Уж не знаю почему именно эту магию я применил, но мне показалось, что сцепились два зверя. Это как разъярённых котов разнимать.

Понятное дело, что вода ничуть не повредила ни одному из них, но зато вынудила остановиться. Хаамисун фыркнул, отряхиваясь. Тени развеялись. Элементаль взглянул на меня с какой-то обидой.

— Хакан, это что вообще значит?

— Защищал вас я, Искандер-амир. От человека чёрных песков, — он кивнул в сторону ассасина. — Враг это.

— Я не хотел ему навредить, — прищурился Хаамисун. — Лишь остановить создание огня. Известно, что думать они предпочитают в последнюю очередь.

— Тупым назвал меня ты? — взревел джин, увеличившись в размере вдвое.

— Хватит! — снова повысил я голос. — Ну как дети…

Со стороны улицы раздался визг, а затем топот ног. Ворота были распахнуты, их я открыл ещё по пути к машине. Замечательно.

Я послал мысленный сигнал запереть ворота и оценивающе посмотрел сначала на элементаля, уже притихшего от моего окрика и вернувшего нормальный размер, а потом на ассасина, гордо выпрямившегося и поигрывающего кинжалами.

— Ну и что мне с вами делать? — задал я исключительно риторический вопрос.

Понятно, что эти двое не сталкивались ранее лично, но были осведомлены друг о друге, в смысле как о народе. И явно не в лучшем свете. Но эту историю сейчас мне слушать не хотелось.

— Пришёл передать послание я, — пробасил джинн, кланяясь мне, но с подозрением поглядывая на Хаамисуна. — Предостережение от Хозяина песчаных снов. Охотится за вами Хранитель Пустоты.

Без историй не обошлось, но для начала пришлось объяснить обоим моим стражам, что они не враги. Это было очень сложно.

И дело даже не в старинном противостоянии, о котором нетрудно было догадаться. А в том, что они словно дети принялись бороться за честь оказаться лучшим для своей задачи. Не угомонились перечислять свои способности, пока я не пригрозил прогнать обоих.

Тогда, наконец, притихли и показательно примирились. На время, пока связаны со мной клятвой. Ну хоть что-то. А там узнают друг друга получше и подружатся, никуда не денутся.

— Что за Хранитель Пустоты? — спросил я, когда мы более менее разобрались с конфликтом. — И зачем ему на меня охотиться?

Звучало устрашающе, правда, у джиннов всё было весьма поэтично и мрачно.

— Тот, кто стережёт Пустоту, — ответил Хакан с таким видом, будто это всё объясняло.

— Так, ясно… Давай в другом месте поговорим.

Мы вернулись в лабораторию, по пути я высушил ассасина, героически делавшего вид, что насквозь мокрое одеяние его вовсе не беспокоит. Потом подождал, пока элементаль расхвалит кутлу-кеди, кланяясь им в пол. Затем снова примирил их с Хаамисуном, чтобы не спорили о том, кто должен сидеть ко мне ближе.

И лишь после выслушал подробности послания.

Дух джиннов поведал Хакану, что говорил со звёздами. Именно так, что бы это ни значило. И те ему сообщили, что на нового Ходящего объявлена охота. Хранители же были кем-то вроде побочных созданий той самой Пустоты, что лежала между мирами. Несмотря на противоречие, ничего пусто быть не может. Вот и появились эти существа, по преданиям одновременно с первым звёздным путём.

Я вспомнил ту сказку, что читал в хранилище. Про мальчика и его собаку. Там упоминалось нечто похожее. Но в тексте назывались они просто монстрами, крадущимися в великой темноте. Вроде как даже не самыми опасными… Но повествование детское всё же, кто знает.

По словам элементаля Хранители Пустоты когда-то были людьми. И тоже хотели путешествовать между мирами, но не справились. И навечно остались среди великого нигде. Оттого и охотились за более успешными коллегами.

В общем понятно, что ничего не понятно. Как всегда с джиннами.

— Ну допустим, — задумался я, пытаясь оценить угрозу. — И что же, эти Хранители могут прийти за мной сюда?

Я окинул жестом помещение, но имел в виду наш мир.

— Не слышал о таком я, — протянул джинн. — Их мир — Пустота, там блуждают они, не в силах вырваться из плена своих страхов и обид.

— Ну тогда пока пусть ещё поблуждают, — улыбнулся я. — Я ещё не знаю, как мне на тот самый путь выйти, что уж говорить об опасностях, поджидающих там.

— Осторожны будьте, Искандер-амир, — попросил Хакан. — Хозяин песчаных снов говорит, что вы уже заступили за грань миров, а значит, и угроза появилась.

— И почему же он мне сразу об этом не сказал?

Джинн смутился, но всё же рассказал. Во-первых, дух древнего элементаля меня испытывал. Точнее уж берег, если подумать. Наверное, вообразил, что меня испугают какие-то монстры… Во-вторых, и главное — считалось всё это легендой. Страшилкой для тех, кто вздумает стать Ходящим, ведь это могущество, недоступное большинству. Хотя, как по мне, овладеть этим даром и без того крайне сложно.

— Ещё велели мне передать… Сначала явятся за вами Гончие — предвестники охоты.

— Гончие? Отлично, буду с собой носить лакомство для собак.

— Искандер-амир!

— Ты мне, Хакан, лучше сразу всё скажи, а не выдавай порциями, — досадливо поморщился я. — Хранители, Гончие, кто ещё? Саранча?

— Саранча? — удивился он.

— Неважно, — отмахнулся я. — Я слушаю.

Я бы, пожалуй, с удовольствием узнал все легенды Великой пустыни, но раз уж ко мне пришли с конкретным предупреждением, очень хотелось по существу и кратко.

Но получилось как получилось. Даже ассасин заслушался, невольно поддавшись вперёд и позабыв награждать джинна подозрительным взглядом. Всё же Хакан красиво говорил.

К преданиям о Ходящих добавились любопытные детали.

Что Хранители Пустоты были людьми — одна из версий. По факту никто не знал, кто они и откуда. Возможно, самой Пустотой и созданы для защиты от вторжения всяких. Зачем охранять то, где ничего нет, другой вопрос. В легендах им никто не задавался.

Но однозначно они не могли покинуть пределы этого междумирья. Зато вполне себе были способны Гончие. Создания неумолимые и практически неуязвимые, ибо никто не мог познать источник их силы, а значит, и побороть. Короче говоря, эти милые пёсики являлись к дерзнувшему нарушить покой Пустоты и пытались его сожрать.

— Приход их невозможно не заметить. Как невозможно не разглядеть пустоту. Это может стать шансом на спасение. Вы их услышите.

— И как же справился первый Ходящий?

Джинн очень по-человечески пожал плечами.

— Это часть звёздного пути, Искандер-амир. Но у каждого он свой. Это часть магии.

Значит, к задаче прибавляется ещё одно небольшое условие. Справиться с Гончими и Хранителями Пустоты. Данных недоставало, но в принципе ничего необычного. Странно было бы, если такое умение можно получить без подобных испытаний. Магия не любит слабых.

— Что же, чать пути так часть пути. И да, благодарю за предупреждение. Передай мою признательность. И просьбу. Всё же сообщать важные вещи сразу.

Элементаль поклонился. Не успел я спросить, где он пропадал, как джинн исчез.

— Хочу извиниться перед вами, господин, — заговорил ассасин. — Я вёл себя неподобающе воину и мужчине. Простите, не ожидал встретить того, о ком столько слышал.

В этом я был согласен. Но я вообще много чего не ожидал встретить и узнать. И ничего, не бросаюсь на людей с оружием.

— Я лишь надеюсь, что больше такого не повторится.

— Клянусь! — вскочил мужчина и ударил себя в грудь. — Не могу обещать, что всегда буду сдержан в выражениях. Но не подведу ни вас, ни даже… его, если то потребуется.

— Да что у вас произошло? — изумился я такому упрямству.

— В Аламуте тоже известно о Ходящих, господин…

Ох уж эта горячая восточная кровь. И месть, хранящаяся веками.

Оказалось, что на заре возникновения ордена среди ассасинов оказался универсал. Не был он их лидером, или учителем, как они называли повелителя. А был… девушкой. Одной из дочерей одного из самых обычных жителей города-крепости.

Тогда царил относительный мир, и джинны вовсю участвовали в жизни людей, но отношения уже потихоньку портились. Процветали пустынные города и народы, элементали тоже наращивали аппетиты, так что дело шло к конфликту.