У меня снова по коже бегут мурашки.

Биологическое оружие. Вот, чем на самом деле занимается Сибилев.

Я догадывалась, но знать наверняка всё равно страшнее.

Наступает долгая пауза, после которой Сабуров произносит:

– Предположим, я заинтересован. Но то, насколько ты плотно сотрудничаешь с государством вызывает опасения.

Дмитрий снова улыбается, но в улыбке нет и намека на веселье.

– И это правильно, Александр. А теперь, подумай, что я могу сделать, если мой лучший друг пострадает. Мне достаточно указать на тебя пальцем и от Великой Империи Сабурова не останется и следа. Ну или…ты тоже можешь внезапно чем-нибудь заболеть, – приподнимает уголок губ Дмитрий. – Чем-то крайне неприятным, болезненным и конечно неизлечимым.

Он говорит, а я чувствую как у меня лоб покрывается холодным потом.

Божечки, кого я на помощь-то позвала? Это же на голову отбитый психопат!

Алекс в отличии от меня остается невозмутимым, хотя я чувствую, как напряжение в воздухе начинает нарастать. Его взгляд испытывающе скользит по лицу Дмитрия, как будто он ищет слабое место в его уверенности. А я стою, словно в ловушке, не зная, что делать.

– Интересная позиция, – наконец произносит Алекс, а его голос сохраняет холодность. – Но ты не забывай, что я тоже не мелкая шавка. У меня есть свои ресурсы.

– Да, но у тебя, как мне известно, в данный момент проблемы, – продолжает Дмитрий, не отводя взгляда. – Именно это мы и обсуждаем сейчас. И чем меньше людей знает о твоих делах, тем лучше. Я могу помочь тебе, если ты готов пойти на сделку.

Сабуров хмыкает, его губы кривятся в усмешке.

– Малыш, я в этом деле столько времени, что такие слова для меня привычнее, чем пробки в час пик. Сделка? Ты, похоже, не понимаешь, с кем имеешь дело. Одно мое слово и ты отсюда просто не выйдешь. И будешь делать свои чудо заморочки уже лично для меня.

Теперь мне уже становится жутко от слов Сабурова. А ведь он прав. Дима сейчас полностью уязвим.

Если с ним что-то случится, то Кирилл мне этого никогда не простит.

Но Дмитрий угрозой не впечатляется.

– Не-не, всякие заморочки лично для тебя – это к Марго. – Отвечает он в привычной манере и Сабуров вдруг ухмыляется.

– И всё же, занятный ты мужик. Что ж, знаешь, хочешь сделку? Давай.

Я вроде как должна радоваться, что Алекс внезапно идет нам на встречу, но его тон настораживает.

И не зря.

– В таком случае, у меня два условия. –

Первое – ты и твоя гениальная черепушка, – Алекс стучит сам себя пальцем по виску, помогаете провернуть операцию с Меркурием вместо твоего драгоценного Кирилла, а второе – ты берешь его в охапку и оттаскиваешь подальше от Риты.

Дима изгибает бровь и явно собирается что-то сказать, но Сабуров не дает этого сделать и повторяет:

– Ты слышишь меня? Кирилла забираешь, а Марго остается со мной. По-моему, справедливо, не находишь? Тем более, у нас с ней общий сын.

Дима бросает на меня быстрый взгляд.

– Так Артем…

– Да, это ребенок от меня, – подтверждает Сабуров.

Дима задумывается, но лишь на миг. После чего, непринужденно прячет руки в карманы джинс и пожимает плечами:

– Без проблем. Мне–то какая разница? Я ее сегодня в первый раз увидел.

Сабуров хмыкает.

– Вот и хорошо. Не зря про твой ум легенды даже у нас ходят. Ты все подтвердил.

– Ты убедишься в этом еще не раз, уж поверь, – ухмыляется Дмитрий. – А теперь, позвони-ка нашему общему приятелю Меркурию и скажи, что у него новый напарник.

Сабуров медленно качает головой.

– Я бы даже хотел понаблюдать за работой настолько неординарного дуэта.

– Лучше не надо, – лениво ведет плечом Дмитрий. – Еще разовьется комплекс неполноценности. Что ж, а вам – совет да любовь, – он переводит невозмутимый взгляд на меня.

Ему кажется абсолютно все равно, что он оставляет меня в лапах этого зверя.

Хотя, откровенно говоря я не удивлена.

Я сижу на диване, рассеянно глядя на Темку, который играет с машинками на полу. В детской стоит тишина, нарушаемая лишь гулким звуком колесиков, катящихся по паркету и звуком сирены игрушечной полицейской машины. И от каждого такого завывания я невольно вздрагиваю.

Почему-то кажется, что каждый звук сейчас слишком громкий, но они хотя бы немного отвлекают меня от тревожных мыслей о Кирилле, которые не покидают меня.

Прошло несколько дней с тех пор, как Дима и Алекс заключили соглашение, а меня отправили к Сабурову домой.

Каждое утро я просыпаюсь с надеждой, что это всего лишь кошмар, который скоро закончится. Но реальность оказывается другой. Телефон молчит, и никто не дает никаких новостей. Да и вряд ли даст.

Я несколько раз звонила Алексу, но кроме нейтральных ответов ничего не получила. А телефон Сибилева и вовсе отключен или находится вне зоны действия сети.

Он там хоть жив?

Потому что если нет – то и Кириллу больше ждать помощи не от кого.

Я чувствую, как напряжение нарастает с каждой секундой, как будто в воздухе витает предчувствие беды.

Темка подбегает ко мне и показывает очередную машинку.

Хоть кому-то пребывание в этом доме по душе. У него никогда не было настолько много игрушек, а из бассейна мне порой приходится вытаскивать его силой.

Тема счастлив и ждет только возвращения Сабурова и Кирилла.

Вот только он не понимает, что это по сути взаимоисключающие события.

Я пытаюсь улыбнуться, чтобы не огорчать Артема и присоединяюсь к игре, но увы и это не может полностью отвлечь меня от мыслей о Кирилле. Я ловлю себя на том, что часто смотрю на дверь, ожидая, когда появится знакомая фигура, а на меня посмотрит знакомый мрачный взгляд карих глаз, которые и вправду будто омут, таят в себе слишком много всего непонятного и от этого становится только тяжелее.

Вечером, после того когда Темка уснул, я наливаю себе чашку чая и устраиваюсь на крытой веранде.

В голове крутится множество вопросов: «Что с Кириллом? Что с Сибилевым? Почему никто не звонит? Как я объясню Темке, если крутой дядя Кирилл всё же...».

Нет, я не могу допустить мысли о худшем, но они все равно накатывают, как волны на берег.

Делаю глоток чая с мятой, мелиссой и медом, чтоб хоть немного успокоиться перед сном и в это время дверь открывается, и в комнату входит Алекс.

Он выглядит все еще нездорово – бледным, похудевшим и каким-то усталым, но его лицо не выражает никаких эмоций.

Я чувствую, как внутри меня зашевеливается страх, но я стараюсь держать себя в руках.

– Ты дома, – произношу я, стараясь сделать голос спокойным. – Я думала тебя еще минимум неделю поддержат.

– Некогда прохлаждаться больше. – Алекс направляется ко мне и садится за стол, а я ощущаю, как напряжение в воздухе нарастает. В его взгляде я вижу что-то, заставляющее моё сердце забиться быстрее.

– Врач передал мне информацию, – начинает он, и моё сердце пропускает удар.

– Сибилев вернулся, да? – Подаюсь я вперед, но Алекс медленно качает головой.

– Нет, Рита. Не этот врач, а тот, который тебя осматривал. Гинеколог.

Я чувствую как спина холодеет, а я сама забываю как дышать.

Сабуров медленно опускает подбородок и всматривается мне в глаза.

– Она сказал, что ты беременна.

Я замираю. Смешно, но я совсем забыла об этом, а теперь получила от жизни очередной отрезвляющий удар.

Я делаю осторожный выдох, стараясь сохранить самообладание, после чего поднимаю взгляд и на удивление твердым голосом говорю.

– Да.

– Ясно, – коротко выдает Алекс и его его голос звучит пугающе холодно и отстраненно.

– Значит, завтра ты поедешь к врачу, чтобы её прервать. Мы семья, а ребенок от другого мужчины мне и нахрен не сдался.