— Просто разберём ближайшие постройки, — пожал плечами Бартолд, попивая чай. — Не вижу в этом проблемы.

Гиперион повернулся к молодым магам, собравшимся вокруг.

— Пока мы будем заняты у портала, ваша задача — отбивать атаки гоблинов и сокращать их численность. Если перестанете справляться — запускайте в небо световой шар.

Руку медленно поднял Филипп. За последнее время его лицо стало мертвенно-бледным, а тёмные круги под глазами красноречиво говорили о страшном истощении.

— Я тоже буду сражаться?

Дана стрелой выскочила вперёд и схватила его за плечи.

— Нет! Зачем ты вообще сюда пришёл? Разве Первый уже закончен?

— Меня... привели гвардейцы.

— Иди обратно и работай!

— Хорошо.

Филипп медленно развернулся и поплёлся прочь, его силуэт казался тенью. Дана бросила неодобрительный взгляд на гвардейцев и погрозила им своим маленьким, но решительным кулачком.

— Мы будем задействовать армии для зачистки? — поинтересовался Гильберт.

— Пока нет, — покачал головой Гиперион. — Гоблины сильно истощились. Без подкрепления они начнут сами уничтожать себя в междоусобицах.

Бартолд, попивая чай и наблюдая за планировщиками, решил уточнить вопрос, который не отпускал его с момента находки:

— Почему я не могу прямо сейчас войти в портал на разведку?

— Можешь, — парировал Гиперион. — Но будет полезнее, если мы сначала сосредоточимся на укреплении позиций. В портал мы пойдём большой группой. Сейчас неясно, что там. Ты силён, но что, если они просто закроют его за твоей спиной?

— Ты не думаешь, что эти твари смогут меня убить?

— А ты думаешь, их там не может быть ещё тысяч пятьдесят? Теперь время работает на нас, и этим нужно пользоваться.

Гиперион перевёл взгляд на меня и Эреба.

— Подготовьте гвардию к передислокации. Думаю, строительство займёт дня четыре. Дана.

Он посмотрел на неё пристально.

— На этот раз — без излишеств.

— Поняла-поняла, — буркнула она. — Будут тебе твои скучные коробки.

Работа закипела. Если для Филиппа, выкладывавшегося на все триста процентов, она и не останавливалась, то для нас с Эребом настало время относительного затишья. Мы спокойно пили чай, наблюдая, как маги стаскивали огромные каменные глыбы к месту, где должен был вырасти новый форпост.

— Как думаешь, что там, за порталом? — размышлял вслух Эреб.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Наверное, какое-нибудь поле с военным лагерем.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Думаешь, они способны на что-то подобное?

— Шаманы носят костяные амулеты. Значит, у них должны быть стойбища, некое подобие общества.

— Ты считаешь их разумными?

— Нет. Но шаманы определённо умнее своих сородичей. Помнишь того, что ранил Майю?

— Такое не забудешь, — мрачно кивнул Эреб. — Тварь двигалась так быстро, что мы среагировали, когда всё уже случилось.

— Он выждал подходящий момент. Начни он раньше — попал бы под атаку своих же магов, чуть позже — под наши. Не стоит недооценивать противника.

Эреб кивнул, его взгляд был прикован к Дане, которая перестраивала своего голема. «Первый» претерпел за последнее время множество изменений. Теперь он мог менять формы почти автономно, не требуя постоянных затрат сил от хозяйки. Конструкция совершенствовалась настолько быстро, что Дана не могла нарадоваться.

Когда я поделился с ней идеей, что голем может стать её экзоскелетом, а отдельные части — самостоятельными боевыми единицами, она с жаром принялась за эксперименты. Результат оказался впечатляющим: благодаря кристаллам Филиппа подчинённым големам не требовался тотальный контроль — они выполняли базовые команды, позволяя Дане сосредоточиться на сложной магии.

***

Окрид, дворянское собрание

— Мне жаль это признавать, но наш мальчик восстал против устоев и традиций. Он предал не только нас как семью, но и как аристократ, который должен защищать Окрид, не жалея себя.

— Герос Цербер, мы понимаем ваше горе, но это слишком голословное обвинение. Ваш сын был тем, кто замедлил орду гоблинов!

— Всё так, но здесь он действовал в своих интересах, а не в интересах нашего славного города. Он привёл толпы черни под наши стены — и посмотрите, что теперь с нашим городом!

Зал зашумел. Многим аристократам не нравилось увеличение количества людей — раньше освободившиеся помещения можно было использовать иначе.

— Что касается доказательств... я вынужден предоставить два письма о неподчинении вышестоящему командованию.

Герос демонстративно поднял и потряс двумя письмами, после чего передал их для ознакомления.

— Если бы он подчинился и вступил в бой, возможно, дети несчастных родителей остались бы живы.

Зал наполнился гулом голосов.

— Собрание признаёт факт трусости и неподчинения на поле боя. Мы удалимся для совещания и последующего решения.

— Отец, ты уверен, что это сработает?

— Да. Мы лишим его аристократического статуса, и заслуги нашей гвардии перейдут к нам.

— А как же Помпео?

— А Помпео пусть разбирается со своим пьянствующим генералом.

Некоторое время спустя

— Совет признаёт факты, предоставленные Геросом Цербером против Люция Цербера, а также косвенную вину за смерти благородных особ в битве у Вороной. Ввиду этих фактов совет постановил: вычеркнуть Люция из рода Церберов. Гвардию и все причитающиеся ей заслуги — вернуть главе рода по завершении конфликта.

Совет ликовал. Наказан малец, решивший посостязаться с сильными мира сего! Вот итог: всё, что принадлежало ему, будет отобрано и вернётся обратно к главе рода. А мальчишка теперь будет вынужден побираться по улицам. И только один человек сидел и смотрел на происходящее с равнодушием.

Лерц Витер верой и правдой служил Помпео и знал если не обо всём, то достаточно, чтобы его познания внушали уважение. И сейчас он наблюдал, как некогда великий род с особым азартом вколачивает гвозди в крышку собственного гроба.

«Идиоты. Как только мальчик вернётся, Помпео выдаст ему титул, не задумываясь. Ещё и разрешит жить в своём замке — и это им ничего не будет стоить. А вот если бы он был... Впрочем, он уже простолюдин».

***

Дана стояла перед темным маревом, очерчивающим размеры портала. Её взгляд, полный разрушительного вдохновения, скользил по пустому пространству, мысленно вычерчивая контуры грандиозного зала, где гоблины будут как на ладони. Она уже представляла своды, украшенные каменными шипами, которые будут обрушиваться на врагов, и ловушки, открывающиеся по мановению её руки.

Но противник неумолимо прибывал, и маги, стоящие на текущих рубежах, едва сдерживали натиск. Нужно было решение быстрое, утилитарное, без изысков.

В итоге родился проект простого прямоугольного зала с двойными стенами. Всё здесь было подчинено одной цели: дать обычным стражникам максимальные преимущества в бою. Узкие бойницы, просторная платформа для лучников, никаких лишних выступов — лишь чистый функционал.

— Сделай без излишеств, — напомнил Гиперион, появившись за её спиной. Его голос был ровным, но в нём слышалось железо.

Дана скривила губы, словно от вкуса лимона, и с неохотой махнула рукой. Воздух сгустился, и из обломков с глухим гулом начали подниматься стены. Не изящные арки, а двадцатиметровые монументальные серые кубы, образующие неприступный форпост. Это была не крепость, а скорее гигантская ловушка — ящик, в который теперь попадались гоблины.

«Нужны помещения для гарнизона», — подумала она, взгляд выискивал малейшие изъяны в магической кладке. «И без всяких украшений».

— Знаю я! — крикнула Дана, уже направляя потоки камня, чтобы сформировать внутри стены казармы, склады и кухню. Каждое помещение было таким же аскетичным и практичным, как и внешние стены. Ни одной резной карнизы, ни одного лишнего выступа — только необработанный камень. Это была жестокая необходимость. Ей было скучно, но даже она понимала: сейчас не время для полёта фантазии. Сейчас нужно сделать всё эффективно. Красоту она добавит потом.