И кажется, под вечер всё же успокаивается.

Но моё плохое настроение только усиливается.

Я укладываю сыночка спать.

А сама долго сижу на кухне, смакуя насыщенный черный чай.

Обманываю сама себя тем, что не спится. Но на самом деле жду возвращения Кирилла.

Вот только он так и не приходит.

И с наступлением утра, я понимаю – он провел ночь у Светы.

Вот и всё.

Суровая реальность как всегда ударила меня по голове наотмашь.

Из-за того, что ждала Кирилла до поздней ночью, я просыпаюсь только после того как над моей головой раздается знакомое всем родителям:

– Маааам, я уже проснулся. Мне скучно. Мааам, мамочка, просыпайся.

– Ох, уже проснулась, сыночек. – Я потягиваюсь, а после хватаю Тёму поперек живота и свалив рядом с собой, начинаю щекотать. – Это что у меня тут за будильник такой вредный, а? Надо найти у него кнопочки, чтоб отключить. Может эта? – Смеясь нажимаю ему на нос. – Или эти? – Дотрагиваюсь до нежных розовых щечек. – А, я поняла, вот, она где, – чуть нажимаю на мягкий животик пальчиком.

Тёма хохочет и вырывается:

– Аааа, помогите! Нет у меня никаких кнопок!

Но когда я убираю руку, он садится и схватив меня за ладонь, снова прикладывает её к себе.

– Ещё ищи, – хихикает он. – Это очень весело.

Я и сама смеюсь глядя на него.

Единственное за что я благодарна Сабурова, что из-за него в моей жизни появился мой самый главный и любимый человек в мире.

Серые глаза Тёмы искрятся веселье.

Интересно, умеет ли Алекс так же искренне веселиться? Быть отзывчивым и открытым?

Наверное нет. Сабуров для меня это зверь или даже безжалостная машина, не способная ощутить никаких человеческих эмоций.

А вот эта открытость и дружелюбность Тёмы, умение со всеми договориться – это очевидно мои гены.

Гены Сабурова проявляются, только когда Артем пытается командовать и включает упрямство. Всё плохое – совершенно точно от отца.

Подурачившись, с Тёмой мы идем завтракать, где я готовлю наш с ним любимый омлет с кусочками сыра и гренками.

Потом, немного занимаемся с ним чтением и простенькими примерами в уме – вроде один плюс три.

Я прибираюсь в квартире, а после снова идем гулять на детскую площадку.

И вот за такими не хитрыми и очень приятными заботами проходит целый день.

А после ужина и ванны, я понимаю, что Кирилла всё ещё нет.

Ого, ничего себе он со Светой загулял.

Ну и ладно. Совет да любовь, как говорится.

В этот раз ждать его не буду.

Но едва ложусь на кровать, как мне прилетает сообщение от Светы:

“Я же говорила, что если будешь мешать мне и Кириллу, то ничего хорошего не получится. Что ж, сама напросилась”.

Это еще что за бред?

Я быстро набираю в ответ:

“Вообще не понимаю претензий. Ты с ним веселишься уже больше суток. Я-то здесь причем?”

И снова прилетает злобное сообщение:

“Издеваешься? Кирилл уехал вчера как только узнал, что никто ко мне не приставал. Даже в квартиру ко мне не зашел”.

Стоп. Что?

По позвоночнику пробегает холодок:

“Света, он не возвращался со вчерашнего дня. Я думала, что он с тобой”.

На этот раз сообщение приходит не сразу.

Будто Света не знает, что написать. Наконец, она отвечает:

“Так он не к тебе поехал? Оу, а я уже…слушай, Ритуль, тогда прости, ладно? И не держи на меня зла”.

А это ещё что значит?

Но додумать я не успеваю, потому что слышу щелчок двери.

Кирилл вернулся?

Вскочив с дивана, я выбегаю в коридор и с облегчением вижу, что да, Кирилл здесь. Живой и здоровый.

– Ты где был?

Я подхожу к нему, заглядывая в глаза.

– На работу вызвали. Надо было кое что порешать. – Невозмутимо сообщает он и направляется прямиков в ванну.

Не зная, что делать, я подогреваю ему борщ, который сегодня приготовила. И пюрешку с отбивной.

Выходит Кирилл спустя минут пятнадцать, вместе с клубами парами.

Темные волосы поблескивают от влаги, а домашняя футболка прилипает к телу, соблазнительно очерчивая кубики пресса и широкую грудь.

Красивый зараза.

– Я тут тебе ужин подогрела, – ставлю перед ним на стол тарелки.

– У меня и самого руки есть, – отвечает Кирилл в своем фирменном крайне “дружелюбном” стиле. Но потом всё же добавляет. – Спасибо.

Я некоторое время молчу, наблюдая как он невозмутимо ест. Но в конце концов не выдерживаю.

– Считаешь это нормально?

Кирилл вопросительно поднимает бровь.

– Что именно?

– Ты уехал позавчера ещё. Тебя не было практически двое суток. Я думала ты со Светой уже кувыркаешься, а она мне написала, что ты ушел от неё еще вчера. И не ясно, что с тобой. Вдруг что-то случилось? Знаешь как переживала?

Кирилл хмыкает:

– И о чем же именно ты переживала? Что со мной что-то случилось или что я трахался с твоей подругой?

– Ну, ты и дурак! – Я злюсь. – Да плевать мне с кем ты спишь. Просто мог бы и позвонить.

– Я всегда жил один и отсчитываться не привык,- Кирилл поднимается и я снова невольно замечаю насколько он выше меня.

Разница в росте, да и в массивности просто колоссальная.

Я действительно на фоне его просто кукла барби какая-то.

– Но если злишься, то назови мне хоть одну причину почему я должен был так поступить?

– Потому что это обычное человеческое общение, – фыркаю я, но Кирилл лишь дерзко ухмыляется.

– Уверена? А я думаю, что дело в другом.

– Он спокойно, с хозяйским видом кладет мне ладонь на талию и прижимает к себе. – Я тебе нравлюсь, но гордость не позволяет в этом признаться.

– Ага, конечно. – Я пытаюсь отстраниться, но Кирилл не позволяет.

– Хочешь поиграть в догонялки? Без проблем. Я привык брать инициативу в свои руки.

Вторая ладонь опускается мне на ягодицы и чуть сжимает их.

– Была бы ты против, Марго, то кричала бы и брыкалась, но ты замерла и ждешь только одного…

Кирилл склоняется к моему уху и шепчет, обжигая дыханием:

– …продолжения.

Как же мне хочется накричать на него. Сказать, что он всё это выдумал. Вот только Кирилл прав – я хочу чтоб он пошел дальше, но боюсь в этом признаться даже самой себе.

– Прекрати,- я всё же пытаюсь отстраниться, пусть и преступно вяло, но Кирилл не дает этого сделать.

Идет на меня и одной рукой усаживает меня на подоконник.

– Знаешь, никогда бы не подумал, что смогу жить под одной крышей с женщиной, которая меня заводит и при этом даже не притронуться к ней. Но ты меня держишь на расстоянии. Не понимаю, – Кирилл склоняется ко мне и целует за ухом, горячо продолжая.- Почему? Мы оба уже большие мальчик и девочка, мы можем позволить себе делать то, что хотим. А ты этого хочешь.

Я вскидываю глаза вверх, борясь со сбитым дыханием.

Ответить не могу, потому что придется признать – он прав.

Кирилл нравится мне, меня давно так не тянуло ни к одному мужчине.

Это не что-то возвышенное и чувственное. Это желание отдаться сильному, даже опасному мужчине. Позволить ему взять над собой контроль, не зная что за этим последует – боль или удовольствие.

– Я не хочу, – сдавленно шепчу я и тут же вздрагиваю от того, как пальцы Кирилла скользнув под длинную футболку в которой я спала, дотрагиваются до трусиков.

– Врешь, маленькая. Уже влажная вся.

Я судорожно сглатываю воздух и наконец нахожу в себе силы посмотреть Кириллу в глаза.

Обычно янтарно-карие, сейчас они стали почти черными из-за того, как он смотрит на меня.

– Кирилл, – слабо зову я его по имени, сама до конца не понимая зачем.

Но зато сам Кирилл это понимает куда лучше.

Чуть приподняв меня за бедра, он рывком стягивает с меня совсем уж до неприличия мокрые трусики и бросает на пол.