А Террамор же ничего не смог найти, потому что тот исходный текст так и остался непереведённым. Зотова его прочитала и за следующую сказку взялась.

Из оригинала вырезали как раз само понятие Ходящих. И их Гончих.

Именно так, Гончие были спутниками магов, способных ходить между мирами. Служили защитой от монстров, таившихся в темноте. Так было изначально, пока не случилось нечто, изменившее порядок вещей.

Гончие создавались при помощи тёмной магии и служили для того, чтобы рвать на части тех самых Хранителей Пустоты. Это было частью пробуждения аспекта. Ну, так говорилось, что это необходимо.

Но однажды…

Я понял, почему Зотова так зачитывалась той сказкой. Ведь главный её герой был героиней. И я уже знал, как ту звали.

Ведь, по легенде, однажды появилась девушка, которая не захотела создавать нечто столь ужасное. Ей было жаль и животных, из которых делали Гончих, и даже монстров Пустоты. И она решила всё изменить.

Из слов древней сказки, чьи следы давно потерялись в веках, я окончательно сделал вывод, что Ходящие — универсалы.

Ведь, по словам Зотовой, этих самих Гончих для перемещения между мирами маг создавал себе сам. То есть использовал анималистику и некромантию. Да и прочие аспекты, похоже.

Пса, подходящего по размерам и характеру, следовало сначала вырастить и воспитать, а потом и превратить в нечто уникальное. Ну, так выражаются обычно некроманты. Превратить. По сути — умертвить.

Ясно, отчего первая дочь Аламута не захотела пойти этим путем. Девушке стало не просто жаль, она возмутилась такому варварству и жестокости.

А когда негодует универсал… Все правила могут идти к чертям.

— И она ушла одна, — тёмная перешла на шёпот и широко распахнула глаза, невольно наклонившись вперед. — Сделала то, что считалось невозможным.

Зотова на мгновение замолчала, и в её взгляде появилась какая-то грусть, но быстро исчезла. Интересно, что же невозможного для темного мага? Разве что стать светлым.

Но рассказ продолжился и больше Зотова не отвлекалась, погружая меня в историю.

Ходящая вернулась спустя месяц. И не одна.

Что произошло с ней в том путешествии, легенда умалчивала. Но девушка сильно изменилась. Жалость у неё осталась лишь к созданиям, обитающим на звёздном пути. Их-то, то есть свору Гончих, она и спустила на своих учителей. На джиннов то есть.

И бесстрашные воины пустыни дрогнули. Практически неуязвимые для нападения физического, они были бессильны против существ, которым было плевать на такие условности. Плоть, пламя, песок — всё они были способны поглотить.

Элементали бежали в мир людей. И в Великой пустыне стала править царица песков.

— Она правила там, в мире джиннов? — всё же перебил я, удивившись.

Не упоминал такого Хакан про свой народ. Да я вообще не слышал, чтобы такое в принципе случалось. Да и ассасин явно не знал про этот момент.

— Ну как правила… — смутилась Зотова. — Никого там не осталось, кроме неё и Гончих. Песок и ветер. Царица целого мира без подданных.

Вопреки словам, в голосе тёмной была та мечтательность, с которой говорят о чём-то страстно желанном. Пожалуй, всем нам порой нужно уединение, но чтобы такое…

— Но джинны вернулись с подмогой. И тогда началась Великая буря. Она длилась целый год, погрузив мир во тьму. Из которой лезли её создания.

В общем, как и положено героическим сказкам. Эпично, масштабно и весьма разрушительно. Правда я полагал, что буря состоялась гораздо раньше, но достоверность поди выясни теперь.

Впрочем, финал был отнюдь не банальный. То есть однозначная победа какой-либо из сторон не случилась. Победила… Любовь.

Ну а какая ещё история могла так увлечь молодую девчноку, чтобы она даже мертвый язык выучила? Пришел герой и всех разогнал. То есть спас. Джиннов от гибели, так как они едва держались к тому моменту, а дочь Аламута от устройства иномирного геноцида.

— Они зашли на закате в переговорный шатер. Лишь завывание ветра звучало тогда в пустыне. Гончие охраняли их, улегшись вокруг и сверкая своими алыми глазами. В ту ночь в первый раз на небе были видны звезды. Даже буря не посмела помешать тому разговору…

Уж не знаю, цититровала она или просто увлеклась, но звучало красиво. Мне представился бархан, трепыхающиеся пологи шелка и светящиеся в темноте глаза, а над ними усыпанная яркими звездами тьма.

Едва небо начало светлеть, Гончие ушли. Неторопливо поднимались, прыгали и исчезали. А следом ушли и герои. Взялись за руки и отправились по звездному пути.

— И что дальше? — не утерпел я, когда Зотова замолчала, вздохнув.

— Говорят, они до сих пор бродят там, рука об руку, — опять вздох.

Да ну чтоб их. Нет, за героев я был, безусловно, очень рад. И мир уцелел, и они своё счастье нашли. Но снова никаких конкретных инструкций про Ходящих. И про Гончих.

Только то, что можно и без этого отправится на прогулку между миров.

Ну и что тёмная весьма романтична, несмотря ни на что. Это отчего-то меня обрадовало больше, чем расстроила очередная пустая легенда. Пока в человеке живет вера в сказки, пусть и не такие уж и добрые, но с хорошим концом, не всё потеряно.

— Чудесная история, — улыбнулся я, чтобы поддержать её.

Уж лучше такое, чем про упырей…

— С тех я пор я пыталась найти что-то про Наилю, — девушка оживилась после моих слов. — Но увы, никаких упоминаний, ни про Ходящих, ни про монстров Пустоты.

— Монстров Пустоты?

— Ах, ну да, там говорилось, что она их призвала, когда вернулись джинны, — махнула рукой Зотова.

Ну конечно же ей такие детали были неинтересны. Это передо мной перспектива встретится с этими созданиями.

— Мария Алексеевна, а вы можете прочитать мне ту сказку?

— Прочитать вам сказку? — рассмеялась она. — Отчего бы и нет. Нужно попросить найти…

Террамор быстро отыскал книгу. Зотова прекрасно запомнила, где та лежала. Потрепанная обложка, на которой уже не читалась надпись, но главное — та была на месте.

— Забавно, это был так давно, — девушка открыла книгу с каким-то благоговением. — Не думала, что когда-нибудь снова прочитаю её. Свою любимую детскую сказку.

Я не торопил, дал вдоволь насладиться приятными воспоминаниями. И стал слушать. Единственное, что попросил — не торопиться и очень точно переводить написанное.

Магия слова.

Надежда была на то, что в буквах таится истинный смысл. Я не был уверен, что чтение с одновременным переводом даст нужный эффект, но всё лучше, чем ничего. Стоило попытаться.

Тёмная многое позабыла с тех пор, когда впервые прочитала историю. А кое-что, как оказалось, вообще придумала.

Общая суть не изменилась, зато детали…

Вот вообще не детская сказка. Впрочем, она такой и не числилась, но даже Зотова слегка поежилась от некоторых сюжетных поворотов. Всё же юный разум склонен видеть всё иначе, через призму своих стремлений.

Сам помню, как вечерами слушал сказки своей няни и восторгался, хотя жуть там происходила неописуемая. Но я требовал ещё и ещё, а няня лишь посмеивалась и продолжала.

— История эта пусть послужит уроком тем, кто осмелится связаться с Ходящими, — так звучало вступление. — Многих из тех смельчаков поглотили Великие пески.

Мило.

Наиля, первая дочь Аламута, была очень любознательной, как и положено универсалам. Буквально всё на свете хотела знать и поскорее, что уже свойственно возрасту. Оттого конфликтов с джиннами у неё случалось немало. Элементали вообще склонны к вдумчивому и неторопливому существованию, витиеватым речам и подобному, поэтому будущая Ходящая оказалась настоящей занозой.

Её ничуть не пугал ни звездный путь, ни пустота и другие вещи, о которых твердили джинны, наставляя её на путь.

Это и сыграло злую шутку в итоге. Учителя устали, ей не терпелось, всё пошло не так. А уж когда девушка прознала про пса… Разозлилась, топнула ножкой и ушла.

Сказать, что джинны обалдели — ничего не сказать.