Как только за хряком закрывается дверь, я тут же подхожу к ней и мягко обнимаю.

– Как ты? Испугалась, ведьмочка?

Юля сначала порывисто прижимается ко мне. Теплая, маленькая, будто котенок, но тот же резко отстраняется и шипит:

– Чудесно, знаешь ли. Особенно с этим уродом. А ты мне ничего не хочешь сказать?

– Конечно хочу, – я усмехаюсь. – Этого жирного хряка я заставлю хорошенечко так побегать и поистерить, чтоб он больше и на километр к тебе не подойдет.

– Слишком долго гонять его придется, – морщится Юля, а после сердито вскидывает подбородок. – А спросить я тебя хотела вообще не об этом.

Я изгибаю бровь.

– Я весь во внимании, радость моя.

– Засунь свою “радость моя”, куда поглубже, – шипит Юля. – Ты где всю ночь был?! Что?! Переспал и потерял интерес, да? Че ты скалишься? Сибилев, я серьезно, не уберешь свою дурацкую ухмылочку с губ, получишь по роже!

– Ну, как я могу не улыбаться, когда это наша первая семейная ссора. – Ухмыляюсь я и делаю вид, что пишу в воздухе. – Третье января. Дорогой дневник, это было незабываемое чувство.

– Хватит издеваться, гад, – Юля толкает меня в грудь, а я все равно не могу сдержать смешка, но после поднимаю ладони, как бы признавая поражение. – Всё-всё, прошу прощения, госпожа. Ваш недостойный некромант, сначала успокаивал одного известного скульптора мечтающего полетать с крыши, потом когда вернулся, то места мне на кровати не нашлось, потому что одна ведьмочка несмотря на свою хрупкость умудрилась занять вообще все место и мне пришлось спать на диване, ну а потом…вот, – я оглядываюсь и указываю взглядом на пакеты из кофейни. – Хотелось организовать супер романтичный завтрак, чтоб ты лишний раз убедилась насколько я хорош. Но немного опоздал.

– Да уж, идеальное утро мне уже организовал господин Трахов со своими приставаниями, – фыркает Юля.

– Мне начинать ревновать? – Поддразниваю я ее, но Юля не остается в долгу.

– Ну, конечно. У тебя нет такого шикарного пуза. Это ж ходячий секс. Как перед таким устоять.

– Никак, понимаю, – я развожу руками. – Поэтому, мне остается только одно – избавиться от конкурента.

Юля фыркает и закатывает глаза, но я замечаю, как уголки её губ слегка подрагивают — она сдерживает улыбку. А значит, напряжение начинает спадать. Это уже хороший знак.

— Избавиться, говоришь? — она сложила руки на груди и прищурилась. — И каким же образом ты это сделаешь, мой великий некромант?

— У меня масса идей, — я ухмыляюсь, усаживаясь на край стола. — Например, можно устроить ему небольшой сеанс с духами. Вызвать какого-нибудь мстительного призрака, который по ночам будет нашёптывать ему на ухо, что он уродливый боров. Хотя, кажется, он и так это знает.

— Ты издеваешься, — Юля качает головой, но наконец-то улыбается. — Ладно, давай серьёзно. Ты ведь понимаешь, что он не просто так на меня наехал?

— Конечно, понимаю, — я вздыхаю и убираю прядь волосы, упавшую ей на щеку. — Ты ведь такая сладкая. Как устоять?

– Я серьезно, Дим, – Юля опускает глаза. – Он пугает меня. И не только тем, что пристает, а тем, что ему что-то нужно от тебя. Ты собираешься что-то с этим делать? Или мне самой разбираться? — её голос звучит резко, но я чувствую, что за этим скрывается беспокойство.

— Разумеется, собираюсь. Просто я не хочу, чтобы ты в это вмешивалась. Это моё дело, Юль. Я разберусь.

— Да уж, как ты разбираешься — мы только что видели, — она снова складывает руки на груди. — Этот жирный боров тебе открыто угрожает, а ты только бежишь и сразу прячешь меня.

— Я делаю то, что важнее всего для меня, — пожимаю я плечами.

— Это конечно мило, — нехотя улыбается Юля. — Но всё равно, ты должен что-то сделать. И как можно скорее.

— Сделаю, — я киваю. — Тем более, сейчас я как раз собрался пойти и полбщаться с ним более конкретно.

Юля внимательно смотрит на меня, словно пытается понять, серьёзен я или снова шучу.

— Ладно, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — наконец говорит она. — Но если он ещё раз появится здесь, я его сама заколдую. Превращу в жабу.

— Уверен, у тебя получится, — я улыбаюсь и беру её на руки и переношу на диван в гостиной. — Но лучше оставь эту грязную работу мне, ведьмочка. Ты у меня слишком ценная, чтобы тратить своё время на таких, как он.

Юля снова фыркает, но я вижу, что она смягчилась. Мы молчим несколько секунд, а потом я вспоминаю про пакеты из кофейни.

— Так что, будем завтракать? Или продолжишь ругаться?

— Завтракать, конечно, — Юля закатывает глаза, — Но ты всё равно настоящий дурак, — добавляет она, немного смягчившись. — Может, если бы ты меньше исчезал посреди ночи, я бы хоть немного спокойнее спала.

– Ну, спала ты очень даже спокойно. Даже мило так храпела.

– Я не храплю! – Взвизгивает она. – И вообще, – её настроение снова переходит в серьезность. – Дим, я правда переживаю. Видно же, что Трахов не просто урод.

Я мягко улыбаюсь и глажу её по волосам.

— Конечно не простой. Он – король уродов, – усмехаюсь я. – Но я в любом случае, постараюсь не втягивать тебя в свои дела, — начинаю я, осторожно выбирая слова. — Ты ведь не хочешь находить меня в местах, о которых даже знать не должна, верно?

Юля раздумывает, её взгляд бегает по полу, как будто она пытается найти в ворсинках ковра ответ на самом деле важный вопрос.

— Ладно, просто будь честен со мной в следующий раз, чтобы я не гадала, что случилось, — отвечает Юля, её голос становится мягче. — Мне тоже непросто. Но если мы будем заботиться друг о друге...

Я киваю и внутри будто что-то дергается. Совсем непривычно для меня. Кажется…я впервые чувствую искреннюю заботу.

Обо мне?

Так вообще бывает?

Но затем Юля вздыхает, её лицо меняется: на смену пришедшей теплоты возвращается привычное остроумие.

— Ну, завтрак из кофейни я всё равно не отдам, — с милым недоверием в голосе говорит она, наклоняясь к пакетам с едой.

— Хех, он твой только по моей доброй воле, — поддеваю я, улыбаясь, и ставлю перед ней стаканчики со свежесваренным кофе, горячие булочки и пирог с курицей и сыром.

– Ух, вкуснятина. Спасибище, кормилиц мой, Юля наклоняется, чтобы поцеловать меня и я горячо захватываю её губы своими.

– Для меня есть кое-кто повкуснее, – выдыхаю я, отрываясь от неё. – Но оставлю десерт на потом. А пока, ты завтракаешь, схожу пообщаюсь с Траховым.

– Дима, – тут же вскидывается Юля, но я только улыбаюсь. – Спокойно ведьмочка моя, я во всем разберусь.

Дмитрий Сибилев

Когда я вхожу в коттедж Трахова, то застаю его пафосно сидящим за массивным дубовым столом, который, кажется, специально выбран, чтобы подчеркивать его власть. Просторный кабинет утопает в холодном минимализме: строгие линии мебели, приглушенный серый свет и ни одной детали, которая могла бы намекнуть на хоть какую-то человечность. Всё это напоминает скорее сцену для допросов, чем рабочее пространство. И уж тем более, не похоже на коттедж базы отдыха.

Даже воздух здесь тяжёлый, пропитанный чужой самоуверенностью и скрытой угрозой.

Когда я вхожу, Трахов поднимает на меня взгляд, и мерзкая улыбка скользит, словно змея, по жирному лицу.

— Димочка, быстро ты успел свою малышку успокоить, — протягивает он, откидываясь на спинку массивного кресла и переплетая пальцы.

– Подойдешь к Юле еще раз, то успокоишься навечно сам. Предупреждаю один раз, — я опускаю подбородок.

По лицу Трахова пробегает гримаса раздражения, но он умудряется удержать на морде подобие улыбки.

– Это мы обсудим позже. Садись. – Он повелительно указывает мне на стул. – Нам есть о чём поговорить.

Я остаюсь стоять, скрестив руки на груди. Меня Трахов бесит настолько сильно, что даже усилия скрыть это кажутся излишними. Да я и не собираюсь этим заниматься.

Улыбка Трахова становится шире, как у хищника, который только что заметил сомкнувшуюся за жертвой дверь.