— Не думай о боях которые ты видела раньше, твое строение иное и тебе нужно найти свою технику боя.

Аспид кивнула, сосредоточенно хмуря брови. Я водил её по площадке, показывая стойки.

— Контролируй центр тяжести, — следи за работой ног. — чуть ниже, ноги полусогнуты. Ты не деревянная, пользуйся этим. Тебя толкнули — ты ушла, поддалась, вернулась. Удар — это не просто взмах кулаком. Это импульс от самой пятки, проходящий через всё тело. Весь твой вес, вся твоя сила в одной точке.

Я поставил её перед манекеном, и она с первого же удара разнесла его в щепки. От её смущенного взгляда я лишь усмехнулся.

— Не беда. Бей в меня.

Сначала она и вовсе просто касалась моей ладони.

— Сильнее, Аспид! Бьешь как девчонка!

Она сжала кулаки, собралась с духом, посмотрела с обидой и нанесла удар, от которого воздух со свистом расступился. Моя ладонь даже не дрогнула, поглотив всю силу. Её глаза округлились от изумления. Она била снова и снова, вкладывая в удары всю свою ярость, всё накопленное отчаяние. Но я стоял, как скала, лишь изредка поправляя её стойку или направляя её конечность.

Именно тогда началась та часть, которая ей явно понравилась. Осознание, что ей не нужно сдерживаться. Что здесь, со мной, она может быть собой — настоящей, со своими гранями, и ей всё равно не причинить вреда. Её атаки стали сложнее, увереннее. Она пробовала использовать свой хвост для подсечек, а крылья — для резких смещений и манёвров. Мы отрабатывали броски, и я позволял ей поднимать и бросать меня на пол — её лицо в такие моменты озаряла не злорадная, а сосредоточенная, хитрая улыбка, будто она разгадывала сложнейшую головоломку.

Обычный маг сыграл бы в ящик от одного её удара. Но мы не обычные. Я был её тренером, её щитом и её живым манекеном, чья единственная задача — выдержать всё, чтобы она научилась контролировать бурю, просыпавшуюся внутри неё.

С новым, радикальным внешним видом Аспид пришлось поработать основательно. Длинные, скрывающие лицо волосы были главной психологической защитой, но в бою они становились смертельной помехой. Я нашел цирюльника, тот мои идеи воспринял с интересом, человек с виду хрупкий и утончённый, без тени страха принялся изучать её гриву.

— Какие волосы, — пробормотал он, пропуская прядь между пальцев. — Просится что-то... дерзкое.

И он повторил это. Длинные чёрные волосы были укорочены до плеч, а с одной стороны выбриты виски, оставлен лишь асимметричный каскад, падающий на глаз. Стрижка не скрывала чешую, а, наоборот, подчёркивала её, делая частью образа. Хищным, своенравным, бесстрашным. Аспид смотрела в зеркало, не узнавая себя. Она медленно провела рукой по выбритому виску, и на её губах появилась улыбка.

Когда магессы камня увидели полное преображение Аспид раздался такой крик что бедный цирюльник чуть не погиб от разрыва сердца. Я уже привыкший к подобному довольно потирал ручки. Этот человек заключил со мной выгодный контракт на серию причесок завоеватель.

А мои маленькие подопы… подопечные смотрели во все глаза на подругу с завистью и переводили глаза. Я лишь кивал на рисунок где были варианты стрижек.

Пару дней спустя.

Оглушительные удары разрывали воздух на тренировочном полигоне. Удар правой руки начинал свое движение, нога и крыло дали импульс, снова и снова, шквал ударов обрушивался на противника. Камень крошился под сокрушительными атаками магессы. Удары её рук и ног порождали ударные волны, заставляя вибрировать магический щит противника.Удар в ногу с взмахом крыла и доводкой хвоста, противник вновь устоял. Подруги-магессы наблюдали за её поединком со смешанным чувством ужаса и восторга. Её противник — Люций — стоически сдерживал все атаки и контратаковал, стоило ей слишком увлечься.

Работа ног, крыльев и хвоста пока ещё вступала в противоречие, но уже было ясно: столкновение с подобным противником окажется крайне болезненным для любого, кто встанет у неё на пути. В очередной раз, увлёкшись атакой, магесса была схвачена за ногу и отброшена к стене. Но в последний момент раскрылись крылья, резко изменив траекторию полёта. Буквально камнем обрушившись на противника, она продолжила свою яростную атаку. Но вот ноги предательски дрогнули, скорость атаки замедлилась, сила ударов упала.

— На сегодня достаточно, — раздался спокойный голос Люция.

Аспид в очередной раз рухнула на пол, с отчаянием глядя на него. Ни разу, ни единого раза ей не удалось заставить его хотя бы запыхаться. Подруги тут же подбежали к ней, помогая подняться и отправиться на отдых. Девушки без умолку щебетали о своих новых гранях, о том, как было волнительно, когда их маленькие големы начали двигаться, и как те тут же развалились, стоило им потерять концентрацию.

Придя в свою комнату, Аспид сгребла всех троих в охапку, отчего те запищали от неожиданности, а потом рассмеялись. Подруги. Настоящие подруги, которые всегда будут рядом и помогут. Аспид была бесконечно рада происходящему. Да, теперь у нее крылья и хвост, и что с того? Теперь она сильна, и у неё есть люди, на которых можно положиться.

Эти двое, Рени и Люций, были странными, но всё равно без лишних разговоров приняли её, когда она нуждалась в помощи. Вспомнив, как ее попросили выйти для разговора с представителем клана Белфорт, она с отвращением поморщилась. Тот с порога начал сыпать обещаниями: «Личная комната в нашем замке. Жалование — пять золотых в месяц. И, быть может, со временем вы даже удостоитесь чести стать женой одного из наших младших наследников.» Он говорил так, будто оказывал ей величайшую милость. Она поморщилась, но не надолго.

В комнате раздался весёлый женский смех — подруги пошли в контратаку и принялись щекотать «дракона». Последние несколько дней были настолько насыщенными и живыми, что она уже не представляла, как раньше жила иначе. И любой, кто посмеет отобрать у неё эту новую жизнь, познает её настоящий гнев.

***

Рени с Люцием сидели на широкой каменной террасе, откуда открывался вид на вечерний город. Меж ними стоял низкий столик с дымящимся чайником и двумя пиалами. Люций, отхлебнув ароматный чай, поставил пиалу с легким стуком.

— Как наши магессы камня?

Рени лениво провел пальцем по краю своей пиалы, глядя на огни внизу.

— Сами грани големостроения открылись, но восприятия нет. До создания транспорта нам ещё пилить и пилить.

Люций отодвинул пиалу и облокотился на парапет, его взгляд скользнул по силуэтам крыш.

— Не всё сразу. Уже свою учебную группу обскакали — разве не результат?

Рени фыркнул, поднимаясь чтобы подлить себе чаю.

— По сравнению с Рори — стоят как вкопанные. Кстати, Санчесам запрещено до него докапываться, не хотят портить отношения.

— Что по кланам? — Люций не поворачивался, продолжая всматриваться в сумеречный город.

Рени сделал паузу, поднося пиалу к губам.

— Скоро столкнёмся с кланом Фостер.

Люций наконец повернулся, оперевшись бедром о парапет.

— Кто они?

— Отщепенцы. — Рени поставил пиалу. — Промашки мелкие для печатей подчинения, но слишком пахучие, чтобы оставаться в родных кланах.