— Ты выглядишь потрясающе, — сказала девушка, развешивая платье на плечиках. — Этот оттенок голубого идеально подходит к твоим глазам.

Визажисты продолжали свою работу. Один из них наносил последние штрихи на мои веки. Другой работал над губами, подбирая идеальный оттенок помады, который дополнит образ.

— Не волнуйся, — произнесла Элионора, наблюдая за моей реакцией в зеркале. — Ты будешь блистать сегодня вечером. Все эти люди — просто старая гвардия, которая любит делать из мухи слона.

Её уверенность немного успокоила мои нервы. Я чувствовала, как парикмахеры колдуют над моими тёмными волосами, создавая сложную прическу с легкими волнами, которые будут красиво спадать на плечи.

Вдруг все отступили назад, давая мне возможность увидеть результат в большом зеркале. Моё отражение поразило — я выглядела как совершенно другой человек. Макияж подчеркнул мои голубые глаза, сделав их ещё более выразительными, а прическа добавила образу элегантности.

— Ну что, — спросила Элионора, помогая мне подняться, — готова примерить платье?

Я кивнула, чувствуя, как волнение смешивается с предвкушением. Это был не просто вечер — это был момент, который мог изменить многое в моей жизни.

— Помни, — добавила Эли, помогая мне надеть платье, — главное — это уверенность. Ты достойна находиться среди них.

Я улыбнулась, чувствуя, как шёлк нежно обнимает моё тело. В этот момент я поняла, что независимо от того, как пройдет вечер, я уже чувствую себя другой — более уверенной, более сильной. И возможно, это было именно то, что мне было нужно.

В гостиной первого этажа уже царила атмосфера предстоящего торжества. Мягкие звуки классической музыки лились из скрытых динамиков, создавая изысканный фон для предстоящего мероприятия. Официанты в безупречных смокингах плавно скользили между гостями, держа подносы с шампанским и канапе.

Мы спустились вниз и подошли к отцу, который с кем то очень увлеченно, что то обсуждал на английском языке, но тут же закончил разговор и повернулся к нам.

— Отлично выглядите, дочки, — улыбнулся отец, оглядывая нас с Элионорой. Его взгляд задержался на мгновение на моей фигуре в голубом платье, но тут же переключился на Элионору.

— Марк приехал? — спросил он, явно ожидая ответа.

— Он уже в пути, дорогой, — сказала госпожа Мари, обнимая дочь. Их поцелуй в щеку выглядел скорее формальным жестом, чем проявлением искренней любви.

— Тогда начинаем без него, — процедил отец сквозь зубы. — Как и всегда.

Эти слова повисли в воздухе, создавая едва заметное напряжение. Я чувствовала, как моё волнение усиливается с каждой секундой.

После того как отец представил меня собравшимся, начался настоящий кошмар. Люди подходили группами, улыбались, протягивали руки для пожатия, но проблема была в том, что большинство из них говорили на языке, который я едва понимала, а точнее не понимала вообще, кроме приветствия.

— Добрый вечер, — произнесла пожилая леди с седыми волосами, на ломанном русском, а дальше продолжила по английски

Я попыталась ответить, но запнулась, понимая, что не могу сформулировать даже простую фразу.

— Она ещё не очень хорошо владеет языком, — вмешалась Элионора, беря ситуацию под контроль. сказав это сначала на русском для меня, потом на английском — Но она очень старается.

Её слова немного успокоили меня, но следующие несколько минут превратились в настоящий квест по пониманию и попытке отвечать на вопросы.

— А откуда вы? — спросил мужчина в дорогом костюме.

— Из России, — ответила я, стараясь говорить чётко.

— О, Россия! — воскликнул он. — У меня там есть деловые партнёры. Вы, наверное, слышали о компании ‘Газпром’?

Я кивнула, хотя его вопрос был скорее риторическим.

— А как вам наша страна? — спросила другая гостья, внимательно разглядывая моё платье.

— Очень красивая, — ответила я, пытаясь подобрать правильные слова. — И люди очень добрые.

— О, вы ещё не знаете всех тонкостей, — усмехнулась она, но в её голосе не было злобы. — Но вы быстро научитесь.

Элионора стояла рядом, готовая прийти на помощь в любой момент. Её присутствие немного успокаивало, хотя я чувствовала, что она тоже напряжена — возможно, из-за отсутствия брата.

— Не волнуйся, — шепнула она мне, когда очередной гость отошёл. — Это только начало. Со временем ты научишься общаться с ними на их языке.

Её слова звучали ободряюще, но я понимала, что впереди меня ждёт ещё много таких вечеров, где я буду чувствовать себя как рыба, выброшенная на берег.

— А вот и Марк — воскликнула Эли и словно маленькая девочка побежала к брату, я поплелась за ней, не сводя глаз с мужчины.

Живот стянуло тугим узлом, когда я поймала его взгляд на себе, который жадно изучал меня. Каждая деталь моего облика, казалось, проходила через его пристальное внимание: от открытого декольте, где чуть поблёскивало колье, до длинного выреза на бедре, который, как я заметила, заставил его брови слегка нахмуриться.

Музыка в зале звучала приглушённо, создавая идеальный фон для шёпота голосов и звона бокалов. Официанты плавно скользили между гостями, наполняя бокалы шампанским и предлагая изысканные закуски. Но всё это отходило на второй план, пока я стояла под тяжестью его взгляда.

Его взгляд медленно поднимался от моих ног к лицу, словно он пытался запомнить каждую деталь моего облика. Тёмные глаза, казалось, видели меня насквозь, замечая, как учащённо бьётся жилка на шее, как дрожат слегка подкрашенные ресницы.

— Ну как тебе наша обновленная сестра? — спросила Эли, когда я все же подошла ближе.

— Отлично, — я видела, как он сглотнул, — выглядите обе шикарно. Отец злится?

— Лучше сейчас ему на глаза не попадаться, — усмехнулась девушка, — о, Дэн тоже тут?

И она упорхнула, оставив нас наедине.

Марк повернулся ко мне, его взгляд стал более пристальным, словно он пытался прочитать мои мысли.

— Слишком много свидетелей, — еле слышно произнес он и подошел ближе.

— Что? — прошептала я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

— Если я тебя сейчас поцелую, это не останется незамеченным, — его голос звучал почти у самого моего уха, вызывая мурашки по всему телу.

Я замерла, не зная, как реагировать на его слова. Его близость, его запах, его дыхание на моей коже — всё это создавало какую-то особенную атмосферу, от которой кружилась голова.

— Но я не могу не сказать тебе этого, — продолжил он, его глаза не отрывались от моих. — Ты выглядишь… невероятно.

Его взгляд скользнул по моему декольте, затем поднялся обратно. Я почувствовала, как краснею под тяжестью его изучающего взгляда.

— Уже представляю, как буду снимать с тебя это платье, — произнес он низким, хрипловатым голосом, от которого по спине пробежали мурашки.

В его глазах заплясали озорные искорки, а на губах появилась полуулыбка — та самая, от которой у меня всегда перехватывало дыхание.

— Значит, не зря купила то белье, — ответила я, стараясь звучать небрежно, хотя внутри всё трепетало, живот сводило, а между ног, заметно стало влажно.

Он наклонился ближе, его дыхание коснулось моей шеи:

— О, поверь, ты не зря купила всё, что купила.

Его голос стал совсем тихим, интимным, и я почувствовала, как пульс начинает биться чаще. В этот момент музыка в зале стала громче, и несколько пар вышли на танцпол.

— Может, потанцуем? — спросил он, протягивая руку.

Я помедлила всего мгновение, прежде чем вложить свою руку в его. В этот момент я поняла, что вечер будет далеко не простым — но совсем не потому, что я боялась его реакции. Наоборот — я боялась того, как сильно реагировала на него я сама.

Его прикосновение было легким, но от него по всему телу пробежала волна жара. Мы двинулись в такт музыке, и я почувствовала, как его близость начала сводить меся с ума.

— Малыш, я всё понимаю, — прошептал он мне на ухо, его дыхание коснулось моей шеи, вызывая новую волну мурашек. — Но если продолжишь так прижиматься ко мне, у нас будет неприятный разговор с отцом раньше времени.