— И у нас есть победитель!!! — воскликнула Настя. — А вы, господа, — повернулась она к проигравшей троице, — можете наконец-то расслабить булки и заниматься собственными делами.

— Блин! — буркнул Остап. — Проиграли…

— Эх, обидно, — вздохнула Марина. — Не знала, что можно использовать магию против соперников,

— Ну никто ж не оглашал правила, что этого делать нельзя, — пожала плечами Арина. А затем хмуро взглянула на своих недолгих сокомандников и протянула: — Слу-у-ушайте… Может, в кафешку, а? Посыплем, так сказать, сахарку на рану души.

— Ой, это идея! — засияла Марина.

— В жилом городке, — невольно буркнул Остап, — открылся новый магазин мороженого. Говорят, сто вкусов имеется.

— О, класс! Сто вкусов! — оказался вдруг рядом с ними Саня. — Мы с вами!

— Э нет, Савельев, — злорадно прорычала позади него Настя. — Вы, победители, на дальнейший инструктаж. Вас ждёт о-о-очень интересная новость.

От зловещего взгляда Насти Саня нервно сглотнул. Мне кажется, он даже подумал, что стоило проиграть и наслаждаться мороженым.

Быть может, так оно и было на самом деле.

━─━────༺༻────━─━

— Итак, четыре группы завершили испытание, — вздохнул Ястреб. — Думаю, ещё пара часов — и управимся.

Мы всё ещё сидели в обсерватории в наблюдательном пункте и распивали чаи в приятной компании Байрама Темировича. Ну и следили за ходом испытаний, конечно же.

Как вдруг снова раздались шаги по лестнице, и приятную компанию нам разбавил не очень приятный Разумовский.

— Что скажете, Владимир Мстиславович? — улыбнулся я ему. — Как вам начало второго этапа?

— Недурно, недурно, — покивал он. — Мне понравилась ваша идея с внезапным началом. Да и тема хорошая… Однако меня смутил один момент.

— Да? И какой же? — спросил я.

— Та команда, которая первой вышла из испытания на конюшнях, — протянул князь загадочно, имея в виду Саню, Марка и Владислава.

— А что с ней? — насторожился я.

Разумовский смаковал недолгую паузу, проследив за моим взглядом бесстрастными глазами. А затем заявил:

— Возможно, я чего-то не понимаю, но они до сих пор числятся в участниках второго этапа.

— А что не так? — чуть ли не прорычал Ястреб.

— Они устроили беспорядки во время соревнований, — со сталью в голосе процедил Разумовский. — Как ревизор и представитель министерства считаю…

Князь снова сделал драматическую паузу, явно наслаждаясь ситуацией внутри себя.

— Считаю, — проговорил он, — что они должны быть дисквалифицированы.

— Дисквалифицировать⁈ — прорычал Ястреб. — Это ещё с какого х…

— Господин Разумовский, — прервал я друга от необдуманной угрозы. — Что вы имеете в виду?

Разумовский наконец-то позволил себе слегка улыбнуться. Он подошёл к нам поближе, окинул взглядом чайную церемонию, задержался ненадолго на Байраме Темировиче, который не вмешивался в происходящее, еле заметно скривился и пояснил:

— Согласно положению о проведении внутриакадемических соревнований, я, как ревизор министерства, имею право дисквалифицировать участников, если посчитаю нужным. Мы все наблюдали, как шесть учеников вместо прохождения испытания занимаются грубым нарушением дисциплины. На мой взгляд, подобное должно караться по всей строгости. Уж не знаю, по какой причине они решили пошутить вместо того, чтобы проходить испытания, но это был их выбор. Вот пусть себе шутят и дальше, на турнир им хода нет.

В обсерватории повисла тишина. Напряжённая. Воздух словно сгустился между нами и наполнился магической пеленой. Один только Байрам Темирович спокойно пил свой чай и с улыбкой созерцал небо через стеклянную крышу. Там как раз сейчас на синем фоне небосвода проплывали густые пушистые облака. Красиво, однако.

А вот Ястреб его спокойствия не разделял. Он явно был готов попутно объяснить Разумовскому, в чём тот неправ.

— Вы имеете какие-то возражения, Сергей Викторович? — поинтересовался князь.

А засранец был действительно хорош! Ни единым мускулом лица, ни шорохом Источника он не выдавал ни волнения, ни трепета. Ни даже радости.

Полнейшее спокойствие.

— Имею, — кивнул я. — Возражения.

Разумовский снова улыбнулся. Уже второй раз за недолгое время, и это можно трактовать по-разному. Либо он теряет контроль над эмоциями, либо же всё идёт именно так, как он запланировал. И он не страшится показать это мне, что важнее.

— Огласите их, — Разумовский достал из кармана диктофон. Поймав мой взгляд, он пояснил: — Для протокола. Таковы правила.

Я пожал плечами, подошёл к нему поближе и постучал по диктофону.

— Раз-раз… Меня слышно? — произнёс я в микрофон.

— Вас отлично слышно, Сергей Викторович, — процедил Разумовский. — Говорите.

— Кхм-кхм, — прочистил я горло показательно и принял важный вид. — Согласно всё тому же положению, на которое вы сослались, Владимир Мстиславович, — вкрадчиво произнёс я, — вы имеете право не дисквалифицировать, а лишь инициировать эту процедуру. Я же, в свою очередь, как организатор соревнований, а также как учитель-кандидат на участие в турнире, выражаю протест.

Я тоже выучил все правила проведения соревнований, между прочим. Раз уж нас пытались задавить бюрократией, нужно быть вооружённым не только магией, но и пунктами, подпунктами и всё такое прочее.

Кажется, Разумовский не сильно расстроился моему ответу. И я даже знал почему.

— Ваши возражения принимаются, господин Ставров, — кивнул он. — Я сообщу о своём решении завтра.

На этом князь Владимир Мстиславович откланялся и покинул нашу приятную компанию. Когда его шаги утихли, Байрам Темирович неожиданно спросил:

— О каком именно решении он говорил, Сергей Викторович?

— Ещё одно испытание, — мрачно произнёс я. — Савельеву, Игнатову и Добрынину.

Ребятам придётся ответить за свои шутейки. Но, быть может, это и к лучшему. Они должны понять, что у каждого действия есть последствия.

━─━────༺༻────━─━

Сквер «У Бобра».

— Поздравляю, Марк! — мило произнесла Арина. — Ты это заслужил.

Они вдвоём сидели на скамейке в умиротворённой тишине сквера.

— Уверена? — нервно хмыкнул он. — А я что-то…

— На, держи! — Арина, не дослушав его, сунула какой-то браслет, сплетённый из разноцветных нитей. Вручную сделанный, судя по всему.

— Что это? — принял браслет Марк.

— Это… Ну, оберег, — тихим, смущённым голоском произнесла Арина. — Для удачи на соревнованиях. И на турнире потом…

Она порозовела и опустила взгляд. Марк почувствовал, как в груди у него растекается тепло. Он покрепче сжал браслет и только потом, догадавшись, для чего он нужен, надел его на левую руку.

— Спасибо, — тихо произнёс он.

— Всё, давай, пошли! — резво подскочила Арина, всё ещё избегая его взгляда. — Там собрание началось. Опоздаешь.

Марк не стал возражать и смущать свою подругу ещё сильнее. Они уже направились на выход, как вдруг…

— Стой! — шикнул Марк, схватил Арину за талию и, не успела та даже пискнуть, спрятал за скамейкой.

— Ты чё, офиг.⁈

— Тс-с-с! — снова шикнул Марк и закрыл рот подруги рукой. — Гляди!

Он указал в сторону зарослей, которые как-то странно зашевелились. Арина притихла, приглянулась, будто позабыв, что её крепко обхватили руки Марка. А затем ахнула и расширила глаза.

— Да это же… — прошептала она.

— Ага, ага! Наконец-то мы его увидели! — засиял Марк.

А затем присмотрелся, нахмурился и охренел ещё сильнее.

— Да это же не просто бобёр! — нервно сглотнул он. — Какого хрена здесь делает Дикобразный Бобр?!!

━─━────༺༻────━─━

Тех, кто прошёл начало второго этапа, я в конце концов собрал в учебке. Корпус «номер 13» вместил всех. А делать объявления с высоты второго этажа оказалось как нельзя удобнее.

Вот только…

— Слушай, Лен, — наклонился я к ней. — А где Самуилыч?