– Просто подумай об этом на досуге.

Господи! Когда это все закончится?!

– А в моем клубе милые мордахи, типа тебя, всегда в цене. Об этом тоже подумай.

Марат продолжает ужинать, как ни в чем не бывало, а мне хочется выпрыгнуть из собственного тела. Каждая секунда тянется душащей бесконечностью.

– Ладно, поехали, – заключает в итоге мужчина. – Наша прелюдия и так подзатянулась.

– Куда мы поедем? – уточняю зачем-то.

– В клуб. Отработаешь свой должок, и отпущу. Только имей в виду – засчитывается лишь хорошая работа. С полной отдачей.

Марат вдруг усмехается, будто что-то про себя поняв, и мне в этот момент хочется наброситься на него и разодрать ногтями все лицо, лишь бы не видеть этой гадкой улыбки.

– Хотя, думаю, у тебя, учительница, с этим проблем не возникнет.

Маша

Пока мы едем в клуб, мне кажется, что я даже не дышу. Страшно за себя.

Марат находится близко, и его присутствие заставляет сердце сжиматься. Не хочется ни разговаривать, ни смотреть в его сторону. Все пустое – он не послушает, не даст поблажек.

Автомобиль останавливается прямо у центрального входа в клуб. Марат сам открывает мне дверь и подает руку. Снова. Я хватаюсь за нее своими заледеневшими пальцами и понимаю, какая она горячая. Захват уверенный. Властный. Будоражит что-то внутри.

Ловлю себя на мысли, что с Сережей никогда не испытывала ничего подобного. Что бы он не делал, я ощущала лишь свою обязанность подыгрывать ему и делать вид, что мне нравится. Ведь мне крайне важно оставаться с Ваней. Даже когда я на работе, его отец часто звонит мне, чтобы проконсультироваться касаемо хлебных единиц и количества инсулина.

Мысли о Ванюше усиливают мою тревогу. Как он там? Сильное беспокойство может сыграть с малышом злую шутку. Я всякий раз сильно волнуюсь, когда мой малыш чувствует себя плохо. Держу руку на пульсе. Но в данным момент не в состоянии контролировать ничего, потому волнение гораздо выше обычно.

– Здравствуйте, Марат Тимурович, – здороваются лысые на входе и тут же расступаются, пропуская хозяина, а, заодно, и меня.

Атмосфера клуба сразу же вызывает отвращение. Ком в горле встает.

Одна из девиц уже полностью голая, не считая трусиков, больше похожих на нитки, практически ничего не закрывающие. Она активно вертится вокруг шеста и без стеснения демонстрирует свои прелести. Тогда как присутствующие, удобнее развалившись в своих креслах, внимательно за ней наблюдают.

Хорошо, что я вытащила отсюда Дашу. Она нормально училась, потому имеет все шансы поступить в ВУЗ, освоить профессию по душе и выбиться в люди. А не вот это вот все.

Но вдруг мой взгляд улавливает знакомые черты. Сначала решаю, что показалось, но когда девушка поворачивается под другим углом, у меня не остается никаких сомнений. Это Даша.

Да, она не трясет задницей на сцене, но форма ее одежды – фактическое отсутствие одежды. Потому, когда Даша разворачивается на нас, чтобы унести поднос с пустой посудой, я отчетливо вижу ее грудь.

– Марат! – дергаю за руку хозяина клуба.

Но тот продолжает переть вглубь заведения, где мы сможем остаться наедине.

– Марат! – повторяю. Только теперь он реагирует.

– Что?

– Ты обещал, что Даша не будет у тебя работать!

– Какая еще Даша?

– Моя ученица.

– А, эта, – доходит до него, наконец.

– Я сказал, что не могу выпустить ее к пилону. Про обслуживание столов разговора не было.

– Но она же школьница! – все тело затапливает жаром.

Я стольким пожертвовала ради Даши, а она что?

Получается, все зря?

Выходит, все мои унижения были напрасными?

– Она совершеннолетняя. По закону у нас в стране даже подростки могут работать.

Марат затаскивает меня в какую-то комнату, где при тусклом освещении можно различить широкий диван, маленький столик и высокий блестящий шест.

– А, ну, быстро отпустил ее домой! – я, наконец, вырываю свою ладонь из его и чуть дергаюсь в сторону.

Марат поднимает бровь. Он явно удивлен такой наглости.

– Твоя Даша легально поднимет бабок. А закончит школу, встанет на пилон, как и хотела.

– Я думала, что в тебе есть хоть капля человечности!

– Есть. Девчонка молила о работе, и я помог.

– Она ребенок! – не отстаю я. – И ты обещал!

– Я обещал, что трахну тебя сегодня, – серьезно отвечает мужчина. – И начну с твоего маленького дерзкого ротика. На колени!

– Нет, – отступаю на шаг.

Понимаю, что спасения не будет, но попытаться стоит. Нутро противится. А при вновь открывшихся обстоятельствах, я вообще не понимаю, почему должна отдавать какой-то там долг.

– Ты не выполнил условия, – мой голос уже не такой уверенный.

– Выполнил, – зато в интонации Марата слышна сталь. – Твоя Даша не на шесте. Так что вставай на колени и соси. Я устал ждать.

Я хочу отступить еще на шаг, но хозяин клуба быстро сокращает расстояние между нами. Он хватает меня за волосы и дергает вниз. Вынуждает пасть перед ним на колени.

У меня даже кровь в жилах стынет. Эти ощущения тоже новые.

Поднимаю глаза на Марата и с испугом смотрю на него.

В полумраке помещения его вид кажется еще более пугающим. Сидя на полу перед ним, я в полной мере могу ощутить всю его силу. Его безмерную власть.

Нутро тоже на нее реагирует. Сжимаясь сильнее.

Марат рассматривает меня, в предвкушении облизывая губы.

– Мне нравится твой взгляд, – вдруг говорит он. – Испуганный, как у целки перед первым разом.

И я ему верю, потому что все мое тело дрожит.

Если Марат сейчас заставит меня все это делать, а он заставит, я просто не смогу. Не вынесу.

– Если с моим членом во рту ты будешь смотреть на меня так же, я кончу, не успев начать. Клянусь!

– Марат, пожалуйста…

Совершаю попытку высвободиться, но его захват пугающе сильный. Он буквально одной рукой, сомкнутой на моих волосах, вжимает все мое тело в жесткий пол. А другой управляется с пряжкой ремня.

– Марат, я правда… правда никогда этого не делала… – сознаюсь, надеясь, что хоть это как-то поможет.

– Никогда член в рот не брала? – удивляется мужчина.

Мотаю головой.

– Так я тебя научу. Понравится – за уши не оттащишь.

Марат

– Никогда член в рот не брала? – моему удивлению нет предела.

Вот это подарок!

Обычно я предпочитаю умелых шлюх, но с ней… с ней все принципы к чертям! Я даже рад, что побываю в ее ротике первым. Растрогаю. Растяну. Под себя.

Мне стоит только представить, как мой крепкий болт погружается между ее сочных губ, как в нем сильнее сжимается болезненное напряжение.

Я хочу трахаться с тех пор, как увидел ее сегодня. И я, черт бы меня побрал, терплю уже слишком долго!

– Так я тебя научу, – обещаю девочке. – Понравится – за уши не оттащишь.

От облегчения хочется завыть, когда мой член, наконец, оказывается на свободе.

Я больше не хочу ждать.

Потому резко нажимаю учительнице на щеки и принудительно проталкиваю свой хер ей в рот.

Сука! Вот это кайф!

Дрожь прокатывается по всему телу. Я так и кончить могу.

Но училка брыкается так сильно, что неприятно задевает чувствительную напряженную плоть зубами.

Мне приходится вытащить член и крепко сжать его в руке.

– Ты охренела? – рычу на нее.

Только сейчас замечаю ее вид. Испуганный. Потерянный. Вовсе не то, что хочется видеть мужику у первоклассной соски.

Неужели, я настолько противен ей?

Под лоха своего ложится и ноги раздвигает, а на меня смотрит зверем. На меня!

От этого и злость берет, и раздражение. И желание засадить ей сильнее. До самой глотки член пропихнуть.

И я уже намереваюсь это сделать, потому что перед глазами нет ничего, кроме красных пятен и моей цели.