Я сглатываю ком в горле, чувствуя, как страх сковывает все мое тело. Кажется, нам не удастся так просто забрать...Хоть бы с ним все было в порядке.

Я чувствую, как адреналин начинает бурлить в моих венах, когда несколько человек в темной форме приближаются к нам с угрюмым выражением лиц. Их лица скрыты балаклавами, а глаза сверкают холодным блеском.

— Не шевелитесь! — повторяет один из них, вытаскивая из кармана какой-то планшет. В его голосе звучит угроза.

Кирилл, стоящий рядом со мной, медленно поднимает руки, но в его глазах читается решимость. Он не собирается сдаваться без боя. Меркурий, напротив, выглядит значительно более нервным, чем обычно. Его уверенность куда-то ушла.

— Вы же знаете кто я такой? — спрашивает Кирилл, и в его голосе слышится стальная нотка. – Сами понимаете, что будет если тронете меня или близких. Отпустите ребенка и мы просто разойдемся.

– Ты хоть понимаешь, тварь фсбэшная, что ты здесь видел? – Один из мужчин хмурится и, похоже, не верит мне. Его рука с оружием дрожит, когда он смотрит на Кирилла.

— Ты думаешь, что можешь просто так уйти? Очень смешно.

– Это видели не только мы. Вы засветились уже давно. Поэтому, не усугубляйте ситуацию. Отдайте ребенка. – Кирилл внезапно делает резкий шаг вперед и одним движением, отгораживает меня от черных дул автоматов направленных на нас.

История повторяется. Все один в один как с Сабуровым, вот только я сильно сомневаюсь, что Кирилл выживет если по нему дадут автоматной очередью.

Как бы крут он не был, он все равно остается человеком.

Напряжение в воздухе повисает такое, что хоть ножом режь.

И вдруг, голос подает Меркурий.

– Ребят, скажите, вы совсем придурки? Считаете, что мы притащили сюда гребанного Омутв просто так? Просто так взяли в заложники его женщину с сыном, да?

Те переглядываются.

– Ты что мелешь?

– О том заказе на экспорт забыли? – Меркурий хмыкает. – Вы понимаете какие это деньги? Сабурова убрали, а Омута вот-вот посадим на поводок.

Меркурий медленно отходит от нас и хитро улыбается.

– Ритуль, ты не обижайся,но все это было затеяно не ради тебя, а ради твоего горячего дружка.

Я вздрогнув, вскидываю на него глаза.

– Ты хочешь сказать, что…

– Да, с самого начала все делалось ради того, чтобы выйти на Омута. Связать его.

На удивление,Кирилл все слушает совершенно спокойно. Будто примерно такого исхода он и ожидал.

– И что же от меня нужно? Помощь с поставками взрывчатки на Восток?

– Ты глянь какой умный, – хмыкают остальные. – И правда знает больше, чем должен.

– Именно. – Кивает Меркурий. – Вот только большая беда, что досконально работать с ней мы не умеем. Нам нужен спец. Лучший в этом деле. Ты. Да и не переживай, не обидим,- Меркурий изображая дружелюбие, похлопывает Кирилла по плечу. – Платить будем столько, что недвижку сможешь в любой точки мира купить. Ну и подарим Марго Тему и любую другую женщину, которую только захочешь . Сам знаешь, у нас в борделях богатый выбор.

Кирилл поджимает губы, а я сжимаю кулаки и не сдержавшись выкрикиваю:

– Предатель, ты, Меркурий!

– Это всего лишь бизнес, детка, – тот ухмыляется. – Впрочем, женщине такое никогда не понять.

– Ты! Ты!!! – Я сжимаю кулаки. – Гад! Зараза! Крыса мерзкая!!!

Меркурий лишь громко смеется.

– Ого, сколько страсти. О карьере актрисы не задумывалась?

– Я сейчас думаю только о том, как бы врезать по твоей наглой рыжей морде, – выпаливаю, а остальные гады мерзко ухмыляются.

– О, Меркурий, да она тебя хочет!

– Даже не сомневаюсь в этом,- хмыкает тот, а после легко кивает. – Отведите ее в отдельную комнату, пообщаюсь с ней потом позже. Сейчас надо нормально с Омутом перетереть.

– Никуда я не пойду! Не трогайте меня!

Но несмотря на мои крики, протесты и попытки вырваться, громилы все равно берут меня за руки и тащат прочь от Кирилла, который все так же испытывающе смотрит на Меркурия, не говоря при этом ни слова.

Протащив меня по громадному залу склада, меня вталкивают в какую-то небольшую комнату и захлопывают дверь.

Я развернувшись, изо всех сил ударяю по ней ладонями, но само собой ее уже успевают закрыть.

Развернувшись, я со вздохом оглядываюсь.

Комната, в которую меня отвели, оказывается маленькой и угнетающей. Стены обшиты серыми кирпичами, покрытыми налетом плесени. На потолке тускло мерца единственный светильник, излучая холодный, желтоватый свет, который только подчеркивал мрачную атмосферу. Запах сырости и старых труб ощущался в воздухе, создавая ощущение замкнутости и безысходности.

Пол покрыт грязным линолеумом, местами порванным и отклеившимся, открывая темные щели, из которых выглядывали остатки старых проводов. В углу металлический стул, скрипящий при малейшем движении, и рядом с ним — стол, на котором лежали беспорядочно разбросанные обрывки документы.

Окно в комнате было заколочено деревянными досками, и свет снаружи едва пробивался сквозь щели, создавая мрачные тени на стенах. Вдоль одной из стен стояли какие-то металлические ящики, в которых, казалось, хранятся какие-то орудия пыток, не меньше.

Я прислоняюсь к стене, стараясь не думать о том, что ждет меня впереди. Мое сердце колотилось в груди, и в голове крутились мысли о Кирилле и о том, как я могу помочь ему. Каждый звук — шаги, шорохи — заставлял меня настораживаться.

А еще меня просто накрывает ненавистью к Меркурию.

Я ведь ему верила. По настоящему! А он…ненавижу!!!

Я глубоко вздыхаю, пытаясь успокоить себя, но комната продолжает давить на меня так сильно, что кажется будто на моей груди лежит целая скала из-за чего чувство паники только усиливается.

Я медленно сползаю спиной по стене и в этот момент, дверь открывается и в комнату входит Меркурий.

– Ты!

Забыв про панику, я вскакиваю и бросившись к предателю, с размаху отвешиваю ему звонкую пощечину.

Звук пощечины, кажется громовым раскатом разносится по всей комнате, проникая в каждый уголок, как будто даже сам звук был наполнен всей моей ненавистью и предательством.

Меркурий, явно , не ожидал от меня настолько бурного проявления эмоций. Его глаза расширяются от удивления, но тут же на его лице мелькает зловещая улыбка.

– О, Марго, – произносит он, потирая щеку, – ты действительно умеешь удивлять. Неужели ты думаешь, что это что-то изменит? Да и вообще, я знаешь ли не люблю, когда меня трогают без разрешения. Или парни правы и ты действительно ко мне неравнодушна?

Он берет меня за руку, чуть выше локтя и не резко, но напористо притягивает к себе.

Я оказываюсь так близко, что единственное, что заполняет весь мой мир – это сверкающая зелень его глаз.

– Так ты скажи, Марго, – он усмехается тонкими, красиво очерченными губами. – Меня на многих хватит. И тебе кусочек внимания достанется.

Он издевается, дразнится, но даже это выходит преступно притягательно.

Красивый, порочный гад без малейшего понятия о морали.

Именно такие как Меркурий – самые опасные, потому что способны располагать к себе. Потому что им хочется верить.

И я тоже совершила такую ошибку, но больше не совершу.

Я делаю шаг назад и вскидываю подбородок.

– Спасибо, крысы меня не привлекают.

Хотя ты скорее лис, – мелькает у меня а голове, но конечно это я не озвучиваю, её.

Чтобы не польстить самолюбию этого мерзавца.

Меркурий делает медленный шаг на меня, снова сокращая между нами расстояние.

Его красивый, но холодный взгляд пронзает меня насквозь. Я ожидаю, что он начнет угрожать или оскорблять, но вместо этого он лишь усмехается: