Лирин кивнула, и в её глазах мелькнуло понимание. Она слишком хорошо знала это чувство — годы бесплодных попыток, когда твой собственный дар кажется тебе проклятьем. Теперь, когда её способности наконец-то раскрылись, всё казалось до смешного очевидным.

— Когда я смогу отправиться с вами на вылазку? — спросила она, в её голосе слышалось нетерпение.

— Когда Ханна придёт в себя, — твёрдо ответил я. — Тогда выступим всем составом.

***

Зал Совета.

Главы кланов с каменными лицами взирали на план, который Айрин Белфорт разложил перед ними. В центре стола приземлился миниатюрный макет полигона — обещание ответа на дерзкий вызов председателя.

— Здесь, — голос Белфорта прозвучал отточенно-деловито, — маги смогут столкнуться с одним гоблином или небольшой группой. Естественный противник. Идеальные условия для отработки навыков без лишнего риска.

— А когда речь зайдёт о крупных стаях? Или о шаманах? — раздался чей-то голос из-за стола.

Белфорт сделал едва заметную паузу, собравшись с мыслями.

— Это — вопрос дальнейшего развития. Сейчас нам критически важны первые данные от студентов.

Председатель молча кивнул, его пальцы бесшумно отстучали ритм по каменному столу.

— Кроме того, — Айрин сново овладел вниманием зала, — нам удалось систематизировать метод для тех, у кого пробуждаются так называемые физические грани.

Он с отточенным жестом разложил перед собравшимися папки. Внутри их ждали варианты изнурительных тренировок, отчёты о прорывах и списки из десятка магов, обретших свои первые грани ценой пота и боли. Единственным, кто даже не потянулся к файлам, был Роберт Санчес, безмятежно улыбающийся в своём кресле. Белфорт, поймав его взгляд, не смог сдержать лёгкую гримасу раздражения.

— Санчес не интересуется усилением своих людей?

— Напротив, — Санчес парировал, будто отмахиваясь от назойливой мухи. — Я уже могу подтвердить работоспособность… вашего... метода. Более того, мы планируем возвести собственный вариант полигона. Разумеется, если председатель не будет против.

Андреас Лористо с недоумением приподнял бровь, но после мгновения раздумий кивнул.

— Благодарю. — Роберт наигранно изобразил поклон.

Раздражённый Белфорт поспешно вернул внимание на себя.

— Мы также вносим предложение ограничить размер групп для полевой подготовки десятью магами.

— С чем связано это ограничение? — послышались голоса.

— На текущий момент мы можем рассчитывать лишь на два полноценных замка, — Белфорт отчеканил, — хотя имеем ресурсы сформировать четыре команды вместо двух.

Тут Санчес улыбнулся своей хищной улыбкой.

— А мне, знаете ли, нравится, — он обратился прямо к председателю. — Если четыре замка устоят в течение года, мы получим четыре новых города вместо одного? Ведь логика железная.

— Санчес, я говорю совершенно о другом! — голос Белфорта на мгновение сорвался.

— Основная задача — удержать новые позиции год, — Санчес парировал, притворно-невинно разводя руками. — Те, кто не справляется, присоединяются к более удачливым соседям. Я ничего не путаю?

— Ты путаешь то, что мы должны получить четыре крепких замка или их дымящиеся развалины для следующих групп!

Санчес лишь рассмеялся и поднял руки, демонстрируя свою капитуляцию. Взгляд председателя был тяжёлым и задумчивым.

— Предложение... имеет смысл, — наконец изрёк Андреас Лористон.

Большинство глав кланов не смогли сдержать злорадных ухмылок, наблюдая, как Санчеса ставят на место.

— В следующем году так и поступим.

И тогда Санчес вскочил с места и разразился аплодисментами — громкими, быстрыми, безумно восхищенный финалом.

***

В поместье мы возвращались пешком. Мне отчаянно нужна была эта прогулка, чтобы проветрить голову, выгнать оттуда навязчивый, яростный стук мысли о мести Фостерам. В голове так и стояла картина: ворваться в их проклятые деревни, как герой старых легенд, и одним махом освободить всех угнетённых магов.

Однако стоило Рени выйти на разведку, как всё оказалось куда сложнее и непригляднее. Маги в тех поселениях не томились в цепях. Они просто жили. Работали в поле, торговали в лавках, растили детей. И, что было хуже всего, многие были искренне благодарны Фостерам за крышу над головой и относительную стабильность. А иные магессы и вовсе с надеждой поглядывали на дорогу, мечтая не о свободе, а о том, как удачно выйдут замуж за какого-нибудь проезжего аристократа благодаря протекции клана.

Я остановился, глядя на беспорядочно построенные по улице каменные домишки под черепичными крышами. В горле встал комок бессильной ярости, смешанной с разочарованием. Для этих людей я буду не освободителем, а самым настоящим разрушителем их жизни.

«Нужно переключиться». И первой же мыслью, словно спасительный якорь, стало воспоминание о густом, терпком аромате кофе. Прогрессорство в Орфене не сработает, местная политика просто не пропустит подобного.

Проходя через внутренний двор нашего поместья, я задержался, наблюдая за тренировкой гвардии. Большинство новобранцев с трудом выполняли простейшие пешие перестроения. Они спотыкались, путались в строю, натыкаясь друг на друга и вскоре среди них пробежал ропот, грозящий перерасти в открытый конфликт. Однако командиры, ветераны Эрама, резко остановили занятие и принялись «разбирать» ситуацию — жёстко, без затей, но так доходчиво, что даже у самых горячих голов тут же пропадало желание спорить.

Я не заметил, как ко мне подошел Леонард, пока он не протянул мне дымящуюся кружку чая.

— Вспомнил, как сам когда-то мучился с построениями? — спросил он, следуя за моим взглядом.

— Да, — я принял кружку, согревая о неё ладони. — И, думается мне, придётся вспоминать ещё не раз. Рени уже вернулся?

— Да, все уже в сборе в резиденции. Кстати, Ханна сегодня очнулась. Так что скоро ваша команда будет в полном составе.

— Это лучшая новость за весь день. А как твои дела с алкоголем? — поинтересовался я.

— Благодаря твоему аукциону удалось заключить пару выгодных сделок с самими кланами. Боюсь, мы просто не успеем потратить все деньги, что пойдут от этих контрактов.

— О, тут можешь не переживать, — я усмехнулся. — Строительство нового города оставит нас не то что без штанов — а без сапог и портков.

— А почему бы нам просто не развивать Эрам, как раньше? — Леонард тоже посмотрел на новобранцев.

— Потому что нельзя всю жизнь сидеть в обороне. Кроме того, мы стали сильнее. И нужно пользоваться моментом, пока Совет даёт нам такую возможность.