Звонит Вероника. Я беру трубку. После нашего прошлого разговора мы не говорили два дня. Я думала, она обиделась, но голос у неё весёлый, как всегда.

— Арина, привет! У меня к тебе предложение, от которого нельзя отказаться.

— Вероника! Ты же знаешь, мне сейчас не до светских мероприятий, — говорю я, зная, что сейчас она займётся «вдыханием в меня жизни».

— Не капризничай, Арина. Я всё равно не отстану. Ты помнишь, как я открывала свою галерею? Мне тогда очень помогла Рудина. Уже тогда она была известным галеристом.

— Татьяна Рудина? Конечно, я помню. Ты рассказывала тогда, что у неё какая-то сложная любовная драма. Что-то связанное с Турцией. Она?

— Ну да. Она была замужем за турком, жила там шесть лет, потом сбежала в ребёнком в Россию*. Но я не об этом. Она открыла вторую галерею — «Mavi» называется.

— «Mavi»? — переспрашиваю я. — Что это значит?

— По-турецки — «синий». Как море, как небо, как цвет, который она любит. — Вероника говорит быстро, взахлёб. — И мы просто обязаны туда пойти с тобой.

— Вероника, я очень хочу, но можно я схожу позже? — пытаюсь найти компромисс.

— Ладно, — смеётся Вероника. — Считай, что я повелась на твой жалобный тон. Хотя Андрей хотел тебя поблагодарить за брата и племянницу. Говорит, ты вдохнула в них жизнь.

— И что там у тебя с Андреем? — спрашиваю я, возвращаясь к теме, которая меня волнует больше, чем дела в арт-мире.

— Андрей, — Вероника тянет имя, и я слышу, как она улыбается. — Он чудесный. Мы виделись уже три раза. Каждый раз он дарит мне цветы. Водил в оперу. И да, — она понижает голос, — секс становится всё лучше. Он учится, слушает меня, спрашивает, что мне нравится. Ты представляешь? Мужчина, который спрашивает!

— Представляю, — говорю я, и в голове почему-то возникает образ Олега. С которым мы никогда не занимались любовью.

— А ты? — Вероника возвращает мне вопрос. — Что с твоим командиром?

— Всё сложно, — говорю я. — Но я решила.

— Что решила?

— Перестать бояться, — говорю я. — И поговорить с ним. Не как психолог, как женщина.

Вероника молчит несколько секунд. Потом я слышу её радостный выдох.

— Наконец-то, — говорит она. — Арина, наконец-то. Я так долго ждала, когда ты это скажешь.

— Не дождалась бы, если бы не ты, — признаюсь я. — Твои слова про мой любовный кризис… они задели. Но они были правдой.

— Я знаю, — мягко говорит Вероника. — Я потому и сказала. Иногда нужно, чтобы кто-то со стороны сказал тебе правду в лицо.

— Спасибо тебе, — говорю я. — За всё.

— Не за что, — отвечает она. — А теперь иди и звони ему. Не откладывай.

— Поздно уже, — смотрю на часы, — почти одиннадцать.

— Для такого дела никогда не поздно, — уверенно заявляет Вероника. — Звони.

Она отключается.

Я смотрю на телефон. На номер Олега. Мой палец зависает над кнопкой вызова.

Я вспоминаю его глаза, его руки на моих плечах. Его голос: «Я люблю тебя». Моё «тоже».

Я нажимаю вызов.

— Арина? — Он отвечает после первого гудка, словно ждал. Тоже не спал?

— Олег, — говорю я. — Ты занят?

— Нет.

Я слышу в его голосе напряжение.

— Я хочу тебя видеть, — говорю я.

— Что-то с Катей не так? — в голосе отцовское беспокойство.

— Нет-нет! Не переживай. Катюша умница, быстро восстанавливается.

Тишина в трубке. Такая долгая, что я проверяю, не оборвалась ли связь.

— Я… по личному, — говорю тихо.

— Когда? — наконец спрашивает он.

— Можешь приехать ко мне завтра вечером?

— Могу, — говорит он. — Во сколько?

— В восемь.

— Я буду.

— Олег, — я замолкаю, собираясь с духом. — Я не знаю, что из этого выйдет. Но я хочу попробовать.

— Я тоже, — говорит он. — Давно хочу.

— Тогда до завтра.

— До завтра, Арина.

Я сбрасываю вызов. Смотрю на свои руки — она дрожат. Я сделала шаг. Первый шаг к новой жизни. Не знаю, что будет завтра. Не знаю, как он отреагирует, когда увидит меня не в кабинете, а дома. Не в роли психолога, а в роли женщины, которая хочет быть с ним.

Я подхожу к окну. Снег всё идёт. Белые хлопья кружатся в свете фонарей, ложатся на подоконник, тают, превращаясь в капли. Завтра будет новый день. И я встречу его без брони. Без правил.

Потому что иногда самое правильное — это сделать то, чего боишься.

Потому что любовь не спрашивает разрешения.

Потому что я устала быть сильной и хочу просто быть счастливой.

_____________________

*История драматической любви Татьяны Рудиной и Каи Озкана — в книге "Без тебя. Любовь длиною в жизнь" https:// /shrt/u3zu

******************************

Олег

Я стою перед зеркалом и чувствую себя мальчишкой перед первым свиданием. Тёмно-синий костюм, белая рубашка, галстук — я не надевал галстук даже на переговоры с партнёрами из Европы. Но сегодня — Новый год. Сегодня мы идём к Арине. Не на сеанс, не по делу — в гости. Как семья. Я, Катя и она. И её сын, которого я никогда не видел.

Катя заходит в спальню, смотрит на меня, на галстук, и улыбается.

— Ты как на похороны собрался, — говорит она. — Сними галстук. Будь проще.

— Я не умею быть проще, — отвечаю я, но галстук снимаю.

— Возьми букет, — напоминает Катя. — Арина Сергеевна любит бордовые розы.

— Откуда ты знаешь?

— Она мне сказала. — Катя пожимает плечами. — Мы говорим о разном. Не только о школе и чувствах.

Я смотрю на дочь. Она изменилась. Не так, как меняются за месяц — так, как меняются после болезни, когда начинают ценить каждую минуту жизни. Она всё ещё молчалива, но уже не закрыта. Она говорит, когда хочет сказать. Улыбается, когда есть чему улыбаться. И смотрит на меня не сквозь, а прямо.

— Ты готова? — спрашиваю я.

— Готова, — кивает она.

— Я тоже.

Мы выходим из дома. Снег идёт — крупные хлопья, пушистые, как вата. Москва в новогоднюю ночь — город из сказки. Огни, гирлянды, ёлки в каждом окне. Я веду машину осторожно, хотя дороги чистят хорошо. Везём подарки — для Арины, для Игоря. Катя выбрала для него книгу по юриспруденции — она спросила у Арины, чем он интересуется, и та сказала, что Игорь любит историю права. Странный выбор для мальчика двадцати двух лет, но Катя была уверена. «Он будет рад», — сказала она. Я надеюсь.

Арина встречает нас в дверях. На ней длинное зелёное платье с отливом. Волосы уложены. Насколько это вообще возможно с её непослушными кудрями.

— С Новым годом, — тепло говорит она и целует в щёку сначала Катю, потом меня. Чуть дольше.

Или мне так просто кажется.

— С Новым годом, — отвечаю я, протягивая букет бордовых роз.

Она берёт цветы, и её пальцы касаются моих.

— Проходите, — говорит она, отступая в сторону. — Игорь уже здесь. Он ждёт.

Мы заходим. Квартира пахнет мандаринами и хвоей — в углу стоит небольшая ёлка, украшенная старыми игрушками, наверное, ещё из её детства. На столе — куча разных салатов, закуски (она ещё и готовить умеет?), бутылка шампанского, свечи. По-домашнему уютно. Не так, как я привык встречать праздники — в ресторанах, на корпоративах, в одиночестве.

Из кухни выходит парень. Высокий, русый, с серыми глазами — точная копия Арины, только мужской вариант. Игорь. Двадцать два года, студент-юрист, живёт в Питере. Я знаю о нём всё — Арина рассказывала. Но знать и видеть — разные вещи.

— Игорь, — Арина поворачивается к нему, — это Олег. А это Катя.

Игорь подходит, протягивает руку. Пожимает мою — крепко, уверенно, но без вызова. Смотрит прямо в глаза.

— Очень приятно, — говорит он. — Мама много о вас рассказывала.

— Тоже приятно, — отвечаю я.

Катя стоит за моей спиной, сжимая в руках пакет с подарком. Игорь переводит взгляд на неё, и его лицо смягчается.

— А ты, наверное, Катя, — говорит он. — Мама сказала, ты любишь читать. Я принёс тебе книгу. Не знаю, понравится ли.