Я прижимаюсь к нему ещё крепче, и его дыхание становится моим спасением.

Подняв взгляд я встречаюсь с серыми пронзительными глазами, в которых я вижу привычную для себя усмешку, но в то же время что-то ещё — искру, которая заставляет моё сердце биться быстрее. Я не могу не заметить, как он внимательно смотрит на меня, как будто пытается прочитать мои мысли.

– Не знаю, – качаю я головой, – теряясь от волнения.

– Потому что только мне можно над тобой издеваться, – выдает Дмитрий очередную шуточку в своем стиле, но сейчас даже она действует как успокоение и гарантия того, что всё хорошо.

Пока я с ним, рядом – я в полной безопасности.

Дмитрий смотрит на меня, его губы трогает едва заметная улыбка, но взгляд остается серьёзным. Его рука продолжает гладить мои волосы, и я чувствую, как каждая клеточка моего тела постепенно расслабляется, словно он каким-то магическим образом забирает всю мою тревогу.

– Ты так дрожишь, будто я тебя испугал, – произносит он с легкой усмешкой.

– Не испугал… – шепчу я, едва поднимая взгляд. – Просто… просто всё это слишком. И ты… такой… – я запинаюсь, не находя нужных слов.

Он приподнимает бровь, явно наслаждаясь моим замешательством.

– Такой какой? Великолепный? Неотразимый? Или, может быть, слишком хорош для этой вселенной? – Дмитрий театрально вздыхает и закатывает глаза. – Могу понять, это, конечно, проблема.

Я фыркаю, не сдержав улыбки. Всё-таки его саркастичный юмор каким-то образом умудряется вытаскивать меня из самых мрачных мыслей.

– Нет, ты… просто… – я снова теряюсь, но потом смотрю прямо в его глаза. – Просто слишком заботливый. Это пугает.

Он хмыкает, притягивая меня ближе.

– Заботливый? Я? Ну, знаешь ли, не надо тут портить мою репутацию. Ещё подумают, что я добрый, и начнут обращаться за помощью. А у меня, между прочим, график плотный.

– Правда? И что в твоём графике? – я решаю подыграть ему, чувствуя, как напряжение в груди окончательно уходит.

– Ну, например, сейчас у меня по расписанию – держать тебя в объятиях до тех пор, пока ты не перестанешь дрожать, – говорит он, его голос становится тише, почти шёпотом. – А потом… возможно, украсть твоё сердце. Хотя, кажется, я уже с этим справился.

Я краснею, но не могу отвести взгляд от его глаз. Дмитрий улыбается шире, заметив моё смущение.

– Ты уверен, что у тебя есть на это право? – шепчу я, стараясь скрыть волнение.

– Абсолютно. Я подписал бумагу, – он делает серьёзное лицо и наклоняется ближе, чтобы его слова звучали ещё более убедительно. – Пункт первый: не отпускать эту ведьмочку ни на шаг. Пункт второй: издеваться над ней самыми изощренными способами. Пункт третий… ну, это я расскажу позже.

– И что же в третьем пункте? – пытаюсь я подыграть, хотя голос предательски дрожит.

– О, это секрет, – он подмигивает. – Но скажу одно: там точно есть строчка про то, чтобы ты чаще улыбалась. Потому что, знаешь, твоя улыбка – страшная вещь. Сразу заставляет меня хотеть быть лучше. А это, знаешь ли, невыносимо сложно.

Я не могу сдержать смех. Дмитрий смотрит на меня с видимым удовлетворением, словно его миссия выполнена.

– Спасибо, – вдруг говорю я, тихо, но искренне.

– За что? – он слегка приподнимает бровь.

– За всё. За то, что ты рядом.

Он улыбается, но его взгляд становится теплее, чем обычно.

– Всегда, ведьмочка. Всегда.

Дмитрий смотрит на меня, и его теплая улыбка вдруг сменяется чем-то более глубоким, почти неуловимым. Его взгляд будто притягивает меня, и в этот момент весь мир вокруг перестаёт существовать. Только он, его сильные руки и эти серые глаза, которые читают меня, словно открытую книгу.

– Ты знаешь, что твоя благодарность может свести меня с ума? – тихо произносит он, его голос становится чуть ниже, почти бархатным.

– С ума? – я фыркаю, стараясь скрыть волнение, но мои щеки вновь предательски розовеют. – Ты же всегда такой... спокойный. Не ты ли только что утверждал, что у тебя всё под контролем?

– Спокойный? – он делает вид, что задумался, а затем качает головой. – Это ты так думаешь. На самом деле я сейчас держусь из последних сил, чтобы не... – он вдруг замолкает, наклоняясь ближе, его улыбка становится немного хитрой.

– Не что? – мой голос почти шёпот, и я сама не понимаю, почему мне вдруг стало так жарко.

– Не украсть у тебя ещё одну вещь, – его губы слегка трогает усмешка, но взгляд остается серьёзным.

– Что именно? – спрашиваю я, хотя где-то в глубине души уже догадываюсь.

– Поцелуй, конечно, – отвечает он с таким видом, будто это очевидно. – Но, знаешь, я джентльмен. Жду разрешения.

Ага, ждёт он. Помню я как он “ждал” на сцене.

Специально, ведь дразнится. Провокатор невыносимый.

– Разрешения? – я поднимаю бровь, решив взять ситуацию в свои руки хотя бы на миг. – А если я скажу "нет"?

Он тихо смеётся и даже это у него выходит нереально гипнотически.

– Тогда, ведьмочка, мне придётся ждать, пока ты передумаешь. Но предупреждаю – я могу быть очень настойчивым.

– И как же ты собираешься меня переубедить? – я решаю поддразнить его, но даже не успеваю договорить, как он делает шаг вперёд, сокращая расстояние между нами до минимального.

– У меня есть способы, – шепчет он, его голос звучит так, словно это уже не шутка. Его рука мягко касается моего подбородка, заставляя поднять взгляд, и я вдруг понимаю, что сбежать не получится. Да я и не хочу.

Он медленно наклоняется ближе, и наши губы почти встречаются, когда... раздается громкий голос Макса Гуляева:

– Димон, ты где, блин? Иди сюда. У нас полная жопа. Возможно и у Шахова тоже.

Я вздрагиваю, а Дмитрий мгновенно оборачивается в сторону.

– Я думал ты что-то новое расскажешь, – ухмыляется он, но после смотрит на меня:

– Прости, вернемся к выполнению моего списка чуть позже.

– Дима, – я забывшись опускаю все формальности и придерживаю его за руку. – Это ведь не из-за меня?

– Что именно? Вернемся к моему списку? – Поддразнивает меня Сибилев. – Из-за тебя конечно.

– Я про проблемы, – опускаю я взгляд.

– А проблемы из-за человека, который мастерски умеет их создавать и так же великолепно решать, – он хмыкает. – Из-за меня. Но расслабься, Юлечка. Это явно не то, из-за чего стоит расшатывать психику. Побереги её для меня, – Сибилев подмигивает, после чего разворачивается и уходит быстрым шагом.

Я остаюсь стоять на месте, немного растерянная, глядя вслед удаляющемуся Дмитрию. Его уверенные шаги и спокойствие, с которым он уходит, оставляют в моей душе странное ощущение – смесь тепла и лёгкого раздражения. Он всегда всё контролирует. Мне даже кажется, что мои эмоции, будто они – часть его игры.

Хотя, в глубине души мне нравится эта игра и я бы с удовольствием её продолжила.

Или…он это тоже рассчитал?

В любом случае, долго раздумывать над тонкими психологическими материями у меня не получается, потому что возвращается Ксюша с двумя бумажными стаканчиками от которых я уже издалека чувствую аромат горячего шоколада.

– А ты еще в ванной не была?! – Поражается Ксюша. – Бегом греться. Юля, это не шутки. Ты в неотапливаемом доме при минус двадцать полночи сидела. Понимаешь, что так и воспаление схватить недолго?

– Пф, – я отмахиваюсь. – Ксюш, это же ты у нас воздушная феечка и ангелочек. А я – ведьма. Ведьмы не болеют.

– И всё же, поварись пока в котле-ванной, а потом хлебни горячего зелья, – посмеивается Ксюша. – И тогда я от тебя отстану.

– Ладно-ладно, – зайдя обратно в наш номер, я плетусь к ванной, но на пороге оборачиваюсь. – Ксюш, я слышала разговор Гуляева с Димой своим…

– О, он уже твой Дима, – поддразнивает Ксюша, играя бровями.

– Иди ты, – я смеюсь, а после продолжаю. – Они о каких-то проблемах говорили. И что эти проблемы и Клима могут зацепить.