— Их будет десять.

— Нам нужно больше. Думаю, двадцать.

— Двадцать? Хотите, чтобы всё выглядело эффектно?

— А знаете, вы правы. Хочу, чтобы всё выглядело эффектно. Пусть будет сорок.

— Вообще-то, я имел в виду…

— Сорок — отлично! — Я поднял большие пальцы вверх, а маг перевёл взгляд на Леви. Тот, увидев подошедшую Ингрид, выпятил грудь и кивнул.

— Эм… хорошо. Проход вон там.

Но Леви неожиданно решил сделать всё действительно зрелищно. А именно — спрыгнул со смотровой площадки, копируя моё «супергеройское» приземление. Я аж начал им гордиться. Взмахнув мечом, вырисовывая крест в воздухе, он подал знак к началу боя.

Гоблины рванули к одинокой цели. На площадке поднялся гомон.

— Эй, а чего их так много? — Норис и Аника вцепились друг в друга.

Леви же спокойно смотрел на толпу. Броню на него надела Аспид — а это значит, всё в порядке. Ремонт после каждого боя — значит, со снаряжением проблем нет. Сделав глубокий вздох, он сделал выпад, который располовинил первую тройку. Четвёртый получил удар ногой и влетел, как пушечное ядро, в своих собратьев. Хруст ясно давал понять, что и он отправился на перерождение.

Гоблины с правого фланга были чуть быстрее, а потому он двинулся к ним. Диагональные удары разрывали противников справа налево и слева направо. Меч не останавливался ни на секунду. Целый шквал обрушился на врагов — уже пятнадцать гоблинов были уничтожены. Тем временем оставшиеся столпились в кучу и пошли единым фронтом. На что последовал выпад с горизонтальным ударом.

— Эй, это что происходит? Это кто вообще такой?

— Он это специально нескольких так располовинил? Это физики так могут?

Леви тем временем размышлял о сложностях, которые его преследовали. «Вот взять ту же Ингрид — чего она привязалась? „Вот мы то, вот мы сё“ — сколько можно? Ну отказали тебе, развернись и иди дальше. Нет, будет рассказывать, как замечательно быть слугой. Конечно, тебе замечательно — работают-то за тебя и вместо тебя». Тяжело выдохнув, он снёс голову очередному гоблину. Та медленно прокручивалась в воздухе, и на оскаленной морде так и читалось презрение. «Не хочу я быть слугой». Ещё одна голова полетела в сторону. «Просто жить». Очередной пинок в толпу, чтобы уменьшить плотность противника. «Свой дом, семья, место для приёма больных… Неужели я так много хочу?» Тройка гоблинов разлетелась на части.

— Бесит.

Оставшаяся пятёрка была сметена в мгновение ока, а на наблюдательной платформе раздались крики его имени. Вспомнив, как Люций крутит меч, он усмехнулся — слишком красиво. Обычный взмах очистил лезвие от крови и плоти, и меч покорно оказался в ножнах. Леви поднял кулак, демонстрируя победу.

Мы с Рени стояли на платформе и наслаждались зрелищем. Время, потраченное на подготовку Леви, определённо пошло впрок. У гоблинов не было ни единого шанса. Видя, как он прошёлся, как нож сквозь масло, я мог сказать: в подобном темпе он перебил бы пару сотен и не получил бы ранений. Но главное — это лицо зазнайки, которая, забыв о своей аристократической принадлежности, вела себя как рыба, выброшенная на берег. «Лекарь, ага». Вот только этот лекарь не так уж и сильно уступает остальным магам. А нынешних первокурсников он просто разорвёт и не вспотеет.

Насладившись зрелищем, я уточнил: «Кто-то хочет ещё сразиться?» Согласились все, кроме Викты. Уж очень эффектно Леви выступил.

Ну что ж, можно было сказать — задумка была хорошая. Первый опыт в управляемых условиях — безусловно, полезная штука. Ведь многие, впервые увидев, что представляет собой настоящая рубка с гоблинами, попросту теряются. И в этот момент очень важно, чтобы кто-то мог подстраховать: ведь по факту, ты просто не владеешь собой какое-то время. Даже тому же Леви пришлось привыкать к этому целых полгода. Зато потом, когда маг начинает владеть собой, вот тут уже начинается результативное уничтожение противника.

— Энтони, твоя очередь проявить себя.

— А чего я сразу? Вот Рори есть.

— Давай, давай. Если Рори выйдет, гоблины кончатся.

К нам подошёл распорядитель.

— Сорок?

— Сорок, — кивнул я.

Энтони понял, что в принципе ничего не теряет. Воздушные платформы услужливо материализовались под ногами, и он начал спускаться по ним вниз. Задумчивые, оценивающие взгляды магов воздуха немного улучшили его настроение. Кивком головы он дал согласие на выход следующей партии гоблинов.

Очередная толпа с диким рёвом рванула к одинокой цели. Энтони же просто сформировал в воздухе пятёрку лезвий и методично начал отстреливать набегающих. Первые пятнадцать так и не добежали до своей цели, а перед оставшимися вспыхнул круговой барьер из сверкающих шестигранников.

Гоблины, пытались прорваться снаружи, начали обтекать преграду, пытаясь взять её в кольцо. Энтони, вспомнив недавние «лесорубные» практики, просто создал пятёрку крутящихся пил, запустив их по кругу вдоль барьера. И на этом гоблины закончились — быстро, как и должно быть.

Услышав крики своего имени со смотровой площадки, он вновь создал воздушные платформы и поднялся обратно, на смотровую площадку принимая поздравления.

— Девочки, вы следующие.

— Втроём?

Я осуждающе посмотрел на двух халтурщиц. Бренда, закатив глаза на показ, начала надивать своего голема. Земля податливо поползла вверх, обволакивая её тело и формируя грубоватую, но внушительную каменную фигуру. Кстати, Бренда и Майра пока пользовались одинаковыми големами. Я поставил им условие: как только научатся ориентироваться через грани, получат эксклюзивный, персональный вид.

— Сорок?

— Ну, их же двое, — улыбнулся я.

— Восемьдесят?

Я утвердительно кивнул, а распорядитель тяжело вздохнул. Магессы зашли без показухи, через обычные врата. Два голема, вооружившись каменными двуручными мечами, заняли позицию.

— Готовы?

Один из големов поднял каменный большой палец.

Врата открылись, и гоблины рванули на новую территорию. Но, увидев, как на них движутся две многотонные каменюки, в панике начали разбегаться. Я недоумённо приподнял бровь. Ну, у гоблинов трусость — дело обычное, но… их же восемьдесят!

Каменные исполины медленно и неотвратимо двигались за этой мечущейся толпой, методично сокращая её численность. Я же просто ждал — догадаются ли они использовать новую грань, которую недавно им показала Ханна. Обстоятельства сложились удачно: шрапнель из подорванной части брони — отличная идея против многочисленного, но слабого противника.

И вот, когда им удалось согнать остатки стаи в кучу, я улыбнулся. Первой эту грань начала использовать Бренда. Не в силах эффективно рубить, она просто инициировала подрыв своего меча, а затем — внешних пластин на кистях голема. Дело моментально ускорилось, превратившись в залп каменной картечи. Оставшийся десяток гоблинов был «отстрелян» уже Майрой — острыми штыками, которые вылетали из рук ее голема.