Я уворачивался от мелькавших перед глазами лезвий и медленно отступал, пока не услышал характерный щелчок взведенного арбалета. Демонстрирующий неплохую технику ножевого боя враг это тоже уловил и собрался сместить в сторону, чтобы не мешать приятелю подстрелить слишком резвого гостя.

Помещение имело небольшой размер, в первый раз мне повезло увернуться, во второй раз такого уже можно не ждать, достаточно противнику сместиться чуть вбок, открывая вектор обстрела и болт вонзится мне в брюхо. Или в плечо, или в ногу, будет неважно алхимическая отрава закончит начатое, добив раненного с надежностью удара клинка.

Ладно, хватит играть.

В следующее мгновение все произошло одновременно. Символ «Щита» вспыхнул и погас, ухарь с ножами рванулся к стене, а на моем месте возник смазанный силуэт, напоминающий подрагивающий вихрь из тени.

Выпущенный болт пронзил разделяющее нас со стрелком расстояние, наткнулся на невидимую пленку магического щита и скользнул в сторону, врезался в стену и бессильно дребезжа упал на пол, ударяясь и подпрыгивая.

Застигнутые врасплох внезапным превращением врага в нечто непонятное оба противника замерли и тем совершили свою вторую ошибку. Я не стал медлить, скользящим шагом приблизился к первому и без затей ударил наотмашь сверху вниз за секунду до этого выскользнувшим из рукава призванным мечом.

Колдовской клинок опустился на плечо мужика, легко пробил кости и сухожилия и прошел наискосок, добираясь до сердца. Брызнула кровь, из распахнутого в изумлении рта вырвался хрип. Я дернул меч на себя, лезвие легко выскользнуло из глубокой раны вместе с еще одной порцией крови.

Черт, как бы не измазаться в этом дерьме, ходить потом в окровавленной одежде не самое приятное удовольствие.

Еще долгую секунду тело постояло на месте, затем рухнуло навзничь. По гранитным плитам покатились выпавшие из рук ножи.

Приятель мертвеца судорожно копался в холщовой сумке на бедре, где, по-видимому, держал арбалетные болты. Я сделал неспешный шаг вперед. Движение непонятой подрагивающей тени заставило мужика еще больше занервничать, маленький арбалет отлетел в сторону, волосатая рука зашарила на поясе, ища рукоять кинжала в длинных ножнах.

Аура страха буквально сочилась из врага, он не мог думать, не мог нормально действовать, я буквально видел его состояние, ощущая безраздельный ужас, захвативший сознание.

Кажется, меня приняли за порождение тьмы, поставленное охранять подступы к обители магов.

Забавно, если подумать, но тратить время на игры жаль. Я молча шагнул к суетящемуся болвану, так и не решившему, что лучше использовать — кинжал или арбалет, и без затей ударил по затылку, воспользовавшись растерянностью противника. Тело молча ударилось об пол, заняв место в паре метров от погибшего приятеля.

Пальцы прикоснулись к шеи поверженного, нащупывая бьющуюся жилку. Жив. Хорошо, надо оставить для допроса.

Следующие несколько минут прошли в тщательном обыске лежащих тел, все найденное аккуратно складывалось тут же на каменный пол, вскоре там лежала небольшая горка интересного.

В первую очередь привлекал внимание кожаный пенальчик с удобными держателями со стеклянными флакончиками внутри. Каждый закрыт пробкой, в каждом алхимическое зелья разного цвета.

— Неплохо, — я заботливо спрятал находку за пазуху. Мне это вряд ли пригодится, но можно продать, дадут хорошую цену. Или подарить рыжей, пусть разбирается, может найдет для себя что-нибудь новое.

Одета парочка в обычную недорогую одежду, удобную и практичную, не привлекающую внимание, такую могли носить, как наемники, так и простые путники. Брони нет, даже завалявшейся кольчуги под куртками не скрывалось.

Что еще? Ножи, арбалет, арбалетные болты, кошельки с мелочью, амулеты на бечевках, судя по эманациям, заполнены под завязку, для чего предназначены непонятно.

Самая главная находка обнаружилась последней, ее нес стрелок, тщательно спрятав на груди — хрустальная пирамидка на серебряной цепочке, явный артефакт и очень сильный. От пирамидки ощутимо фонило магией, и, судя по всему, непростой.

Я вгляделся в переплетения сложных узоров, подмечая закономерности воздействия на внешний мир через ворох тончайших нитей, похожих на шевелящиеся щупальца, видные только через колдовской взор. Понадобилось несколько секунд, чтобы соотнести переполненность магической энергией артефакта и его возможное предназначение.

— Хитро, — я покачал головой, отдавая должное изяществу исполнения неизвестного мастера.

Пирамидка высасывала из окружающего пространства энергию. Похоже эти два ухаря использовали ее чтобы беспрепятственно пройти по туннелю. Причем артефакт не просто разрушал магические ловушки, он вытягивал из них энергию и аккумулировал в себе. Вот как у них получилось пройти так далеко, а первые две ловушки видимо оставили специально, на случай если снаружи кто-нибудь пойдет по их следу.

— Любопытно, — я задумчиво почесал щеку и вспомнил об игольчатой сфере с жемчужным сиянием, ждущим впереди. Если бы придурки «потушили» ее, то их ждал бы неприятный сюрприз, потому что именно сфера обеспечивала целостность подземного хода, защищая от разрушения и затопления.

Может и к лучшему, что эти двое не успели продвинуться далеко, иначе история могла закончиться куда раньше.

Я подошел к лежащему без сознания и без долгих раздумий отвесил сильную оплеуху, голова безвольно дернулась вбок. Затем еще раз и еще, пока раненный не застонал и начал вяло шевелиться.

— У тебя есть выбор: сдохнуть в темноте глубоко под землей, где твое тело никто и никогда кроме крыс не найдет, или ответить на мои вопросы и потом обратно выбраться к солнечному свету, — сказал я равнодушным тоном.

Мужик заморгал и слепо уставился в окружающую тьму, стараясь разглядеть откуда доносится голос. Кажется, алхимическое зелье ночного зрения переставало действовать, он уже видел не так хорошо и различал только двигающийся силуэт в полумраке.

— Кто ты? — сипло выдохнул незнакомец и задал идиотский вопрос: — Зачем на нас напал? Мы не сделали тебе ничего плохого.

Ну да, а нож к горлу приставил тоже видимо я и стрелял из арбалета отравленными болтами. У таких индивидов всегда одинаковые отговорки пока они на коне, чувствуют уверенность и творят, что хотят. Но стоит нарваться на жесткий отпор, как начинают скулить и канючить, уверяя, что это не то, что они хотели. Сложись все по-другому, меня бы без затей прирезали и искренне считали бы себя правыми

Я помедлил, взял один из ножей мертвеца и воткнул пленнику в бедро повыше колена, постаравшись, чтобы лезвие вошло в плоть не меньше, чем наполовину.

Мужик взвыл, дернулся и инстинктивно попытался отползти. Но на лодыжке его ноги стальным хватом сомкнулись мои пальцы и потащили обратно. Он попытался цепляться ногтями за выступы в каменных плитах. Бесполезно, сияющее Средоточие наполняло мышцы холодной колдовской силой, позволяя без труда передвигать не самое легкое тело.

— Нет, пожалуйста, нет! — завопил пленник, когда понял, что тянут его обратно не просто так, а навстречу новой боли.

Так и произошло, второй нож воткнулся во вторую ногу в этот раз погрузившись почти по рукоять. Я не рассчитал силу удара и немного перестарался.

Искатель приключений вновь завопил, однако сбежать уже не пытался, сообразив, что снова последует наказание.

Я помедлил, взялся за рукоять одного из ножей и пошевелил им в ране, желая удостовериться, что полностью завладел вниманием собеседника.

— Не надо! Я все скажу! Все! — хрипло просипел он, обессиленно откидываясь назад.

По его лицу стекали градины пота, обе ноги пылали огнем, а равнодушный голос из темноты казался чем-то инфернальным. Я без труда считал состояние пленного и терпеливо ждал, пока он дозреет. Так и случилось. Даже дополнительные вопросы задавать не пришлось, он выложил все, торопливо глотая слова, стараясь, как можно скорее все рассказать, пока мучитель не вздумал стимулировать новой порцией боли.