Но самое главное — женщина в отражении была едва ли старше двадцати.

Мной начала завладевать паника. Может, это сон? Или я просто ударилась головой и у меня помутился рассудок? Может, я просто не помню, как должна выглядеть? Или…

— Госпожа, вам принести чего-нибудь? — Ко мне неслышно подошла та самая старушка. — Или хотите на воздух выйти?

Я приблизилась к окну и выглянула наружу. Местность кругом была незнакомая. Я повернулась к женщине и, невольно содрогаясь при звуках не-своего голоса, спросила:

— Что произошло?

— Вы не помните? — старушка сочувственно свела брови домиком. — Ох, лучше б вам и не помнить. Ваш муж, лорд-дракон Рангард, обвинил вас в том, что вы приворожили его, и в наказание изгнал сюда.

«Муж?» — недоумённо повторила я про себя. Какой ещё, к чертям, муж?! Я ведь ни разу не была за…

Стоп. Она сказала: ДРАКОН? Я быстро ущипнула себя за запястье и втянула воздух сквозь зубы. Больно! Да и в целом ощущения были слишком реальными для сна. Неужели…

— Мы приехали пару дней назад, — продолжала тем временем старушка. — Утром я ушла в город купить чего-нибудь к завтраку, а когда вернулась… Кастор нашёл вас у пруда за домом. — Она уткнулась в платок и всхлипнула. — Мы думали, что вы с горя решили того… Какое счастье, что вы живы, госпожа!

Я машинально протянула руку, чтобы её успокоить, а сама отрешённо подумала: счастье ли?..

Мне стало жаль эту определённо добрую женщину. Она явно была искренне преданна той, в чьём теле я оказалась. Но той девушки больше не было. На её месте теперь совершенно другой человек.

Эта мысль привела меня в настоящий ужас. Факт того, что я погибла в своём мире и перенеслась чёрт знает куда, ошеломлял и потрясал. Разве такое вообще возможно?

Я снова посмотрела на… ладно, теперь это моё отражение. Нахмурилась, наблюдая за совершенно незнакомой мимикой.

Не знаю, во сне я или наяву, правда вокруг или горячечный бред погружённого в кому сознания, но раз я мыслю и чувствую так, будто всё происходит в реальности, то и поступать буду так, словно всё это настоящее.

Придётся привыкать и приспосабливаться. К новому телу, к новому голосу, к новому месту, к новым людям, к новым правилам. И к новому миру.

Кстати, куда я всё-таки попала? Судя по тому, что упомянула эта женщина… Боже, я ведь даже имени её не знаю!

Прислушавшись к себе, я поняла, что никаких воспоминаний от предыдущей хозяйки тела в мозгу не осталось.

Значит, надо притвориться. Врать было неприятно и неловко, но вдруг, если я скажу правду, меня арестуют или, того хуже, на костре сожгут? Надо быть предельно осторожной.

— Кажется, у меня провалы в памяти, — робко проговорила я, для убедительности приложив ко лбу ладонь. — Напомните, пожалуйста, как вас зовут?

Женщина посмотрела на меня с умилением, указала себе на грудь и медленно, по слогам, будто я ребёнок, произнесла:

— Я — Ида, твоя любимая старая няня. А это, — она ткнула в пожилого сухощавого мужчину пальцем, — это Кастор, мой муж.

Она замолчала, продолжая улыбаться. Блин. Похоже, цельного рассказа я не дождусь, придётся вытягивать информацию понемногу, стараясь не сильно привлекать внимание к своей амнезии. И слово «амнезия» тоже желательно не упоминать.

В голове вовсю крутились винтики. Ида сказала, что так называемый муж отправил меня сюда без гроша в кармане. В связи с этим перспектива рисовалась нерадостная. Комната имела удручающий вид. Скорее всего, дом в целом выглядит плохо. Но хотелось бы знать масштабы бедствия.

Правда, я не имела понятия, как отсюда попасть на улицу.

— Тут душновато, я, пожалуй, выйду, подышу воздухом.

Я медленно двинулась к двери. К счастью, Ида тут же засеменила следом. Я ещё сбавила шаг, ненавязчиво пропуская её вперёд.

Мы вышли в тёмный, лишённый освещения коридор, спустились по скрипучей, укрытой выцветшей ковровой дорожкой лестнице в просторный обветшалый тёмный холл и через распахнутые двери покинули дом.

Яркий солнечный свет ударил по глазам. Я прошла по заросшей травой мощёной подъездной дорожке, оглянулась. Да так и застыла. Мать моя. Это не просто дом, это же целый особняк!

Серая каменная громада возвышалась надо мной, загораживая солнце. Три этажа с высоченными потолками и чердак. Все стёкла были мутными от грязи и пыли. На заросших плющом стенах виднелись подтёки и разводы от сырости. По периметру фундамента трава вымахала мне по пояс.

У меня внутри всё упало. И на какие, скажите, шиши содержать всё это «великолепие»?! Исходя из того, что я успела увидеть, внутри дома полным-полном работы. Хоть и не развалины, но жить в таких условиях не только неприятно, но и опасно. На голову может свалиться штукатурка, а пол — провалиться под ногами. Не говоря уже про грызунов и насекомых. Ещё и крыша наверняка подтекает, а по комнатам гуляют сквозняки.

Ладно, Диана, хорош ныть. Соберись. Никто тебе тут не поможет, кроме тебя самой и двух пожилых людей. Может, у Одианы и есть где-то друзья, но пока я ни на кого больше рассчитывать не могу.

— Кому принадлежит этот особняк? — спросила я у Иды.

— Вам, госпожа. Это ваше единственное наследство.

Отлично. Уже что-то. По крайней мере, отсюда меня никто не выгонит. Главное, отыскать бумаги на дом. Может, смогу сдать его в аренду или вообще продать. Потому что прямо сейчас перспектива восстановления меня откровенно пугала.

Для начала мне бы разжиться постоянным источником дохода, чтобы покупать еду и предметы первой необходимости. Да и Кастор с Идой наверняка нуждаются в каких-то лекарствах, на них тоже нужны деньги.

— Здесь поблизости есть город… — протянула я, вспомнив, что няня упоминала о покупке продуктов.

— Гвент, — с готовностью покивала Ида.

Замечательно. Я повернулась к ней.

— Если вы… Если ты не сильно устала, то не составишь мне компанию? Я хочу прямо сейчас отправиться в Гвент.

— Зачем? — удивилась Ида.

— Чтобы найти работу, конечно.

Няня потрясённо уставилась на меня и прижала обе морщинистые ладони к губам.

— Да разве ж можно! — воскликнула она. — Вы — знатная леди, потомок древнейшего аристократического рода Юрвелл!..

Вот те раз. Была Диана Юрьевна — стала леди Одиана Юрвелл. Жаль только, что на титул и родословную покушать не купить.

— Нельзя вам работать, госпожа, — продолжала причитать Ида. — Вы же благородных кровей…

— И должна благородно помереть тут с голоду? — устало спросила я и побрела обратно в дом.

— Мы с Кастором что-нибудь придумаем, — замямлила няня. — Сами будем работать…

Остановившись, она вдруг как-то неуверенно глянула на меня исподлобья. Я сразу насторожилась.

— Что?

— Госпожа, может… Может, вы напишете лорду Рангарду? Ведь вы — его законная супруга в глазах мира и Высших Сил. Вас просто оклеветали. Такая несправедливость, что вы оказались здесь из-за чьих-то козней!

Ответить я не успела. За высокой оградой послышался приближающийся стук копыт, и через несколько мгновений в распахнутые ворота стремительно влетел всадник на огромном вороном коне.

Животное заржало и встало на дыбы, когда всадник натянул поводья. Я с криком шарахнулась прочь, испугавшись, что меня заденут копыта.

Раздался стук сапог о камни дорожки — это визитёр спрыгнул на землю. Я взглянула на него — и остолбенела.

Посреди двора стоял высоченный, широкоплечий мужчина в чёрных кожаных доспехах и плаще. Лёгкий ветерок трепал густые тёмные волосы. Больше мощной фигуры внимание притягивало его лицо: резко очерченное, властное, жёсткое. Тёмные брови сурово сдвинуты, губы поджаты.

Всё вокруг словно уменьшилось в размерах, съёжилось. Даже огроменный конь в сравнении с ним больше смахивал на пони.

Меня окатило ледяной волной страха. Я узнала этого мужчину. Это его я видела во сне, прежде чем очнуться здесь! Он угрожал смертью той девушке…То есть мне!

Я рванулась бежать, но мужчина был быстрее. В три огромных шага он приблизился, прижал меня к холодной стене дома, обхватив шею рукой в кожаной перчатке, и рявкнул: