— Добрый день, — приветственно кивнула я и улыбнулась. — Здравствуй, Михаил.

— Здравствуй, Алён, — молодой человек забрал из моих рук пакеты и учтиво открыл дверь. — Что не позвонила, я бы тебя давно забрал.

— Ничего страшного, я же гуляю, — достав из сумочки телефон, посмотрела на время. — Что-то Вы рано. И как вы нашли меня?

— Да, удалось решить все вопросы по-быстрому, а найти тебя не сложно, зная, где любишь гулять, — оглянулся назад Андрей Владимирович.

Хоть он и просил называть его дедом, я ещё не до конца привыкла к этой мысли и иногда про себя именовала его как прежде по имени и отчеству, но нужно контролировать себя, а то ещё обидится. Да, нужно постараться. Прямо сейчас.

— Ты же не забыла, что мы сегодня должны сделать?

— Нет, — скромно ответила я, — помню, конечно.

Волнение охватило меня. Хоть и смирилась, но всё равно сердечко трепетало. Интересно, все невесты так нервничают перед свадьбой? Хотя, никакой свадьбы у нас и не будет — так, простая формальность. И всё же…

Автомобиль остановился у одной из юридических контор. Мы с дедом Андреем прошли в кабинет, куда нас пригласила секретарь через несколько минут ожидания, не смотря на небольшую очередь, — видимо время было запланировано.

— Алёна, пойдём, — дед Андрей пропустил меня первой.

— Здравствуйте, — немного дрожащим голосом поздоровалась я, несмело проходя внутрь.

— Здравствуйте, присаживайтесь, — ответил юрист. — Вот, — он придвинул в мою сторону открытую папку. — Ознакомьтесь и подпишите.

Главное, что меня интересовало в этом документе, так это условия, которые мы с дедом Андреем заранее обговорили, и я первым делом стала их просматривать, минуя первый абзац. Вроде бы всё правильно. Взяв в руки ручку, чтобы оставить подпись, я буквально застыла, увидев фамилию супруга…

Не поверив своим глазам, я вернулась к началу документа, в котором было написано совершенно чётко: «Андрей Владимирович Ветроградов». В глазах неприятно защипало, и мне подурнело.

— Алёна, Вам плохо? — поинтересовался юрист, двигая ко мне стакан. — Выпейте воды.

— Нет, спасибо, — едва слышно ответила я, медленно качая головой.

«Пусть это будет совпадение!» — кричал мой разум, но он же говорил, что таких совпадений быть просто не может.

— У Вас фамилия Ветроградов? — слишком поздно поинтересовалась я у человека, который вот-вот должен стать моим мужем.

— Да, Ветроградов. А что? — удивился дед Андрей. — Не нравится фамилия? — пошутил он, только мне вот не до веселья.

— А Вашего внука зовут случайно не Кирилл?

Это ненавистное имя пришлось произнести вслух.

— Да. Да в чём дело? Чего это ты вдруг такие вопросы задаёшь? — удивился дед Андрей, недоуменно воззрившись на меня, а вот сама я смотрела на него не глядя, словно сквозь, пребывая в своих думах и незримо отстраняясь.

«Ну почему я никогда не интересовалась этим внуком? Не хотела ничего знать о нём? Глупость — всё равно рано или поздно столкнулись бы. Идиотка! Такие вещи просто нужно знать. Подумаешь, дед Андрей не хотел говорить о нём, подумаешь, не держал на виду фотографии с его изображением! Но я-то тоже хороша — почему даже семейные фотоальбомы не посмотрела? Ведь видела же их в книжном шкафу! Так нет, не хотела лезть в чужую личную жизнь, меня это не касается. И что теперь? Он или не он?»

Умоляющими глазами я смотрела на деда Андрея, чтобы он не подтвердил моего немого вопроса, но в ответ поймала на себе серьёзный взгляд, заметила, как стекла капелька пота на его внезапно побледневшем лице, как заиграли желваки.

«О нет!»

Мне не хватало воздуха, я словно умирала здесь и сейчас от не произнесённого вслух приговора.

Резко вскочив и опрокинув стул, я пулей вылетела из кабинета. Кровь в висках отчаянно стучала, но ноги не слушались, становясь словно ватными, и, остановившись на крыльце, я медленно сползла по стенке и схватилась за голову.

— Алёна! Алёна! — дед Андрей звал меня, оглядываясь в разные стороны.

Я слышала его взволнованный голос и не могла понять: рада ли такому беспокойству или нет?

— Алёна, — он, наконец, заметил меня и присел на корточки. — Это он? Скажи: это — он?!

Дед Андрей и без слов всё понял по моему заплаканному лицу.

«Да, это Ваш внук, дедушка Андрей! Не ожидали? Вот кого Вы воспитали — чудовище!»

Но на смену первым горьким мыслям пришли другие. С жалостью. Его глаза, полные горечи, вызывали во мне именно это чувство. Поразительно, ведь именно меня нужно пожалеть, это я настрадалась от этого негодяя, но…

«Бедный дедушка Андрей. Каково Вам узнать такое. Не ожидали… Не ожидали».

Мне искренне стало жаль этого пожилого человека. Пусть и нечасто, но он рассказывал мне о своей боли за непутёвого сына и внука. И, в конце концов, мы оба пострадали от Кирилла.

— Алёна, девочка моя.

У меня сердце наизнанку вывернулось, когда отразилась на старческом лице неимоверная скорбь. Я видела, что он хотел что-то сказать и в тоже время не решался. Не всегда слова необходимы. Иногда всё понятно и без них. У нас одна боль на двоих.

— Дедушка, — я не могла остаться в стороне и… обняла его. Крепко-крепко, насколько это было возможно. — Я… Я не знала, что он Ваш… Если бы только… — я постоянно всхлипывала, и от этого моя речь была прерывистой. — Вы же не думаете, что я специально…

— Помолчи. Просто помолчи, — он гладил мою спину, помогая встать и провожая к автомобилю.

Я чувствовала себя маленькой девочкой, совершенно беспомощной, но не одинокой, удивительно непостижимым образом обретя защиту в лице деда Андрея. Одно его присутствие давало понять, что всё будет хорошо, и мне очень хотелось в это верить.

Автомобиль плавно остановился около… Признаться, не в состоянии была что-либо рассматривать, лишь только наблюдала, как дед Андрей вышел из салона и какое-то время бурно что-то выяснял по телефону. Я настолько была опустошена, что сил ни на что не осталось, кроме как безвольно сидеть.

— Глаз с неё не спускай! — приказал он Михаилу, куда-то направляясь.

«Да я никуда и не собираюсь».

Проснулась совершенно разбитой, но спать больше не хотелось. Я совершенно не помнила, как очутилась в своей комнате — голова гудела. Солнце только-только начинало садиться, прячась за нежной листвой деревьев. Приведя в порядок разлохматившиеся волосы и умывшись, я спустилась вниз. Дома никого не было, но с веранды слышался тихий разговор. Я присела за край стола, за которым чаёвничали дед Андрей, Вика и Анечка.

— Долго я спала? — поинтересовалась, зевая в кулак и прикидывая по времени, что возможно час-полтора.

— Почти сутки, — ответила Вика, наливая мне чай.

— Сутки? — удивилась я без особых эмоций. — Ого, ничего себе.

— Тётя Алёна — ну ты и соня! — укорила меня Аня, улыбаясь с дыркой в зубах. Я ничего не ответила на это, лишь только подпёрла тяжёлую голову руками:

— У тебя зубик выпал?

— Да, — девочка радостно кивнула, — вчера после обеда. Хочешь, покажу? — она спрыгнула со стула и унеслась в дом. — Вот, смотри! Мой первый зубик. Мама сказала, что ко мне прилетит Зубная Фея и подарит новый зубик. А ещё подарит мне большой пакет конфет!

— Ой, ли! — изобразила я сомнение. — Вот очень сильно сомневаюсь, чтобы Зубная Фея подарила тебе много сладостей. Разве тебе мама не говорила, что много конфет кушать плохо, и от них зубки портятся?

Я поймала взгляд Вики, которая качала головой от фантазий дочки. Уж что-то, а подобное она сказать точно не могла, в отличие от деда Андрея. Вот этот человек, абсолютно не скрывая, показал Ане жест «большой палец вверх». Так вот, кто ребёнка балует!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты как себя чувствуешь? — спросил он, усаживая девочку на колени, а та и довольная.

— Нормально, — кратко ответила я. Раз я не умерла от этого открытия, значит — жива, а, следовательно, нужно продолжать идти дальше.