Довольная улыбка сама расползлась на губах. Он будет отличной жертвой.

Дроу ни о чем не спрашивал, он посмотрел на свои руки, немного подтянулся, поднимая их выше, вместе с веревкой, оперся плечами о ствол дерева и больше не дергался. Оценил надежность веревки или просто обессилел?

Ладно, еще несколько минут и в веревках пропадет необходимость.

Я смешала ингредиенты, не торопясь. Подошла к нему, перекинула ногу и села на живот.

Он дернулся, рассматривая мой нож. Побледнел, сглотнул, первый раз по-настоящему дернулся в своих путах, пытаясь сбросить меня с себя. И у него почти получилось! Силен. Только глухой кашель и гримаса боли выдавали, как тяжело ему это далось.

– Лежи смирно, – я надавила ему на плечо, наваливаясь сильнее, – иначе будет больно.

– Больно будет в любом случае, – прохрипел он, по губе снова пробежала струйка крови, грудь ходила ходуном. Взгляд снова метнулся к ножу в моей руке. – Это то, что я думаю? Ритуал подчинения? Зачем?

У него был приятный голос, порыкивающий акцент вызывал ассоциации совсем не соответствующие ситуации.

– Затем, что иначе ты не будешь слушаться и попытаешься меня убить, – холодно ответила я, обмакнув палец в заготовленную смесь.

Он задышал чаще и стал дергаться яростнее.

– Не надо! – он смотрел на меня широко распахнутыми глазами, в которых читался страх. Не будь он темным эльфом, мне бы даже стало его жаль. Возможно. Он дрожал и превозмогал боль, но все равно пытался бороться.

Я поднесла палец к его лбу, чтобы нанести знак, но, конечно, он не стал смирно это терпеть, выворачиваясь, пытаясь меня сбросить и укусить!

Ритуальный нож для этого не предназначен, но я приставила его к горлу мужчины.

– Не дергайся. Или ритуал, или смерть.

Он замер, вглядываясь в мое лицо. Ноздри широко раздувались, на лбу выступил пот, и снова проклятая кровь на губах.

– Впрочем, ты и так покойник, – хмыкнула я, убирая нож, – и без моей помощи умрешь. Ты же чувствуешь кровь во рту? Я могу просто уйти, оставляя тебя одного. Будешь лежать и ждать, что случится первым: истечешь кровью или тебя найдут дикие животные?

Он судорожно вздохнул, еще раз дернул руками, попытался нашарить пальцами узел. И только после этого, почти отчаянно, прошептал:

– Я не буду сопротивляться… и убивать тебя не буду… но не надо ритуала.

Я едва не рассмеялась, снова поднося палец к его лбу.

Но он отодвинулся.

– Я принесу тебе клятву верности… ты знаешь, что такое клятвы дроу?

О да, я знала. Жестокий народ имел четкую иерархию, правила и их клятвы были особенными…

– Я не смогу ее нарушить… – продолжал он, чуть поднимая подбородок. Почти горделиво, но страх и отчаяние все равно сквозили в его взгляде и словах. И мне это неожиданно нравилось. – Эта клятва древняя… древнее Пламени.

Я глубоко вздохнула. Это определенно было лучше ритуала. Клятвы дроу крепче стальных оков. Но всегда можно найти лазейку, если очень постараться. Похоже, что он надеется, что я обычная деревенская знахарка или вроде того, и ничего не понимаю. Или страх заглушил все, и он сейчас об этом не думает?

Ритуал надежнее. Но узы подавят его волю и это может быть обременительно…

А еще… пожертвовать вассала лучше, чем безвольного раба. Черному Пламени определенно понравится.

Видя мои сомнения, он продолжил:

– Зачем тебе безвольная кукла? Ритуал подчинения искалечит и твою душу, и мою… Клятва всего лишь клятва, но эффект тот же… я буду тебе служить.

Я вытерла испачканный палец о край ступки, размышляя. Принять клятву было слишком соблазнительно. Но опасно…

И когда он поймет куда я иду и что собираюсь с ним сделать, то станет искать выход с двойным усилием. Но…

Мне нравился тот огонь, что горел в его взгляде. Где-то там за страхом скрывалась внутренняя сила. Он сражался с двумя противниками и выжил… в отличие от моего отца…

Он сильный воин и готов подчиниться мне. Пусть и под угрозой, но это было неожиданно приятно.

До Храма не один день пути, и это время можно провести по-разному.

– Как тебя зовут? – спросила, прежде чем принять решение.

Он помедлил. Вот и первая лазейка – назовет не свое имя и клятва не сработает.

– Зан'тал дэ Тандер, – тихо ответил он, – третий сын Элании лэ Тандер, младшая ветвь Дома Тандер. Матриарх Аджара зе Тандер моя четвероюродная прабабушка.

Похоже, он понял, что жду от него лжи и попытался быть максимально точен. Но кто мешал ему придумать или назваться чужим именем?

– Можешь как-то подтвердить свои слова? – медленно спросила, не торопясь.

Он запрокинул голову, глядя на свои руки и тяжело вздохнул.

– У меня было кольцо с печатью Дома, – он закрыл глаза, – на мече тоже есть гравировка с именем Дома. Но тебе придется поверить мне. Никто не станет заказывать индивидуальную гравировку для младшего сына незначительной ветви не самого богатого Дома.

На перстне, что я с него сняла, действительно было занятная картинка. Меч я не осматривала, да и читать на дроусском не умела.

– И то верно, – согласилась я, с его словами. – Ты можешь попытаться солгать мне. Но только один раз. Потому что если клятва не сработает, я почувствую.

Темный эльф сжал губы, признавая мою правоту.

– Твоя клятва должна быть четкой. На моем языке и на твоем, – я решила обозначить условия. – Ты будешь служить мне, не будешь пытаться сбежать, обмануть, косвенно или прямо пытаться навредить мне. Если потребуется, ты будешь защищать меня, даже ценой своей жизни. Мое слово для тебя закон, и никак иначе.

– Тебе нужен защитник? – напряженно спросил дроу, будто только теперь понял, что обычная деревенская девчонка не оказалась бы в глухом лесу и не стала бы с ним возиться.

– Мне нужен слуга, – я пожала плечом, делая вид, что не придаю большого значения этим словам. – Вы мерзкий народ, способный перевернуть слова с ног на голову. Поэтому я должна себя обезопасить.

– Резонно, – он ухмыльнулся. Горько, но страх немного отпустил его, сменившись расчетом, желанием договориться.

– Ты поклянешься своей кровью, – припечатала я. – Честью своего Дома. Прахом Ллос. И Пламенем.

Он сглотнул.

Пламени боится больше, чем своей мертвой богини? Разумно, хоть и неожиданно. Дроу дольше других народов держались за свою веру.

– Хорошо, но тебе придется меня развязать, чтобы все сработало, – он демонстративно дернул веревку на руках.

Да, клятва должна быть добровольной, но и тут есть лазейка.

Я встала, обошла дерево и отвязала ту часть веревки, что привязывала его руки, но запястья оставила связанными.

– И так сойдет! На колени, – я махнула ему рукой, чтобы потарапливался.

– Думаешь, магию не смутит, что я связан?

Он с трудом перевернулся, снова закашлялся из-за боли в груди.

– А ты постарайся говорить так, чтобы сработало, – посоветовала я, – ты сам предложил клятву. Моего принуждения тут нет. А веревки это мера безопасности, пока мы не очень близко знакомы.

Он снова закашлялся. Связанные ноги явно не добавляли комфорта, но и я не торопилась облегчать ему задачу.

Наконец он выпрямился передо мной. На коленях, в окровавленной рубашке. Неловко откинул волосы на спину и протянул ко мне руки:

– Мне будет позволено узнать имя моей госпожи?

Бездна! А ведь действительно, без моего имени клятва не сработает. Но ведь можно обойтись и без фамилии?

– Лавиния, – и, предотвращая новые вопросы, вложила свою ладонь в его и скомандовала: – Начинай.

– Я Зан'тал дэ Тандер клянусь тебе, госпожа Лавиния, служить и повиноваться. Не помыслю покинуть тебя без разрешения. Не сорвется с моих уст ни слова лжи тебе. Клянусь действовать в твоих интересах и ни прямо ни косвенно не противоречить твоим планам и не вредить тебе. Клянусь защищать тебя до последнего вздоха. Твое слово для меня закон. И если я нарушу клятву да постигнет меня кара Пламени, сравняет с прахом Ллос, покроет позором имя моего Дома. Клянусь… – я провела ножом по ребрам наших ладоней, чтобы кровь смешалась. И сразу же почувствовала, как образовывается невидимая нить. Он закончил: – на крови. Я буду твоим слугой до тех пор, пока меня не освободит твое слово или смерть.