— Ничего из этого им не нужно, — раздаётся у меня за спиной спокойный и холодный голос Михаила.

Поворачиваю к нему голову, и мне становится легче от его присутствия здесь. Только от одного его вида и осознания того, что он дома, мне проще переживать похищение друга.

— Павел же предупредил нас. Они будут забирать каждого. И от нас зависит, насколько сильно наши тела будут повреждены. Мы можем бороться или же просто дать им это сделать, — продолжает Михаил, направляясь к креслу. Он опускается в него и даже равнодушно смотрит на всех.

— То есть сдаться? — фыркает отец. — Я не собираюсь сдаваться. Хрен им, ясно? Хотят забрать ещё кого-то, то понесут потери, как и мы. Это война, и я не позволю им устанавливать правила.

— И это будет неразумно, — усмехается Михаил. — Они уже установили правила, которые мы приняли. Помнишь, Доминик? Мы дали им возможность собраться, усилить свои ряды, увеличить оружие. Для чего? Именно для того, чтобы уничтожить их раз и навсегда. Так что сейчас вставать в позу и делать вид, что мы не подозревали об этом, как минимум, глупо.

— И что ты предлагаешь? — хмурится отец. — Отдать им всех нас?

— Именно, — кивает Михаил. — Мы можем, вместо того чтобы защищаться, отступить. Позволить им войти на нашу территорию, а затем уничтожить их.

— Но Дрон вряд ли сейчас на нашей территории, Мика, — с горечью в голосе шепчет Роко.

— Он на территории Грега, то есть на моей, если уж так посмотреть. А если на моей, то и на вашей. Так что он на нашей территории. Мы можем искать его, потратить кучу времени, и всё равно все мы окажемся там. Но кто-то может не выжить. А пока мы занимаемся этой ерундой, Дрон будет страдать, так как он часть нас. Они нас ненавидят. Думаю, вы поняли мою мысль. Чем дольше мы сопротивляемся, тем хуже заложникам. Дальше будет шантаж. Будут присланы фотографии или части тела. Вы до этого хотите дотянуть? — Михаил осматривает всех таким взглядом, от которого у меня мурашки бегут по телу. Я не могу даже представить, что будет с Роко, если они пришлют нам часть тела Дрона.

— Им насрать на заложников. Им нужны мужчины семьи Лопес. Грег всегда говорил, что сучки лишь способ добраться до главного. Нужно прижать сучек, и тогда можно легко прижать тех, кому они принадлежат. Я не буду называть имён, вы и так знаете, кого они выбрали сучками. Главная цель — уничтожить семя Лопесов. Они даже могут не убивать женщин, а могут развлекаться с ними, пока те не сдохнут. Это привычки Грега. И я бы не хотел, чтобы всё это случилось. Поэтому чем быстрее мы придём к осознанию того, что нужно идти самим, тем быстрее начнём планировать варианты спасения. На страдания у нас нет времени, как и на бессмысленную беготню. Мы…

Михаил внезапно замолкает, и я хмурюсь, глядя на него. Он словно отключился. Но через пару мгновений я понимаю, почему он затих. Входная дверь открывается, и раздаются голоса. В гостиную входит Лонни с парнями.

— Мы осмотрели место. Никаких чужих отпечатков нет, только Роко и Дрона, и ничего больше. Мы попытались отследить по камерам, но там ничего нет. Они уже заменили все записи на фальшивку, словно на дороге не было облавы, не случилась авария, и уж точно никто не нападал на Роко и Дрона. То есть они уничтожили любые доказательства того, что это было похищение, и что там кто-то был.

Папа тяжело вздыхает и прикрывает глаза.

— Они отрезают нас от других семей, чтобы создать видимость нашей некомпетентности и безумия. Доказательств того, что на нас нападают, нет. Предоставить нам нечего. Ладно, — папа трёт ладонью лицо, — ладно. Ладно. Значит, мы…

— Ничего не делаем, — резко перебивает отца Михаил и встаёт. — Мы ничего не делаем. Усиливать охрану не нужно. Если мы им нужны, пусть приходят и забирают. Мы отступаем.

— Ты, вообще, права голоса не имеешь, — рявкает Лонни.

— Ошибаешься, как раз я право голоса имею и довольно значимое в отличие от тебя. Ты лишь глава охраны, а я младший босс. То есть ты подчиняешься мне так же, как и боссу. Поэтому бери свою задницу в руки и шуруй отсюда, — приказывает Михаил.

Какого хрена он этот делает? Лонни часть семьи.

— Доминик, — злобно шипит Лонни.

Папа переводит взгляд с Михаила на Лонни.

— Идите, я позже с тобой поговорю, — с тяжёлым вздохом отвечает отец.

Лицо Лонни перекашивается от обиды, и он с психом уходит.

— Какого хрена ты настраиваешь Лонни против меня? — недовольно рявкает отец.

— Я буду в комнате Раэлии. Там паук на потолке, его нужно убить. Поможете? — Михаил выходит из гостиной, а мы все недоумённо переглядываемся.

— Что с ним такое? — шокировано бормочет Лейк.

— Задницу ему нужно надрать, вот что с ним такое, — фыркает отец.

Мы все идём ко мне в спальню. Я не могу разобраться в происходящем, потому что Михаил действует крайне нелогично. Мало того что он так накалил атмосферу, что кажется, если тронуть воздух, то он, на хрен, взорвётся. Так теперь ещё и паука пошёл убивать. Что, мать его, с ним не так?

— А теперь объясни, какого чёрта ты творишь, Мика, — требует Роко. — Они похитили Дрона, а мы, блять, паука убиваем.

Михаил показывает на потолок.

— Здесь нет камер. Это единственная комната в доме, где заглушён сигнал. Я прав, Раэлия? — спрашивает он.

Утвердительно киваю.

— Да, я постоянно проверяю это, потому что кое-кто очень любит ставить новые, — бросаю взгляд на отца, а он закатывает глаза.

— Никто из вас не будет со мной спорить, если я скажу, что в нашей семье есть крысы. Верно?

— Ты прав, — признаёт отец. — Но Лонни не крыса. Он так же переживает, как и мы все. Он…

— Неважно, — отрезает Михаил. — Это неважно. Лонни может передать приказ усилить охрану, и среди ребят охраны будет крыса. Или же когда мы будем перевозить Энзо в безопасное место, среди охраны будет крыса. Или ещё что-то. Я не собираюсь так рисковать и думать о нежных чувствах Лонни. Среди нас нет крыс. И это всё, что нужно знать. А крыс вокруг много. Они бы никогда не упустили возможности быть здесь. Они последователи Грега, а он учил, что только с их разрешения кто-то может что-то делать. Они короли и видят этот мир именно с этой точки зрения. Они дали вам всем разрешение жить до того момента, пока их не призовут. А теперь их призвали.

Михаил делает паузу, дав нам время, всё понять. Должна признать, что это очень разумно. И слава богу, что Михаил быстро среагировал.

— Роко не тупой. Он знает, что такое слежка. Роко, слежка за вами была?

— Нет. Я всё проверил.

— Значит. Они знали конкретное время и место, где можно их перехватить. Там, где им никто не поможет. Там, где будет наиболее темно. Там, где они оба будут бессильны. Вы же не планировали никуда ехать сегодня, верно?

— Да, я… за два часа до нападения забронировал столик. Я пригласил своего мужа на свидание, чтобы как-то отвлечь нас обоих. Мы даже вам не говорили, что поедем ужинать. Мы должны были сидеть дома, но я решил всё. Чёрт, я решил, — Роко падает на мою кровать и закрывает лицо руками.

— Даже если бы не это, они бы всё равно забрали Дрона, Роко, — Михаил смягчает голос, за что я ему благодарна.

Роко и без того непросто, а теперь ещё знать, что он собственноручно очистил дорогу для того, чтобы Дрона похитили, просто разрушит его.

— Но я бы мог подготовиться. Я бы мог…

— Ты ничего бы не смог сделать. Ничего. Они планируют всё. И им облегчают работу крысы. Именно они передали ваше местоположение. Неважно сегодня или завтра, но Дрон был бы у них. Вас бы разделили, и всё. Поэтому никто не должен знать о наших планах, даже Лонни. Он может нечаянно передать информацию дальше, и тогда всё полетит к чертям собачьим. Понимаете?

— И что? Нам просто ждать, когда за каждым придут? — хмурится Лейк.

— Нет, дать им возможность забрать каждого из нас. Не сопротивляться. Не драться. Иначе они могут ранить кого-то из нас, а это потеря сил. Нужно добраться до их логова. Именно в сердцевину. И оставить одного за пределами. Здесь нам нужен Деклан. Но для начала нужно перевезти Энзо в безопасное место. Нужно отдать его Иде.