— Ладно, — Лейк закатывает глаза, но улыбается.

— Лейк.

— Хорошо, я же сказала. Не буду писать про тебя, пока ты жив. Но вот когда я буду старой, напишу свои мемуары и упомяну тебя. Ты всё равно уже умрёшь. Тебе сколько, лет семьдесят? — ухмыляется она, зная, как меня это бесит.

— Мне ещё пятидесяти нет. Я в самом соку.

— Я вижу, аж седина пробивается.

— Нет у меня никакой седины!

— Ты красишь волосы?

— Нет, — рычу я. — Это мой натуральный цвет, у меня хорошие гены.

— Мне так нравится тебя злить, ты сразу становишься таким милым, — хихикает она. — Ладно, не куксись. Я буду здесь до шести вечера, потом это твои проблемы, мне тоже нужно работать. Если у тебя больше нет никаких других рекомендаций, то дверь вон там.

Лейк указывает за мою спину, а я закатываю глаза. Поцеловав спящего сына в лоб, выхожу из палаты, но замираю, удерживая дверь открытой. Обернувшись, бросаю взгляд на Лейк смотрящую на меня со странной улыбкой, от которой меня начинает тошнить. Ничего не могу с собой поделать, но мне не нравится эта улыбка, словно она… она милая. Фу.

Специально хлопнув дверью, отдаю приказ следить за палатой и докладывать обо всём мне. Поправив пиджак, не глядя на тех, кто пытается меня остановить, выхожу из больницы и еду домой. Пора вернуться к делам.

Обычно я работаю в офисе, в котором встречаюсь с партнёрами, решаю проблемы и выслушиваю предложения о расширении локации предоставляемых услуг. Мы работаем с разными областями начиная от поставки оружия, банковской сферой, пиаром, службой охраны и заказных убийств, заканчивая программированием систем безопасности, сбора отчётов, слежения и других вещей. Мы всегда запускаем свои руки во все отрасли, чтобы контролировать их. Мы это и контролируем.

Телефон на столе звонит, и я нажимаю на кнопку, продолжая просматривать отчёты о сбоях в системах безопасности за последние сутки. Мне это не нравится. Я должен найти крота, который сливает наши пароли всяким мелким мудакам.

— Босс, ирландцы просят о встрече. Они ждут внизу, мне пропустить их?

— Да, пропусти, — отвечаю я.

Конечно, Джеймс теперь очень хочет узнать, как мне удалось выжить после его заказного покушения на меня. Держи врагов близко, как говорится.

Сворачиваю программу, ожидая, когда ко мне проведут этого ублюдка. Через десять минут моя секретарша открывает дверь, и входит Джеймс с широкой улыбкой на лице.

— Рад тебя видеть, — встаю и пожимаю ему руку.

— Я тоже рад, если учесть, что ещё несколько часов назад я находился на твоих похоронах, — хмыкает он.

— Босс, что вы будете пить: кофе, чай, виски?

— Ничего, Джеймс ненадолго, у меня встреча через двадцать минут, — отвечаю я. Возвращаюсь на место и спокойно жду, когда начнётся давление. А оно будет.

— Итак, ты что-то хотел? — интересуюсь я.

— Для начала сказать, что я рад твоему возвращению.

Киваю ему.

— И предложить свою помощь. На тебя напали. Тебя кто-то заказал. Я буду рад оказать тебе дружескую поддержку и уничтожить этих мудаков.

Мило, но так скучно.

— Спасибо, Джеймс, если будет нужно, то я обращусь. Пока всё в порядке.

— Ты собираешься их убить?

— Нет, — улыбаюсь я. — Зачем? Придут новые и новые. Попадутся, убью. Специально искать не буду. Тем более, я уверен, что заказчик уже избавился от них. Они сработали очень грязно. Так что не вижу смысла в бесполезной погоне.

— Но всё выглядело чисто, — хмурится Джеймс. — В машине было тело, твои вещи, кровь. По крови и вычислили, что это были твои сгоревшие кости.

— Как ты можешь видеть, это был не я. Но это было грязно. Если их не убили после заказа, то сделали это сегодня или избавятся от них в ближайшее время. Они свидетели. Я люблю пытать людей, и они знают об этом. Так что это уже решённое дело. Ты хотел что-то ещё? Мне нужно подготовить некоторые бумаги, — я отворачиваюсь, щёлкая мышкой.

— Меня беспокоит предстоящее ежегодное собрание глав семей Америки.

— Не беспокойся, я на них частый гость. Повеселимся, — улыбаюсь я.

— Нет. Я не об этом. Что ты будешь делать с Роко?

— А что с ним не так? — усмехаюсь я. — Роко в полном порядке. Я ещё жив, поэтому он возвращается на пост младшего Босса. А также могу отметить, что он прекрасно справился с управлением семьи, пока меня не было.

— Я имею в виду то, что он собирается нарушить традицию, Доминик. Он готовится жениться на мужчине, а это запрещено. И на собрании это будут обсуждать. Ты знаешь, как семьи ценят традиции и стараются придерживаться классической модели семьи, в которой фигурируют мужчина и женщина, а также их потомство в течение года после свадьбы.

— С чего ты взял, что Роко собирается жениться на мужчине? — смеюсь я.

— Мне сказали. И это была Филадельфия, Доминик. Об этом уже все знают, и я пришёл лишь предупредить тебя. У тебя за спиной Роко замышляет хреновое дело.

Конечно, Филадельфия сказала ему. Конечно.

— Джеймс, кто я?

— Доминик Лопес.

— Вот то-то же. Я знаю обо всём и уж точно знаю, что делают мои дети, что они собираются делать и что будут делать через пять лет. У нас строгая дисциплина, с которой я прекрасно справляюсь. А что до слухов, то это просто слухи.

— Но Роко гей, Доминик. Он открытый гей.

— Он бисексуал, как и ты, как и многие из нас. То, что он живёт с парнем и встречается с ним, не делает его ублюдком. Он мой сын. И если мой сын хочет трахать парней, то я, блять, предоставлю ему полную свободу выбора. Это не твоё дело, Джеймс, но могу тебе сказать, что Роко собирается жениться на женщине. Скоро мы объявим об этом. Ты портишь сюрприз.

— О-о-о, ладно. Хорошо. Я просто хотел предупредить тебя, вот и всё. И к слову, про Мигеля уже тоже многие знают. Они знают, что он племянник Грега, а Грега никто не любил. У него осталось куча врагов.

— Тогда им придётся воевать со мной, Мигель или же мой милый святой Михаил мой официальный консильери. Он часть моей семьи, и я урою любого, кто тронет его, это ясно?

— Кристально.

— Тогда неси весть, Джеймс, мне нужно работать.

— Хорошо… да, — он встаёт и прочищает горло. — Я ещё подумал о вечеринке в честь твоего возвращения. Почему бы нам завтра не устроить её? Я приглашаю вас к себе, чтобы показать остальным, что мы в дружеских отношениях и поддерживаем друг друга.

— Прекрасная идея, — улыбаюсь я. — Мы придём.

— Отлично. Тогда до завтра, Доминик, береги себя.

Ага.

Краем глаза смотрю, как он уходит, сохраняя лёгкую улыбку, но как только за ним закрывается дверь, то я поджимаю губы. Грёбаный Роко.

Беру личный мобильный и звоню Лонни.

— Да, босс.

— Найди Роко и притащи этого мудака домой. Пусть ждёт меня там. А также начинай проект «Колокольчик».

— Есть, босс. Считай, что уже сделано.

Вызвав свою секретаршу, перечисляю ей список задач до конца недели. А это связаться с нашим пиар-агентством, чтобы они держали готовой статью о Роко и его свадьбе. А также заказать ресторан для официального сообщения о помолвке, в декабре состоится самая запоминающаяся свадьба моего сына, и его свадебное путешествие.

Сука Джеймс. Он должен дать мне повод убить его. Просто должен.

Уже в сумерках я возвращаюсь домой, где меня встречает Лонни с сообщением о том, что Роко у себя и ждёт встречи. Прошу привести сына в кабинет.

Подвигав шеей, чтобы размять затёкшие мышцы, падаю в кресло и беру телефон.

«Как тебе первый день, куколка?», — пишу сообщение.

Из-за своей загруженности и срочных дел я просрал такую прекрасную возможность забрать Лейк и трахнуть её сегодня. Но это лишь подогревает интерес.

«Классный. Энзо потрясающий мальчик. Мы вместе с ним смотрели мультик и обсуждали всё, завтра принесу ему пудинг с шоколадом. Я нашла мужчину своей мечты».

Смеюсь и качаю головой.

«Это же я?»

«Ты слишком старый».

«Сука».

Она посылает мне средний палец, и я смеюсь. Ладно, может быть, меня уже не так задевает её упоминание моего возраста. Если учесть, что я зачастую трахаюсь с молодыми девушками двадцати, двадцати двух лет, то Лейк, по моим меркам, для меня уже старушка. Но, блять, её задница сводит меня с ума. Она вся такая мягкая, такая женственная, такая сука.