ДЖЕЙД

Поднявшись ни свет ни заря, я приоткрываю дверь, чтобы сходить за кофе. Когда дверь Хантера скрипит и оттуда выскальзывают Фэллон и Хана, я понимающе улыбаюсь им.

На кухне я шепотом спрашиваю: — Кофе будете?

— О боже, да, — мямлит сонная Фэллон.

— Зачем я согласилась помогать с балом? — жалуется Хана. — Глаза не открываются.

— Потому что ты меня любишь.

Я усмехаюсь, делая кофе. Я знаю, как они близки с Хантером. Если бы им пришлось выбирать между нами, они бы в мгновение ока бросились к нему. Так уж устроены дела в нашем кругу. Зато Ноа и Као, хоть и дружат с Хантером, выбрали бы меня.

Именно поэтому я еще не окончательно сорвалась на него. Он ведет себя суперхолодно после нашей ссоры, но я не позволю этому вывести меня из равновесия.

Мы сидим в гостиной. Хана и Фэллон жалуются на комитет по подготовке бала.

— Черно-белая тема — это так заезжено, — ворчит Хана.

— А балы-маскарады вообще тошнота, — добавляет Фэллон.

— Все темы заезжены до смерти, — вставляю я. — Можете выбрать тему «Стервы и Бабники». Идеально подойдет для нашего кампуса.

Фэллон фыркает: — Представляю лицо комитета, если я это предложу.

— В итоге мы решили выбрать «Радугу», — говорит Фэллон. — Папа всегда называет маму своей радугой. К тому же, так все смогут надеть любой цвет.

— Мне нравится, — улыбаюсь я.

Я собираюсь в зал. Выходя из комнаты, я сталкиваюсь с Хантером. Он в шортах и майке. Я терпеть не могу шорты, но на нем... черт бы его побрал за такую внешность.

Я хмурюсь, гадая, почему он кажется мне привлекательнее всех остальных парней. Мои друзья тоже красавчики, но с Хантером все иначе.

Твое сердце бьется чаще, потому что он тебя бесит, — внушаю я себе.

Он ловит мой взгляд, наклоняет голову и выдает: — Ого, какой на тебе сегодня отличный оттенок стервозности.

Решив не портить утро новой дракой, я просто закатываю глаза: — Не сегодня, Сатана. Не сегодня.

Зная, что он пойдет в зал, я выбираю тропинку в лесу за кампусом и перехожу на бег.

Интересно, долго он будет врать о той ночи? Лес смыкается вокруг меня, и мысли уносятся к последней встрече с Брейди.

Два года назад...

Сердце колотится, когда я смотрю в зеркало. На мне любимое летнее платье, я даже сменила ботинки на сандалии.

Сегодня та самая ночь.

Брейди — мой лучший друг с первого класса, но год назад, когда нам исполнилось пятнадцать, все изменилось. Он был моим первым поцелуем, моей единственной любовью. Мы давно говорили о сексе, и я готова сделать этот шаг. Но сначала — вечеринка в честь дня рождения Джейса.

Папа, конечно, ворчит из-за платья («Оно открывает ноги!»), мама улыбается, а кузены Райкер и Мила посмеиваются. Папа всегда был сверхзаботливым.

— Главное, чтобы вы с Брейди не вздумали улизнуть куда-нибудь, — ворчит он. Его интуиция иногда пугает. Неужели я выдала себя?

— Папа, ты же знаешь, Брейди милый и заботливый, — успокаиваю я его.

— Он парень, а ты девушка. Никакая заботливость не пересилит гормоны, — отрезает папа.

Мы приезжаем в особняк Рейесов. Хантер встречает меня медвежьими объятиями.

— Как моя любимая девочка?

— Хорошо. — Я целую его в щеку. — Тебе идет черное.

— Это потому что оно подходит моей темной душе, — подшучивает он.

Вечеринка в разгаре. Я ищу глазами своих девочек — Милу, Фэллон и Хану. Они стоят с Брейди. Когда я подхожу и беру его под руку, мое сердце замирает. Брейди — интроверт, ему всегда неуютно в нашей шумной компании.

— Хочешь выпить? — спрашиваю я.

— Нет, спасибо, я в порядке.

Время идет, музыка гремит. Я знаю, что родители Джейса ушли на ужин и вернутся через пару часов. В доме восемь спален, и я планирую «одолжить» одну в восточном крыле — там тише всего. Девочки обещали прикрыть меня.

Я беру Брейди за руку.

— Пойдем прогуляемся?

Мы незаметно проскальзываем в дом и поднимаемся наверх. Музыка затихает, превращаясь в глухой бит где-то вдали.

— Я хотела кое о чем поговорить, — начинаю я, когда мы заходим в пустую комнату.

— Да? О чем? — Его теплые карие глаза смотрят на меня с обожанием.

— Мы встречаемся год... и я подумала, не пора ли нам перейти на новый уровень?

Брейди нервничает, сглатывает слюну: — Сначала мне нужно тебе кое-что сказать.

Я сияю от счастья: — Давай зайдем в комнату, чтобы нам не мешали.

Мы в комнате, свет выключен — Брейди слишком застенчив. Мы садимся на кровать.

— Я тоже хочу, чтобы мой первый раз был с тобой, Джейд, — шепчет он.

Я целую его: — Я люблю тебя, Брейди.

— И я тебя. — Он глубоко вздыхает, встает и нервно теребит край рубашки. — Об этом трудно говорить...

Я улыбаюсь, думая, что он просто волнуется из-за секса. Но прежде чем он успевает продолжить, дверь с грохотом распахивается. Яркий свет ослепляет.

— Что здесь, блядь, происходит?! — голос Хантера звучит как удар грома.

Я вижу его в дверях, а за ним — остальных друзей. Стыд накрывает меня волной раскаленной лавы.

— Н-н-ничего, — заикается Брейди, пятясь.

— Ничего, как же! — рычит Хантер. — А ну пошел вон от нее!

Брейди, сжавшись, бросается к двери, даже не взглянув на меня.

— Хантер! — я вскакиваю с кровати. — Ты перегибаешь палку!

Его глаза пылают яростью: — Ни хрена подобного. Любой идиот поймет, чем вы тут занимались в темноте.

Мои щеки горят. Я пытаюсь выйти, чтобы найти Брейди, но Хантер хватает меня за руку.

— Ты остаешься здесь. А я отвезу Брейди домой.

Он уходит, не слушая меня. Я стою в шоке, глядя на друзей.

— Хантер заметил, как только вы ушли, — тихо объясняет Мила, обнимая меня за плечи.

— Он все испортил, — шепчу я. Стыд медленно перерастает в горькое разочарование.

ГЛАВА 7

ХАНТЕР

Между нами с Джейд наступило затишье. Мне бы радоваться, но тот факт, что мы живем в одном люксе и вообще не разговариваем, жутко раздражает.

Вспомнишь лукавого...

Я направляюсь в библиотеку и замечаю Джейд, выходящую из массивных дверей. Она уткнулась в книгу, и это дает мне секунду, чтобы внутренне собраться перед неизбежным столкновением.

— Хантер! — Услышав голос Мелинды Робертс, я невольно стону.

Я оглядываюсь: она идет со своей свитой, в которую входит и Джессика Этвуд. Настроение падает в ноль. Черт, я совсем не в духе для этого.

Мелинда подходит и пытается состряпать пугающую мину: — Джессика рассказала мне, как по-хамски ты с ней обошелся.

Я раздраженно выдыхаю и, отвернувшись от этой кучки светских львиц, оказываюсь лицом к лицу с Джейд. Ее темные глаза переводят взгляд с меня на девиц у меня за спиной.

— Не смей поворачиваться ко мне спиной! — почти визжит Мелинда.

В этот момент я бы предпочел столкнуться с сотней Джейд, чем провести хоть секунду с Мелиндой и ее кликой.

Джейд хмурится и делает шаг вперед, становясь рядом со мной лицом к девушкам.

— Ты, блядь, вообще с кем разговариваешь?

Ее слова шокируют меня. Я медленно поворачиваю голову, чтобы видеть ее лицо. Черт, она выглядит взбешенной, и я ни за что на свете не пропущу это зрелище.

Я вижу, как щеки Мелинды краснеют от ярости.

— Тебя это не касается!

Джейд издает мрачный смешок, и я гадаю, не пора ли предупредить девчонок, что их жизни в опасности.

— О, милочка. — Джейд сочувственно улыбается Мелинде. — Ты не понимаешь одного: Хантер Чарджилл — не твоего ума дело. Не целься так высоко. Падение на землю может тебя убить.

Мелинда кривится: — Ты не понимаешь, что у нас одинаковый статус. Не смей говорить со мной свысока.

Джейд делает угрожающий шаг к ней: — Может и так, но это не помешает мне надрать тебе задницу.

Мелинда отбрасывает волосы назад и бросает на меня злой взгляд: — Мы не закончили, Хантер. Поговорим, когда твоя собачонка будет на поводке.