили упорные слухи, будто «Юрвелл-Хауз» проклят и водить туда детей опасно для их жизни. Брокенворд не поскупилась даже заплатить нескольким изданиям, чтобы они напечатали порочащие статьи.

Я смяла газету и стиснула зубы.

— Ну ничего, я тоже могу заплатить, чтобы опровергнуть все эти гнусные наговоры! Так и поступлю. Завтра же отправлюсь в банк и…

— Кстати об этом, — перебила Милесинда таким похоронным тоном, что я осеклась. — Я только что из банка. Наш счёт пуст.

Меня будто ледяной водой окатило.

— Что значит пуст?